Критерии фильтрации

Перед очередным рейдом Долохов, инструктируя свою группу, спросил:

— Вопросы есть?

Гойл кивнул.

— Ну? — недовольно спросил Антонин. Гойловские вопросы иной раз заставляли его пожалеть о том, что Круциатус перед рейдом считался дурным тоном.

— По какому критерию будем проводить фильтрацию антагонистов?

Услышавший такое от не блещущего интеллектом Гойла Малфой от изумления уронил свою трость, Эйвери поперхнулся, а Долохов мгновенно направил на Гойла палочку:

— Экспеллиармус! Ступефай! Инкарцеро!

— Это чо? — отмер потерявший дар речи при словах приятеля Крэбб.

— А вот мы сейчас узнаем, «чо», — тяжело взглянул на него Долохов. — Снейп, твою мать! — рявкнул он. — Веритасерум давай. Сейчас мы узнаем, кто это такой.

— И что он сделал с Гойлом, — добавил пришедший в себя и поспешно поднявший трость Малфой.

Влить в Гойла Веритасерум оказалось совсем непросто: разъединить его крепко сжатые челюсти удалось только Долохову вручную и с помощью какого-то замысловатого то ли заклинания, то ли заговора, произнесённого на, насколько сумели понять окружающие, русском языке. Снейп мгновенно влил в приоткрывшийся рот бесцветную жидкость, Долохов зажал Гойлу рот и, дождавшись, пока тот сглотнёт, очень нехорошо сощурился.

— Имя! Фамилия! Статус крови! — буквально пролаял Долохов, не отводя от Гойла ледяных глаз, из которых смотрела сама смерть. Случайно поймавший этот взгляд Эйвери обморочно сполз по стене, возле которой стоял. Остальные, отшатнувшись, непроизвольно схватились за палочки. Такой Долохов был смертельно опасен, и все, видевшие его в деле, знали это слишком хорошо.

— Назад, — едва слышно проговорил Малфой, подхватывая под руку Эйвери и делая знак остальным отступить подальше, и через пару секунд вокруг Гойла с Долоховым образовалось пустое пространство. Братья Лестрейнджи переглянулись, явно радуясь, что Беллы здесь нет, и Родольфус на всякий случай загородил Рабастана собой, достав палочку и направив её на маленькую группу в центре комнаты.

Рядом с Гойлом и Долоховым остался стоять только Снейп, которого, кажется, не мог испугать уже ничей взгляд, а вот ситуация весьма и весьма заинтересовала.

— Годмунд Алан Гойл, чистокровный в десятом колене, — невыразительным голосом ответил Гойл.

— Лояльность? — так же резко бросил Долохов.

— Чо? — последовал вполне ожидаемый ответ.

— Ты Пожиратель смерти?

— Да.

— Ты служишь еще кому-то, кроме Лорда?

— Нет.

— Какого… кощеева мать… драного Мордреда ты здесь сейчас устроил, недоумок?

— Чо?

— Переформулируйте вопрос, — скучным голосом посоветовал Снейп. — Объект в затруднении.

Люциус Малфой осторожно кашлянул, привлекая внимание Долохова.

— Я, конечно, не уверен… но, кажется, был у Гойлов в роду такой — Годмунд Алан. В начале восемнадцатого века, — он вопросительно взглянул на Крэбба.

— Дак нашего тоже Годмунд Алан зовут, — сказал Крэбб. — Мы же в Хоге вместе учились. А он свое первое имя невзлюбил — вот его все по фамилии и зовут. Ну или по второму имени — Алан, чо. У нас вот тоже в честь предков называют — меня в честь прадедушки Кенвульфа.

Глубоко вздохнув, Снейп решил снова вмешаться:

— Когда ты родился? — спросил он Гойла.

— Двадцать девятого февраля 1952 года, — так же невыразительно ответил Гойл.

Долохов, сплюнув на пол и от души выматерившись, отменил последние два заклинания, но отнятую палочку возвращать не спешил.

— Какого хрена ты это сказал? — спросил он, мрачно глядя на Гойла. — Пришибли бы тебя сейчас, как шпиона!

— Чо?

— Зачем ты спросил про эти… дракклову мать их за ее лысую ногу… критерии фильтрации, идиот!

— Хотел уточнить, — высказался Гойл.

— Что уточнить? — Долохов с трудом удержался от новой матерной тирады.

— Критерии фильтрации, — Гойл без всякого выражения продолжал отвечать на вопросы. На те, которые понимал.

— Я тебя сейчас все-таки пришибу, — пообещал Долохов, но уже обычным голосом. Крэбб облегченно выдохнул.

— Откуда ты знаешь выражение «критерии фильтрации»? — продолжил, тем временем, допрос Снейп.

— Может, его Руквуд покусал? — предположил Крэбб. И, не откладывая дела в долгий ящик, спросил приятеля: — Тебя Руквуд не кусал?

— Не кусал, — так же ровно ответил Гойл. Снейп бросил на обоих «интеллектуалов» уничтожающий взгляд, но промолчал, как ни удивительно: обычно он не упускал случая высказаться об удручающе низком уровне развития своих товарищей по организации. Не всех, конечно — но Крэбб и Гойл в число этих счастливчиков никогда не входили.

— Даже если б и покусал, — негромко рассмеялся Мальсибер, — интеллект так не передаётся. Иначе бы все слизеринцы получали исключительно «Превосходно», как минимум по чарам и зельеварению: Северус бы их попросту перекусал всех…