Фандом: Хроники Дерини. Все лето Дерри успешно избегал Венцита, пока судьба их не столкнула на берегу озера Кех.
Добавить в моё избранное
22 мин, 16 сек 15305
Правда, это не меняло чувств — благодарность, которую Карисса испытывала к Венциту, несколько мешала ей, так что теперь она была готова помочь — с радостью.
Ведущей сферой клиники Кариссы были незаконные пластические операции, к ней приезжали со всех штатов и даже из других стран. Не зря — в пластике ее люди достигли вершин мастерства. Как прикрытие проводились операции для богачей, но доходы от законного бизнеса и теневого было не сравнить. Также в клинике проходили реабилитацию пострадавшие от огнестрельных и других ранений, тоже очень нужная вещь в их деле.
Почти весь медицинский персонал клиники Карисса привезла с собой из Ремута. Когда Венцит хотел ее поддразнить, он говорил, что она явно переняла особенность Халдейнов — заботу о своих людях. Карисса шипела на него, но в глубине души знала, что он прав. Зато ее люди никогда не предадут!
Венцит сообщил, что скоро привезет в клинику пострадавшего с огнестрелом. Карисса и не подозревала, что так любопытна, но теперь не находила места, желая взглянуть на того, кого король лично привезет для оказания медицинской помощи.
Венцит пристально смотрел на парня, сопевшего на носилках. Во взгляде Венцита люди, хорошо его знавшие, заметили бы нежность и тут же решили, что у них галлюцинации. Карисса считала себя здравомыслящим человеком, поэтому такую мысль отмела сразу. Она подумала, что свет упал как-то не так, вот и показалось.
— Что ты ему дал?
— Фитал-26, сегодня синтезировали окончательный вариант. У меня не было выхода, пришлось рискнуть. Кстати, нужно будет в Пещере оборудовать медицинский кабинет по последнему слову техники и запас лекарств обеспечить. Выделишь, кого-нибудь из своих знающих людей?
— Конечно.
Медбратья забрали раненого, Венцит смотрел им вслед, пока они не скрылись за поворотом. Карисса решила в ближайшее время проверить свое зрение, ей опять чудились странные эмоции на лице Венцита.
— Так что случилось?
— Рядом с озером Кех люди Марлука продавали наркотики местному идиоту…
Карисса против воли ойкнула и закрыла рот рукой. Восемь лет назад Марлука, ее отца, Венцит не принял — теневой правитель штата Торент был против наркоторговцев. Карисса тогда заставила отца дать клятву, что он не будет пытаться проникнуть на территорию Венцита.
— Я об этом ничего не знала!
— Я тебе верю, иначе бы не приехал в клинику. Так вот, люди Марлука собирались убрать случайного свидетеля — Шона Дерри, друга Аларика Моргана. Неудачнее кандидатуру они не могли подобрать…
Глаза Кариссы недобро загорелись. Три года назад она пыталась отсудить недвижимость в Ремуте. На том суде Халдейнов представлял Аларик Морган, молодой адвокат, для которого этот процесс стал первой крупной победой в практике. С тех пор Карисса к нему испытывала сильную неприязнь.
— Остынь, Шон — мой.
Кариссе показалось, что ей послышалось:
— Он кто?
— Дорогой для меня человек — во всех смыслах.
Венцит был спокоен как дишский удав.
— И я буду очень благодарен за квалифицированную помощь ему.
Карисса тут же отправила лучшего врача к удивительному человеку, сумевшему так зацепить Венцита, после чего уточнила:
— Больше люди отца ничего не натворили?
— Как сказать. Эти олухи подорвали Пещеру и убились там, конечно. Жаль, что не все…
— Он же мне обещал! Клялся!
— Марлук почти начал войну.
— Почти?
— Если его люди немедленно покинут Торент и забудут дорогу к моему штату, я не буду предъявлять претензий. Ради тебя, большей частью. Наше сотрудничество — очень выгодная вещь.
Карисса почувствовала, что ей тяжело говорить.
— Спасибо. А Дерри?
— Он не пойдет в полицию, я с ним договорюсь.
Второй день Дерри лежал в этой светлой сверхуютной палате. Стены были украшены великолепными копиями пейзажей Ван Баррена, Дерри подумал бы, что они настоящие, если б вчера в Пещере не видел подлинники этих работ. Он начинал влюбляться в картины этого художника: океанский берег, прозрачная вода и небо. Когда на третьем курсе у Дерри была история искусств в университете, преподаватель им рассказывал, что морской период в творчестве Ван Баррена считается самым удачным. Теперь он по-настоящему понял, почему исследователи так думают.
Кроме картин, мысли Дерри занимала левая рука. Действие экспериментального обезболивающего, которое вколол ему Венцит, уже закончилось, и Дерри начал чувствовать все по полной программе. Надо сказать, персонал в этой больнице обращался с ним, как будто он был сделан из средневекового фарфора. Врачи прибегали по первому взгляду, не то, что по жалобе. Это не говоря уже о медсестрах, которые каждые десять минут спрашивали, как он себя чувствует.
