Фандом: Гарри Поттер. Гарри Поттер победил Волдеморта и находится в сильной тоске. Поэтому он приезжает в Хогвартс, поглазеть в Зеркало Еиналеж.
Добавить в моё избранное
6 мин, 6 сек 361
Гарри Поттер неслышно вошел в комнату, закрыл за собой дверь, сел по-турецки на пол и загрустил.
Сначала в Зеркале было мутно. А потом из темноты проступили неясные очертания.
Рыжая девушка в юбке, едва прикрывающей зад, стояла и что-то рассматривала.
— Мама? — удивился Гарри, потому что представлял себе Лили Эванс по колдографиям как-то иначе.
— Эй, Лилс! — раздался хриплый (не совсем трезвый голос), и к Эванс подплыл нетвердой походкой…
— Папа? — Гарри вовремя успел подхватить челюсть.
А папа тем временем цыкнул слюной футов на пять и хлопнул Лили по жопе.
— Ты пойдешь со мной в Хогсмид, Лилс? — не то спросил, не то констатировал Поттер-старший.
— Поттер, отъебись! — скривила морду Эванс, отлепила от палочки жвачку и смачно зачавкала, разевая при этом рот как голодная акула.
Гарри некоторое время приходил в себя.
— Что… что это? — ошалело выдавил он.
— Как — что? — прозвучал насмешливый голос. — Желания.
— Какие? — спросил Гарри, хотя сначала следовало спросить — кто это говорит.
— Тайные. Я же Зеркало Еиналеж. Забыл?
— Эм, — сглотнул Гарри. — А ты что, говорящее?
— Конечно, — равнодушно откликнулось Зеркало. — Я же раньше в Дурмштранге висело. Ну, это, «свет мой зеркальце»… слышал? Вот это я оно и есть. Хорошо, директор Диппет меня сюда приволок. Потому что директорша Дурмштранга затрахала со своей крокодильей рожей по сто раз на дню меня допрашивать.
— А чьи это желания? — вообще перестал что-либо понимать Гарри.
— Как это — чьи? Твои. Ты же хотел родителей увидеть? Ну так смотри…
— Так я родителей хотел! — воскликнул Гарри. — А ты мне кого показываешь?
— Родителей твоих, Поттер! — разозлилось Зеркало. — Не узнал?
— Да как тебе сказать, — осторожно сказал Гарри. — Я их себе несколько иначе представлял.
— Гы, — сказало Зеркало. — Дамблдор меня сюда сослал не просто так.
— Но он говорил…
— Да наплюй на то, что он говорил, — посоветовало Зеркало. — Это они так с деканатом Дурмштранга договорились. А меня припугнули, чтобы я несовершеннолетним, если до меня доебу… доберутся, правду не показывало. Сказали — разобьют, если что. Ну, кого еще хочешь увидеть?
Гарри подумал.
— Дамблдора, — вздохнул он.
— Ну, смотри…
Чавкающая Эванс исчезла, и на мутном стекле проступила фигура покойного директора. Одной рукой он с бешеной скоростью черпал откуда-то лимонные дольки и лопал, а вторую запустил по самое плечо в какой-то сейф.
— Что это он делает? — не понял Гарри.
— В сейфе твоем копается.
— Но у меня другой сейф.
— Я знаю. Но он представлял себе это именно так.
— А зачем он залез в мой сейф? — Гарри озадаченно почесал голову. — То есть, я хочу спросить, у него же ключ был десять лет. Хотел бы, так сто раз бы забрался.
— Поттер, ты дураком был, дураком и помрешь, — заявило Зеркало. — У тебя там до наследства Блэка, да и с ним, собственно, так, не деньги, а слезы. А директор наш, сволочь бородатая, о миллионах галлеонов мечтал. Хотя нет, — прикинуло Зеркало. — Это уже миллиарды.
— Какие миллиарды? — пожал плечами Гарри. — Весь бюджет магического мира хорошо, если с полмиллиона наберет. Вместе с малфоевским конфискатом.
— Ты у меня спрашиваешь? — захихикало Зеркало. — Я же показываю только…
— Желания, знаю, — Гарри нахмурился. — Только странные они какие-то.
— Какие есть. Дальше показывать?
— Валяй.
Зеркало тотчас показало кучу обнаженных женских тел. Не успел Гарри спросить, откуда такое количество разномастных голых баб, как из-под кучи выбрался Блэк. Он был молод, сногсшибательно красив и так же сногсшибательно пьян. В одной руке он держал сигарету, а в другой — бутылку огневиски.
— А? — обалдело спросил Гарри.
— Крестный твой, — объяснило Зеркало.
— Погоди, ты что, хочешь сказать, что вот это томное ебущееся чмо — Сириус? — пробормотал Гарри. — Почему он в косухе и без штанов?
— Вот если бы у меня были плечи, Поттер, я бы ими сейчас пожало.
— А почему на заднем плане голый профессор Люпин?
— Считай, что я покраснело, — сказало Зеркало.
Гарри закрыл глаза, потому что в Зеркале стало происходить нечто невообразимое.
— А профессора Снейпа можешь показать? — осторожно спросил он.
— Вообще не вопрос.
Гарри приоткрыл один глаз. Увиденное было вполне пристойным: Снейп, вымытый, чистенький, стоял на пороге какого-то роскошного поместья и держал на руках двух младенцев.
— Ы! — расплылся в доброй улыбке Гарри. — Бедный профессор… так вот о чем он мечтал.
