Драгоценности леди Элизабет

— Неплохие, но с управлением справляются Великие семьи. Зачем нам борьба за власть и беспорядки? Представляешь, сколько проблем возникнет с Хаммеритами? Про Язычников я даже вспоминать не хочу, а ваша община, Энни, давно лакомый кусочек для лордов, а каким станет для чужих правителей — сама должна понять. Сейчас Мафусаил держится между сотрудничеством и независимостью, но чуть сместится баланс, и он упадет.

— Он ничего мне никогда не рассказывает о таких вещах, — вздохнула я. — Но я часто делала кое-какие вещи… для них. Часто бесплатно или срочно, а общем…

— И правильно делает, что не рассказывает. Я тебе рассказываю сейчас только потому, что обещал, — он перевел на меня взгляд и моргнул. — Принеси воды, пожалуйста.

Ему было холодно почти весь день, поэтому топился камин, но Артемус все равно кутался в одеяло и просил его обнять — словно я такая огромная и могла согреть его. Хотя возражать я даже не пыталась и сама радовалась, прикасаясь к нему — почти здоровому и домашнему. Такого Артемуса я видела совсем редко и ценила особенно сильно.

— Все рухнет, как только придет к власти кто-то чужой, а для нашего города и его общества — это катастрофа. Понимаешь? Спасибо.

Он медленно сел и взял у меня из рук кружку.

— Понимаю. Извини за вопрос, он был идиотским. Значит… леди Элизабет предупредит Бриенну о тех подозрениях, что я ее навела, и они успокоятся?

— Бриенна не слишком умна, но место свое знает. Успокоится и будет осмотрительнее. Разумеется, с ней поговорят более обстоятельно, но леди Элизабет будет первой, и у нее появится перед Бриенной небольшое преимущество. Она сумеет им воспользоваться.

— Равновесие, да? Снова твое дурацкое равновесие? — улыбнулась я и, потянувшись, легко его поцеловала. — Даже в таких мелочах?

— Почему нет, милая? — я вдруг поняла, что Артемус доволен и смеется надо мной. — Все должно быть в равновесии. Даже мы с тобой. И, к слову, я придумал, как ты будешь искупать свою вину…