Фандом: Чип и Дейл спешат на помощь. Пятая часть гексалогии. «Захватите для меня норвежского сыра, я так давно его не ел»… — сказал Рокки Гаечке перед концертом группы «А-Khа». Мышка не придала этой фразе большого значения. Обычная просьба, как раз в духе Рокфора. Вот только он никогда раньше не упоминал, что бывал в Норвегии… Впрочем, нежелание ворошить прошлое не помешает этому самому прошлому при случае напомнить о себе. Берясь за новое дело, Спасатели считают, что оно им вполне по плечу, но вскоре понимают, что всё не так, как кажется на первый взгляд. И что охотники на сей раз не они…
Добавить в моё избранное
306 мин, 8 сек 18874
Так что в данном случае «лишние» усилия были совершенно оправданы. Я ответил на ваш вопрос?
— Исчерпывающе! — воскликнула Гайка, мысленно добавив: «Вот оно что… Стало быть, в этом был замысел. Вот почему у меня не получилось предупредить Спинелли!» Чип со своей стороны лишь молча кивнул. Это был полный сюрреализм. Он рассчитывал, что его радикальная позиция придется Шельму по вкусу, повысит уровень доверия между ними и облегчит Чипу задачу выведения лемминга на чистую воду. Но тот, будто прочтя его мысли, принял сторону Гайки. Зря он сказал, кто из них за какой вариант выступает. Надо было просто сказать, что в их команде есть вот такие два мнения, и спросить, какое лучше…
«А может, напрасно я все эти комбинации плету? Может, никакого двойного и тройного дна у Шельма нет? Может, это просто паранойя, как тогда, после концерта?»
«А как тогда объяснить всё это? Геккону реплику подсказал, задержанного убрал, раздоры провоцирует… Нет, тут явно что-то не то»…
— … Ладно, думаю, все, кому следует, выводы из происшедшего сделали, — закончил тем временем краткую итоговую речь Матиас. — Будьте здесь, никуда не уходите, я скоро вернусь.
— Далеко вы? — спросил Чип, резко вставая на ноги.
— Устанавливать личности наших покупателей. Раз напрямую их выследить не удалось, придется собирать мозаику по крохам.
— Возьмите нас с собой! Поможем, чем сможем!
— Не могу. Туда, куда я направляюсь, у вас нет допуска.
— И куда же вы направляетесь?
— Говорил уже: устанавливать личности наших покупателей, — терпеливо пояснил Шельм, ясно давая понять, что другого ответа от него не услышат.
— А что, отсюда никак? — Дейл указал через плечо на компьютер.
— К некоторым видам информации доступ исключительно персональный и локальный. Эта как раз из таких.
— И хранится она в библиотеке Ватикана! — воскликнул Чип.
— Почему вы так решили? — поинтересовался лемминг.
— Это логично.
— Понимаю. А размышляли вы, надо полагать, так: где информация, там и библиотека, а раз информация секретная, то и библиотека секретная, а раз дело в Риме происходит, значит, речь о библиотеке Ватикана. Так?
— Примерно, — обтекаемо выразился Чип, по глазам которого, впрочем, было видно, что Шельм попал в яблочко.
— Что ж, Чарли, — Шельм демонстративно посмотрел на огромные настенные часы, — у меня есть некоторый запас времени, который я, так и быть, потрачу на объективно совершенно необходимые разъяснения. Твоя нить рассуждений, при всей своей логичности, включает в себя несколько допущений, каждое из которых само по себе правомочно, но при наложении на другие уводит тебя всё дальше и дальше от цели. Фактически, тебя можно представить идущим по лабиринту раздваивающихся — как минимум раздваивающихся — коридоров, и на каждой развилке ты выбираешь, куда повернуть, и в конце пути приходишь к тому, что тебе кажется вычисленной на основе дедукции истиной. Нет, конечно, это может быть истиной, но может и не быть, и не быть тем сильнее, чем раньше ты повернул не туда. Сейчас ты свернул не туда прямо на старте, и закономерно пришел в Ватиканскую библиотеку, промахнувшись, ни много ни мало, на… не скажу сколько километров, это все-таки секрет, но там расстояние именно в километрах измеряется. Хорошенький «перелет-недолет» для спецоперации, согласитесь. Это я не к тому, что логические построения и вычисления — глупость. А к тому, что проводить их необходимо с четкой привязкой к оперативным данным на всех без исключения этапах и развилках рассуждений. Надеюсь, я не слишком витиевато выражаюсь?
— Нет, я слежу за мыслью, — Чип заставил себя улыбнуться. Он понимал, что слова лемминга могли быть ложью, ведь даже если он был прав насчет Ватиканской апостольской библиотеки, Шельм в жизни этого не признал бы. Тем не менее, он был во многом прав: с таким же успехом Чип мог просто наугад ткнуть пальцем в приклеенную к стене прямо напротив входа большую, от пола до потолка, и очень подробную карту Рима и пригородов, и объявить: «Здесь!» Как при таком уровне планирования он и его команда дожили до этого момента? Что если всё это время он просто угадывал? Нет, везение — это тоже хорошо, какой же сыщик без удачи, тут вопросов нет. Но удача — не ум, она его только вымышленным комедийным персонажам заменяет, и то с грехом пополам. Она хорошее подспорье, но плохой фундамент…
— Раз так, то дело за малым — сделать из моих слов верные выводы. А мне уже пора. Скоро буду. Чувствуйте себя как в музее — руками ничего не трогайте и ни на что не наступайте, если не уверены. Руди знает, что я не преувеличиваю.