— В одной руке у него ты, а в другой — Драко Малфой, — растолковало Зеркало.
— Это он в Малфой-мэноре?
Сначала в Зеркале было мутно. А потом из темноты проступили неясные очертания.
Рыжая девушка в юбке, едва прикрывающей зад, стояла и что-то рассматривала.
— Мама? — удивился Гарри, потому что представлял себе Лили Эванс по колдографиям как-то иначе.
— Эй, Лилс! — раздался хриплый (не совсем трезвый голос), и к Эванс подплыл нетвердой походкой…
— Папа? — Гарри вовремя успел подхватить челюсть.
А папа тем временем цыкнул слюной футов на пять и хлопнул Лили по жопе.
— Ты пойдешь со мной в Хогсмид, Лилс? — не то спросил, не то констатировал Поттер-старший.
— Поттер, отъебись! — скривила морду Эванс, отлепила от палочки жвачку и смачно зачавкала, разевая при этом рот как голодная акула.
Гарри некоторое время приходил в себя.
— Что… что это? — ошалело выдавил он.
— Как — что? — прозвучал насмешливый голос. — Желания.
— Какие? — спросил Гарри, хотя сначала следовало спросить — кто это говорит.
— Тайные. Я же Зеркало Еиналеж. Забыл?
— Эм, — сглотнул Гарри. — А ты что, говорящее?
— Конечно, — равнодушно откликнулось Зеркало. — Я же раньше в Дурмштранге висело. Ну, это, «свет мой зеркальце»… слышал? Вот это я оно и есть. Хорошо, директор Диппет меня сюда приволок. Потому что директорша Дурмштранга затрахала со своей крокодильей рожей по сто раз на дню меня допрашивать.
— А чьи это желания? — вообще перестал что-либо понимать Гарри.
— Как это — чьи? Твои. Ты же хотел родителей увидеть? Ну так смотри…
— Так я родителей хотел! — воскликнул Гарри. — А ты мне кого показываешь?
— Родителей твоих, Поттер! — разозлилось Зеркало. — Не узнал?
— Да как тебе сказать, — осторожно сказал Гарри. — Я их себе несколько иначе представлял.
— Гы, — сказало Зеркало. — Дамблдор меня сюда сослал не просто так.
— Но он говорил…
— Да наплюй на то, что он говорил, — посоветовало Зеркало. — Это они так с деканатом Дурмштранга договорились. А меня припугнули, чтобы я несовершеннолетним, если до меня доебу… доберутся, правду не показывало. Сказали — разобьют, если что. Ну, кого еще хочешь увидеть?
Гарри подумал.
— Дамблдора, — вздохнул он.
— Ну, смотри…
Чавкающая Эванс исчезла, и на мутном стекле проступила фигура покойного директора. Одной рукой он с бешеной скоростью черпал откуда-то лимонные дольки и лопал, а вторую запустил по самое плечо в какой-то сейф.
— Что это он делает? — не понял Гарри.
— В сейфе твоем копается.
— Но у меня другой сейф.
— Я знаю. Но он представлял себе это именно так.
— А зачем он залез в мой сейф? — Гарри озадаченно почесал голову. — То есть, я хочу спросить, у него же ключ был десять лет. Хотел бы, так сто раз бы забрался.
— Поттер, ты дураком был, дураком и помрешь, — заявило Зеркало. — У тебя там до наследства Блэка, да и с ним, собственно, так, не деньги, а слезы. А директор наш, сволочь бородатая, о миллионах галлеонов мечтал. Хотя нет, — прикинуло Зеркало. — Это уже миллиарды.
— Какие миллиарды? — пожал плечами Гарри. — Весь бюджет магического мира хорошо, если с полмиллиона наберет. Вместе с малфоевским конфискатом.
— Ты у меня спрашиваешь? — захихикало Зеркало. — Я же показываю только…
— Желания, знаю, — Гарри нахмурился. — Только странные они какие-то.
— Какие есть. Дальше показывать?
— Валяй.
Зеркало тотчас показало кучу обнаженных женских тел. Не успел Гарри спросить, откуда такое количество разномастных голых баб, как из-под кучи выбрался Блэк. Он был молод, сногсшибательно красив и так же сногсшибательно пьян. В одной руке он держал сигарету, а в другой — бутылку огневиски.
— А? — обалдело спросил Гарри.
— Крестный твой, — объяснило Зеркало.
— Погоди, ты что, хочешь сказать, что вот это томное ебущееся чмо — Сириус? — пробормотал Гарри. — Почему он в косухе и без штанов?
— Вот если бы у меня были плечи, Поттер, я бы ими сейчас пожало.
— А почему на заднем плане голый профессор Люпин?
— Считай, что я покраснело, — сказало Зеркало.
Гарри закрыл глаза, потому что в Зеркале стало происходить нечто невообразимое.
— А профессора Снейпа можешь показать? — осторожно спросил он.
— Вообще не вопрос.
Гарри приоткрыл один глаз. Увиденное было вполне пристойным: Снейп, вымытый, чистенький, стоял на пороге какого-то роскошного поместья и держал на руках двух младенцев.
— Ы! — расплылся в доброй улыбке Гарри. — Бедный профессор… так вот о чем он мечтал.
— В одной руке у него ты, а в другой — Драко Малфой, — растолковало Зеркало.
— Это он в Малфой-мэноре?
Страница 1 из 2
