Фандом: Starcraft. Чуть больше футбольного мяча, представляешь? То есть, так кажется, что она размером с футбольный мяч, на самом деле свечение тонко проникает в окружение, рождаясь в очень ярком сгустке внутри сферы…
Добавить в моё избранное
25 мин, 44 сек 17318
Чем я занимался? Водил грузовой шаттл, доставлял всякое в колонии. Так вот, яркий шар сгущенной энергии внутри шара металлического, такого, как …
(вновь разводит руками и показывает наглядную фигуру вращением кистей рук, будто оглаживает воздух)
Как футбольный мяч? Да, как …
Я же рассказывал об этом, извини, друг, впечатления все еще сильны! Выпьем, и я продолжу.
(виски в том баре, где происходил этот диалог, всегда был только синтетический, чтобы ни говорил придурок бармен)
Да, я держал ее в руках. Теплая, затейливые узоры металла, не хотелось выпускать ни на секунду.
Что же в ней такого особенного? Ну кроме того, что эту штуку сделали протоссы… Как бы тебе рассказать достаточно точно и кратко, вот в чем вопрос …
Мы сидим в баре, так? Так.
Бар находится где? Точно, в западном секторе вашей колонии. А колония это что? Это четыре сектора, по пятьдесят жилых боксов в каждом, дай подумать … Около полутора тысяч поселенцев, и каждый любит горячий душ, горячую пиццу и горячие фильмы по ТВ, верно?
К чему я так долго веду? Наступает развязка, и ты действительно будешь поражен! В колонии многоуровневая инфраструктура: парники, очистители, кондиционеры и холодильники для любимого пива; жрут энергию круглосуточно, несмотря на постановление «Т-12». Откуда берут энергию? Да вот из тех генераторных станций, что прекрасно видны из любого места в колонии под куполом. Сколько их там, две? Высокие, гораздо выше боксов.
Ты утомляешься? Выпьем, и я продолжу!
Нет, заканчивать рассказ? Ладно, как скажешь …
Я берег концовку для более эффектной подачи, но ты сам захотел. Так вот, всю энергию, что потребляет ваша колония в течение … сейчас прикину … тридцати универсальных суток …
Да, думаю для сравнения вполне подойдет, представляешь объём потребления энергии за тридцать суток?
Отлично! Так вот всю эту энергию фазовый кузнец протоссов сжимает и заталкивает в металлическую сферу, размером …
(вновь разводит руками и показывает наглядную фигуру вращением кистей рук, будто оглаживает воздух)
Что говоришь, невероятно? И я так думал, но я держал ее в руках. И не должен был выпускать.
— Томми! Томми!
Черт побери этого гнусавого приказчика. Может, спрятаться среди груза?
— Ты почему не отвечаешь, Томми? Недостаточно дорожишь работой?
Не успел, придется отдуваться.
Томми развернулся, и, даже не пытаясь создать приветливый вид, застыл в мрачном молчаливом ожидании. Гнусавым приказчиком оказался давнишний недруг Томми Гана, непосредственный начальник транспортной смены Алекс Хименес. Хименес сходу вцепился в плечо Томми, подвинул поближе к себе, и зацедил приказы в лицо молодому пилоту:
— Первое. Краска, в той банке, что я оставил у твоего чертового шаттла. И вот это.
Хименес вручил Томми толстый широкий сверток картонной бумаги.
— Трафареты. Нарисуешь на борту армейского контейнера надпись, на обороте трафаретов есть инструкция. Ясно?
Томми дернул плечом, сбросил руку Алекса, и поудобнее ухватил сверток.
— Это все?
— Ты разве не слышал достаточно четкое «Первое»? — Алекс разглядывал лицо Томми, в поисках реакции на свое интонационное ударение.
— После ты возьмешь свой чертов шаттл, и перетащишь контейнер туда, куда укажет диспетчер.
Хименес просто развернулся, и вальяжно удалился в сторону следующего шаттл-пита.
Томми одолжил раздвижную лестницу у сменной бригады техников-энергетиков, и принялся закрашивать камуфляжную сетку «MARPAT». Кисть легко скользила по старому слою краски, работа успокаивала Томми, даже начала ему нравиться.
Лазар наблюдал за очевидно конфликтной ситуацией, возникшей на шаттл-пите пилота Гана. Причина и следствие его совершенно не интересовали, он оказался случайным свидетелем, и просто ждал, пока все разойдутся по делам. Путь Лазара проходил мимо пирамиды контейнеров и боксов, окруженной аккуратно выстроенными кубами различных грузов, и демаскировать себя Лазар совершенно не желал. Хотя, эмоциональное переживание «человеческого» желания протоссам чуждо. Назовем это очень и очень твердым намерением. Второй терран остался на площадке, и занялся маркировкой контейнера, что, в принципе, Лазара устраивало. Он покинул свое временное убежище в темном углу сдвинутых друг к другу боксов, и выбрал следующую точку своего маршрута, на другой стороне площадки. Лазар остановился, поравнявшись с пилотом. Он не видел за спиной и затылком Томми, как пилот, чуть высунув кончик языка, старательно ведет кистью по границе трафарета. Но почувствовал что-то неожиданно странное для самого себя, будто давно забытая мысль вернулась по круговой орбите, и вновь проносится, очень быстро минуя период возможности ее полностью осознать. Инстинктивно Лазар потянулся левой конечностью к затылочной части маски, но отдернул, как от ожога.
