Фандом: Гарри Поттер. Гарри никогда не интересовался родственниками, но что если родственники интересовались им?
Добавить в моё избранное
3 мин, 32 сек 14761
Поняв, что беременна, Белла почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Но радужные мечты не успели заполнить сознание — она вспомнила об отсутствии супруга, возрасте, непрочном положении в магическом мире… И радость уступила место едва ли не отчаянию.
Белла не хотела детей в молодости — были более интересные занятия, чем возня с неразумным младенцем, да и потом не торопилась заводить потомство — всегда находилась отговорка, позволяющая отложить на необозримое потом рождение малыша. Она, кажется, даже не любила детей, во всяком случае агукающие свёртки, орущие малыши и капризничающие дети не вызывали у неё не только умиления, но откровенно раздражали.
Подруг у неё никогда не было много, а с годами их становилось всё меньше и меньше, пока она не осталась совершенно одна… И как в такой ситуации заводить собственного ребёнка, если понятия не имеешь, что с ним делать, а спросить совета — не говоря уже о помощи, — не у кого?
Почти месяц Белла решала, как поступить. О прерывании беременности речи не шло, несмотря ни на что, она происходила из чистокровной семьи, и жизнь мага для неё была священна. А в том, что её малыш будет магом, она ни секунды не сомневалась. В конце концов, случайный любовник был сильным волшебником, да и у неё в предках было кем гордиться. Вопрос был в другом: воспитывать ребёнка самой или отдать на усыновление?
Вопрос выбора так и терзал её все месяцы беременности, протекавшей довольно тяжело, а принять решение не удавалось. Отдать малыша магам, значит, вынести свой позор на публику, отдать магглам — обречь ребёнка на непонимание и кучу проблем с социализацией. Так что же выбрать?
Жизнь в шумном Лондоне имела лишь одно достоинство — близость к Святому Мунго. Белла постоянно бегала к докторам, пугаясь малейшего недомогания, и однажды её страхи оправдались.
Белла шла по парку, когда почувствовала резкие толчки. Ногам внезапно стало мокро, боль в пояснице оглушила… Женщина рухнула на землю, крича. Аппарировать она не могла, объяснять подоспевшим на помощь магглам, что ей нужно в волшебную больницу — так же было невозможно. Испуганная, дезориентированная болью женщина потеряла сознание до приезда скорой помощи…
А очнулась в стерильной палате.
Оказалось, что она едва не умерла во время родов, ребенок был здоров, а вот немолодую мать едва вытащили с того света.
— Вы долго пробыли без сознания, — кудахтала медсестра, — а потом почти всё время спали… Вашу малышку отдали социальной службе, но, когда поправитесь, можете забрать её.
Белла лишь отмахнулась. Выбор сделали за неё — прекрасно. Сил думать о судьбе нежеланного ребёнка не было.
В больницу приходили какие-то люди, задавали вопросы о ребёнке, подсовывали какие-то бумаги на подпись — Белла всё делала механически. Выписали её лишь спустя два месяца, когда её дочь уже принадлежала чужим людям. Белла прислушалась к себе, пытаясь понять, как она относится к этому факту, но в душе ничто не дёрнулось, не возмутилось, ей действительно было всё равно.
Она и думать забыла о травмирующем опыте, перенеся нерастраченную нежность на кошек, когда судьба решила подшутить.
— Арабелла, дорогая, — Дамблдор явился без приглашения и, не дожидаясь вежливых слов, уселся в кресло мистера Лапки, — нам очень нужна твоя помощь.
— Чем же вам может помочь сквиб?
— Ты не выписываешь «Ежедневный пророк»? — риторически поинтересовался директор, протягивая ей газету. — Гарри Поттер спас наш мир от ужасного зла. Но Гарри остался сиротой. Я решил спрятать его в маггловском мире, и, очень удачно получилось, что ты живешь как раз напротив дома его родственников. Дурсли, знаешь их? Я буду очень благодарен, если ты присмотришь за ним, — Дамблдор многозначительно посмотрел на Беллу и повторил: — Очень благодарен.
— Хорошо, — хрипло произнесла Арабелла, не в силах отвести взгляд от колдографии в траурной рамке. — Я присмотрю… — рыжеволосая молодая женщина была до боли похожа на своего отца. — А его мать… Кто она?
— Лили Эванс. Миссис Поттер, — улыбнулся директор. — Так я могу на тебя рассчитывать?
— Д-да… — невнятно произнесла она, вспоминая мистера и миссис Эванс, магглов, которым она отдала своего ребенка.
Альбус Дамблдор давно покинул её дом, а Арабелла Фигг так и продолжала смотреть на лицо своей давно потерянной, а теперь мёртвой дочери.
— Не была матерью, зато стану бабушкой, — усмехнулась она, с каждой секундой утверждаясь в желании познакомиться с Гарри. Повернувшись к окну, она впервые внимательно посмотрела на соседский дом. — Что ж, Дурсли имеют сына, наверняка, они не откажутся от помощи…
В голове Арабеллы выстраивался план, как сблизиться с ребёнком, который вдруг в одночасье стал родным и близким. А ещё нужным и важным. Самым важным человеком в её жизни.