— Знаю, — подтвердил Рокфор.
— Мы тоже в курсе. Вы это уже говорили, — напомнил Дейл.
— Раньше я вас здесь самих не оставлял, — мягко, можно даже сказать, сочувственно пояснил Шельм, и ушел.
— Исчерпывающе! — воскликнула Гайка, мысленно добавив: «Вот оно что… Стало быть, в этом был замысел. Вот почему у меня не получилось предупредить Спинелли!» Чип со своей стороны лишь молча кивнул. Это был полный сюрреализм. Он рассчитывал, что его радикальная позиция придется Шельму по вкусу, повысит уровень доверия между ними и облегчит Чипу задачу выведения лемминга на чистую воду. Но тот, будто прочтя его мысли, принял сторону Гайки. Зря он сказал, кто из них за какой вариант выступает. Надо было просто сказать, что в их команде есть вот такие два мнения, и спросить, какое лучше…
«А может, напрасно я все эти комбинации плету? Может, никакого двойного и тройного дна у Шельма нет? Может, это просто паранойя, как тогда, после концерта?»
«А как тогда объяснить всё это? Геккону реплику подсказал, задержанного убрал, раздоры провоцирует… Нет, тут явно что-то не то»…
— … Ладно, думаю, все, кому следует, выводы из происшедшего сделали, — закончил тем временем краткую итоговую речь Матиас. — Будьте здесь, никуда не уходите, я скоро вернусь.
— Далеко вы? — спросил Чип, резко вставая на ноги.
— Устанавливать личности наших покупателей. Раз напрямую их выследить не удалось, придется собирать мозаику по крохам.
— Возьмите нас с собой! Поможем, чем сможем!
— Не могу. Туда, куда я направляюсь, у вас нет допуска.
— И куда же вы направляетесь?
— Говорил уже: устанавливать личности наших покупателей, — терпеливо пояснил Шельм, ясно давая понять, что другого ответа от него не услышат.
— А что, отсюда никак? — Дейл указал через плечо на компьютер.
— К некоторым видам информации доступ исключительно персональный и локальный. Эта как раз из таких.
— И хранится она в библиотеке Ватикана! — воскликнул Чип.
— Почему вы так решили? — поинтересовался лемминг.
— Это логично.
— Понимаю. А размышляли вы, надо полагать, так: где информация, там и библиотека, а раз информация секретная, то и библиотека секретная, а раз дело в Риме происходит, значит, речь о библиотеке Ватикана. Так?
— Примерно, — обтекаемо выразился Чип, по глазам которого, впрочем, было видно, что Шельм попал в яблочко.
— Что ж, Чарли, — Шельм демонстративно посмотрел на огромные настенные часы, — у меня есть некоторый запас времени, который я, так и быть, потрачу на объективно совершенно необходимые разъяснения. Твоя нить рассуждений, при всей своей логичности, включает в себя несколько допущений, каждое из которых само по себе правомочно, но при наложении на другие уводит тебя всё дальше и дальше от цели. Фактически, тебя можно представить идущим по лабиринту раздваивающихся — как минимум раздваивающихся — коридоров, и на каждой развилке ты выбираешь, куда повернуть, и в конце пути приходишь к тому, что тебе кажется вычисленной на основе дедукции истиной. Нет, конечно, это может быть истиной, но может и не быть, и не быть тем сильнее, чем раньше ты повернул не туда. Сейчас ты свернул не туда прямо на старте, и закономерно пришел в Ватиканскую библиотеку, промахнувшись, ни много ни мало, на… не скажу сколько километров, это все-таки секрет, но там расстояние именно в километрах измеряется. Хорошенький «перелет-недолет» для спецоперации, согласитесь. Это я не к тому, что логические построения и вычисления — глупость. А к тому, что проводить их необходимо с четкой привязкой к оперативным данным на всех без исключения этапах и развилках рассуждений. Надеюсь, я не слишком витиевато выражаюсь?
— Нет, я слежу за мыслью, — Чип заставил себя улыбнуться. Он понимал, что слова лемминга могли быть ложью, ведь даже если он был прав насчет Ватиканской апостольской библиотеки, Шельм в жизни этого не признал бы. Тем не менее, он был во многом прав: с таким же успехом Чип мог просто наугад ткнуть пальцем в приклеенную к стене прямо напротив входа большую, от пола до потолка, и очень подробную карту Рима и пригородов, и объявить: «Здесь!» Как при таком уровне планирования он и его команда дожили до этого момента? Что если всё это время он просто угадывал? Нет, везение — это тоже хорошо, какой же сыщик без удачи, тут вопросов нет. Но удача — не ум, она его только вымышленным комедийным персонажам заменяет, и то с грехом пополам. Она хорошее подспорье, но плохой фундамент…
— Раз так, то дело за малым — сделать из моих слов верные выводы. А мне уже пора. Скоро буду. Чувствуйте себя как в музее — руками ничего не трогайте и ни на что не наступайте, если не уверены. Руди знает, что я не преувеличиваю.
— Знаю, — подтвердил Рокфор.
— Мы тоже в курсе. Вы это уже говорили, — напомнил Дейл.
— Раньше я вас здесь самих не оставлял, — мягко, можно даже сказать, сочувственно пояснил Шельм, и ушел.
Страница 25 из 88