(вновь разводит руками и показывает наглядную фигуру вращением кистей рук, будто оглаживает воздух)
Как футбольный мяч? Да, как …
Я же рассказывал об этом, извини, друг, впечатления все еще сильны! Выпьем, и я продолжу.
(виски в том баре, где происходил этот диалог, всегда был только синтетический, чтобы ни говорил придурок бармен)
Да, я держал ее в руках. Теплая, затейливые узоры металла, не хотелось выпускать ни на секунду.
Что же в ней такого особенного? Ну кроме того, что эту штуку сделали протоссы… Как бы тебе рассказать достаточно точно и кратко, вот в чем вопрос …
Мы сидим в баре, так? Так.
Бар находится где? Точно, в западном секторе вашей колонии. А колония это что? Это четыре сектора, по пятьдесят жилых боксов в каждом, дай подумать … Около полутора тысяч поселенцев, и каждый любит горячий душ, горячую пиццу и горячие фильмы по ТВ, верно?
К чему я так долго веду? Наступает развязка, и ты действительно будешь поражен! В колонии многоуровневая инфраструктура: парники, очистители, кондиционеры и холодильники для любимого пива; жрут энергию круглосуточно, несмотря на постановление «Т-12». Откуда берут энергию? Да вот из тех генераторных станций, что прекрасно видны из любого места в колонии под куполом. Сколько их там, две? Высокие, гораздо выше боксов.
Ты утомляешься? Выпьем, и я продолжу!
Нет, заканчивать рассказ? Ладно, как скажешь …
Я берег концовку для более эффектной подачи, но ты сам захотел. Так вот, всю энергию, что потребляет ваша колония в течение … сейчас прикину … тридцати универсальных суток …
Да, думаю для сравнения вполне подойдет, представляешь объём потребления энергии за тридцать суток?
Отлично! Так вот всю эту энергию фазовый кузнец протоссов сжимает и заталкивает в металлическую сферу, размером …
(вновь разводит руками и показывает наглядную фигуру вращением кистей рук, будто оглаживает воздух)
Что говоришь, невероятно? И я так думал, но я держал ее в руках. И не должен был выпускать.
— Томми! Томми!
Черт побери этого гнусавого приказчика. Может, спрятаться среди груза?
— Ты почему не отвечаешь, Томми? Недостаточно дорожишь работой?
Не успел, придется отдуваться.
Томми развернулся, и, даже не пытаясь создать приветливый вид, застыл в мрачном молчаливом ожидании. Гнусавым приказчиком оказался давнишний недруг Томми Гана, непосредственный начальник транспортной смены Алекс Хименес. Хименес сходу вцепился в плечо Томми, подвинул поближе к себе, и зацедил приказы в лицо молодому пилоту:
— Первое. Краска, в той банке, что я оставил у твоего чертового шаттла. И вот это.
Хименес вручил Томми толстый широкий сверток картонной бумаги.
— Трафареты. Нарисуешь на борту армейского контейнера надпись, на обороте трафаретов есть инструкция. Ясно?
Томми дернул плечом, сбросил руку Алекса, и поудобнее ухватил сверток.
— Это все?
— Ты разве не слышал достаточно четкое «Первое»? — Алекс разглядывал лицо Томми, в поисках реакции на свое интонационное ударение.
— После ты возьмешь свой чертов шаттл, и перетащишь контейнер туда, куда укажет диспетчер.
Хименес просто развернулся, и вальяжно удалился в сторону следующего шаттл-пита.
Томми одолжил раздвижную лестницу у сменной бригады техников-энергетиков, и принялся закрашивать камуфляжную сетку «MARPAT». Кисть легко скользила по старому слою краски, работа успокаивала Томми, даже начала ему нравиться.
Лазар наблюдал за очевидно конфликтной ситуацией, возникшей на шаттл-пите пилота Гана. Причина и следствие его совершенно не интересовали, он оказался случайным свидетелем, и просто ждал, пока все разойдутся по делам. Путь Лазара проходил мимо пирамиды контейнеров и боксов, окруженной аккуратно выстроенными кубами различных грузов, и демаскировать себя Лазар совершенно не желал. Хотя, эмоциональное переживание «человеческого» желания протоссам чуждо. Назовем это очень и очень твердым намерением. Второй терран остался на площадке, и занялся маркировкой контейнера, что, в принципе, Лазара устраивало. Он покинул свое временное убежище в темном углу сдвинутых друг к другу боксов, и выбрал следующую точку своего маршрута, на другой стороне площадки. Лазар остановился, поравнявшись с пилотом. Он не видел за спиной и затылком Томми, как пилот, чуть высунув кончик языка, старательно ведет кистью по границе трафарета. Но почувствовал что-то неожиданно странное для самого себя, будто давно забытая мысль вернулась по круговой орбите, и вновь проносится, очень быстро минуя период возможности ее полностью осознать. Инстинктивно Лазар потянулся левой конечностью к затылочной части маски, но отдернул, как от ожога.
Страница 1 из 8