Белла не хотела детей в молодости — были более интересные занятия, чем возня с неразумным младенцем, да и потом не торопилась заводить потомство — всегда находилась отговорка, позволяющая отложить на необозримое потом рождение малыша. Она, кажется, даже не любила детей, во всяком случае агукающие свёртки, орущие малыши и капризничающие дети не вызывали у неё не только умиления, но откровенно раздражали.
Подруг у неё никогда не было много, а с годами их становилось всё меньше и меньше, пока она не осталась совершенно одна… И как в такой ситуации заводить собственного ребёнка, если понятия не имеешь, что с ним делать, а спросить совета — не говоря уже о помощи, — не у кого?
Почти месяц Белла решала, как поступить. О прерывании беременности речи не шло, несмотря ни на что, она происходила из чистокровной семьи, и жизнь мага для неё была священна. А в том, что её малыш будет магом, она ни секунды не сомневалась. В конце концов, случайный любовник был сильным волшебником, да и у неё в предках было кем гордиться. Вопрос был в другом: воспитывать ребёнка самой или отдать на усыновление?
Вопрос выбора так и терзал её все месяцы беременности, протекавшей довольно тяжело, а принять решение не удавалось. Отдать малыша магам, значит, вынести свой позор на публику, отдать магглам — обречь ребёнка на непонимание и кучу проблем с социализацией. Так что же выбрать?
Жизнь в шумном Лондоне имела лишь одно достоинство — близость к Святому Мунго. Белла постоянно бегала к докторам, пугаясь малейшего недомогания, и однажды её страхи оправдались.
Белла шла по парку, когда почувствовала резкие толчки. Ногам внезапно стало мокро, боль в пояснице оглушила… Женщина рухнула на землю, крича. Аппарировать она не могла, объяснять подоспевшим на помощь магглам, что ей нужно в волшебную больницу — так же было невозможно. Испуганная, дезориентированная болью женщина потеряла сознание до приезда скорой помощи…
А очнулась в стерильной палате.
Оказалось, что она едва не умерла во время родов, ребенок был здоров, а вот немолодую мать едва вытащили с того света.
— Вы долго пробыли без сознания, — кудахтала медсестра, — а потом почти всё время спали… Вашу малышку отдали социальной службе, но, когда поправитесь, можете забрать её.
Белла лишь отмахнулась. Выбор сделали за неё — прекрасно. Сил думать о судьбе нежеланного ребёнка не было.
В больницу приходили какие-то люди, задавали вопросы о ребёнке, подсовывали какие-то бумаги на подпись — Белла всё делала механически. Выписали её лишь спустя два месяца, когда её дочь уже принадлежала чужим людям. Белла прислушалась к себе, пытаясь понять, как она относится к этому факту, но в душе ничто не дёрнулось, не возмутилось, ей действительно было всё равно.
Она и думать забыла о травмирующем опыте, перенеся нерастраченную нежность на кошек, когда судьба решила подшутить.
— Арабелла, дорогая, — Дамблдор явился без приглашения и, не дожидаясь вежливых слов, уселся в кресло мистера Лапки, — нам очень нужна твоя помощь.
— Чем же вам может помочь сквиб?
— Ты не выписываешь «Ежедневный пророк»? — риторически поинтересовался директор, протягивая ей газету. — Гарри Поттер спас наш мир от ужасного зла. Но Гарри остался сиротой. Я решил спрятать его в маггловском мире, и, очень удачно получилось, что ты живешь как раз напротив дома его родственников. Дурсли, знаешь их? Я буду очень благодарен, если ты присмотришь за ним, — Дамблдор многозначительно посмотрел на Беллу и повторил: — Очень благодарен.
— Хорошо, — хрипло произнесла Арабелла, не в силах отвести взгляд от колдографии в траурной рамке. — Я присмотрю… — рыжеволосая молодая женщина была до боли похожа на своего отца. — А его мать… Кто она?
— Лили Эванс. Миссис Поттер, — улыбнулся директор. — Так я могу на тебя рассчитывать?
— Д-да… — невнятно произнесла она, вспоминая мистера и миссис Эванс, магглов, которым она отдала своего ребенка.
Альбус Дамблдор давно покинул её дом, а Арабелла Фигг так и продолжала смотреть на лицо своей давно потерянной, а теперь мёртвой дочери.
— Не была матерью, зато стану бабушкой, — усмехнулась она, с каждой секундой утверждаясь в желании познакомиться с Гарри. Повернувшись к окну, она впервые внимательно посмотрела на соседский дом. — Что ж, Дурсли имеют сына, наверняка, они не откажутся от помощи…
В голове Арабеллы выстраивался план, как сблизиться с ребёнком, который вдруг в одночасье стал родным и близким. А ещё нужным и важным. Самым важным человеком в её жизни.