Заглядывала познакомиться и владелица клиники Карисса, которая выглядела вполне дружелюбно.
Ведущей сферой клиники Кариссы были незаконные пластические операции, к ней приезжали со всех штатов и даже из других стран. Не зря — в пластике ее люди достигли вершин мастерства. Как прикрытие проводились операции для богачей, но доходы от законного бизнеса и теневого было не сравнить. Также в клинике проходили реабилитацию пострадавшие от огнестрельных и других ранений, тоже очень нужная вещь в их деле.
Почти весь медицинский персонал клиники Карисса привезла с собой из Ремута. Когда Венцит хотел ее поддразнить, он говорил, что она явно переняла особенность Халдейнов — заботу о своих людях. Карисса шипела на него, но в глубине души знала, что он прав. Зато ее люди никогда не предадут!
Венцит сообщил, что скоро привезет в клинику пострадавшего с огнестрелом. Карисса и не подозревала, что так любопытна, но теперь не находила места, желая взглянуть на того, кого король лично привезет для оказания медицинской помощи.
Венцит пристально смотрел на парня, сопевшего на носилках. Во взгляде Венцита люди, хорошо его знавшие, заметили бы нежность и тут же решили, что у них галлюцинации. Карисса считала себя здравомыслящим человеком, поэтому такую мысль отмела сразу. Она подумала, что свет упал как-то не так, вот и показалось.
— Что ты ему дал?
— Фитал-26, сегодня синтезировали окончательный вариант. У меня не было выхода, пришлось рискнуть. Кстати, нужно будет в Пещере оборудовать медицинский кабинет по последнему слову техники и запас лекарств обеспечить. Выделишь, кого-нибудь из своих знающих людей?
— Конечно.
Медбратья забрали раненого, Венцит смотрел им вслед, пока они не скрылись за поворотом. Карисса решила в ближайшее время проверить свое зрение, ей опять чудились странные эмоции на лице Венцита.
— Так что случилось?
— Рядом с озером Кех люди Марлука продавали наркотики местному идиоту…
Карисса против воли ойкнула и закрыла рот рукой. Восемь лет назад Марлука, ее отца, Венцит не принял — теневой правитель штата Торент был против наркоторговцев. Карисса тогда заставила отца дать клятву, что он не будет пытаться проникнуть на территорию Венцита.
— Я об этом ничего не знала!
— Я тебе верю, иначе бы не приехал в клинику. Так вот, люди Марлука собирались убрать случайного свидетеля — Шона Дерри, друга Аларика Моргана. Неудачнее кандидатуру они не могли подобрать…
Глаза Кариссы недобро загорелись. Три года назад она пыталась отсудить недвижимость в Ремуте. На том суде Халдейнов представлял Аларик Морган, молодой адвокат, для которого этот процесс стал первой крупной победой в практике. С тех пор Карисса к нему испытывала сильную неприязнь.
— Остынь, Шон — мой.
Кариссе показалось, что ей послышалось:
— Он кто?
— Дорогой для меня человек — во всех смыслах.
Венцит был спокоен как дишский удав.
— И я буду очень благодарен за квалифицированную помощь ему.
Карисса тут же отправила лучшего врача к удивительному человеку, сумевшему так зацепить Венцита, после чего уточнила:
— Больше люди отца ничего не натворили?
— Как сказать. Эти олухи подорвали Пещеру и убились там, конечно. Жаль, что не все…
— Он же мне обещал! Клялся!
— Марлук почти начал войну.
— Почти?
— Если его люди немедленно покинут Торент и забудут дорогу к моему штату, я не буду предъявлять претензий. Ради тебя, большей частью. Наше сотрудничество — очень выгодная вещь.
Карисса почувствовала, что ей тяжело говорить.
— Спасибо. А Дерри?
— Он не пойдет в полицию, я с ним договорюсь.
Второй день Дерри лежал в этой светлой сверхуютной палате. Стены были украшены великолепными копиями пейзажей Ван Баррена, Дерри подумал бы, что они настоящие, если б вчера в Пещере не видел подлинники этих работ. Он начинал влюбляться в картины этого художника: океанский берег, прозрачная вода и небо. Когда на третьем курсе у Дерри была история искусств в университете, преподаватель им рассказывал, что морской период в творчестве Ван Баррена считается самым удачным. Теперь он по-настоящему понял, почему исследователи так думают.
Кроме картин, мысли Дерри занимала левая рука. Действие экспериментального обезболивающего, которое вколол ему Венцит, уже закончилось, и Дерри начал чувствовать все по полной программе. Надо сказать, персонал в этой больнице обращался с ним, как будто он был сделан из средневекового фарфора. Врачи прибегали по первому взгляду, не то, что по жалобе. Это не говоря уже о медсестрах, которые каждые десять минут спрашивали, как он себя чувствует.
Заглядывала познакомиться и владелица клиники Карисса, которая выглядела вполне дружелюбно.
Страница 6 из 7
