Фандом: Гарри Поттер. Как на самом деле победили Волдеморта? Так, как вы читали у мисс Роулинг?Увы, все было совсем не так… Роберт Грейнджер — мальчик необыкновенный. Его папа и мама были волшебниками. Героями и членами Ордена феникса. То есть, мама Гермиона вполне жива-здорова и работает в Министерстве магии, а папу Северуса очень давно убил злой волшебник Волдеморт, когда Бобби было всего год от роду…
Добавить в моё избранное
333 мин, 24 сек 10073
— Еще ближе… Отлично. Так, теперь посчитаем. Один, два… Надо же, четверо. Что так мало? В следующий раз всемером приходите.
Тайгер засмеялся.
— Как скажешь, Грейнджер. Последнее слово обвиняемого всегда священно.
— Последнее слово? — переспросил Бобби. — Это благодарность. С вами приятно иметь дело. Вы такие послушные, предсказуемые. Просто идеальные клиенты.
— Что он имеет в виду?
— Фред, только не слушай его, — сказал Олливандер. — Не видишь, что ли, что он зубы заговаривает?
— Я заговариваю? Помилуй, Олливандер! Я готов драться хоть сейчас! — обиженно ответил Бобби.
— Тогда без разговоров — начнем?
— Все четверо, сразу. И лучше одновременно, — посоветовал Бобби.
— Думаешь, ты крутой?
— Я один против четверых, — сказал Бобби. — По справедливости, я имею право выбора.
— Выбора, с кем из нас тебе драться?
— Выбора, как мне с вами сражаться.
— Мне это не нравится, — сказал Буллер.
— Мне тоже, — подержал подозрительный Олливандер. — Раз он сам попросил, то у него что-то на уме. Надо сделать всё наоборот.
Бобби слегка поклонился:
— Обожаю, когда гриффиндорцы демонстрируют лучшие качества своего факульета, кодекс чести и справедливости. Особенно, чтобы скрыть, что четверо боятся одного.
— Фред, а что будет? — спросил Тайгер. — Нас четверо.
— Так нечестно, — сказал Фред.
— Он сам напросился.
— Паинька, ты что-то задумал? Зачем тебе нужно, чтобы нападали все сразу?
— А что мне вам ответить? Я не знаю, что будет. Лучше у Трелони спросите, это она у вас ясновидящая.
— Паинька, ты сам напросился! — рявкнул Олливандер.
— Давайте синхронно, на счет три, — сказал Бобби. — Все подняли палочки… Раз… Два…
Буллер не шелохнулся; Фред Уизли, Олливандер и Тайгер подняли палочки.
— Левикорпус!
— Импедимента!
— Фурункулюс!
— Наложись! …
«Наложись, — крикнул Бобби. И произошла невиданная вещь: из его палочки вылетел ярко-синий луч, который прошел сквозь три луча противников. Странный луч соединил разряды палочек друг с другом. Четыре палочки образовали одну электромагическую цепь. Нечто подобное случилось много лет назад на дуэли Гарри Поттера и Лорда Волдеморта, только участвовали в цепи тогда всего лишь две палочки.»
А ведь из трех других палочек вылетели собственные разряды! Все они не дошли до адресата — молния соединила их в одно ослепительно-синее электическое кольцо, которое искрило и нагревало воздух вокруг себя. Коридор осветился от вибрирующего в середине магического поля. Палочки нагрелись и пошли искрами. К счастью, дуэлянты успели их выронить.
Бобби продолжал удерживать свою в руках. Он оглядывался вокруг с научным интересом.
Поле из четырех магических разрядов вертелось вокруг него, раскаляясь и набирая силу. Бобби держал палочку, то ли пытаясь контролировать силу, которую сам вызвал к жизни, то ли просто наблюдая за ходом эсперимента. Наверное, он был прав, выбрав философское невмешательство, потому что концентрация магии в этом месте была уже слишком велика, чтобы с ней совладал двенадцатилетний мальчик.
Он только держал палочку, из которой бил синий луч, тем самым надеясь удержать и нагнетенное лучем поле…
Оно становилось всё ярче, искрило сильнее… Наконец оно моргнуло, пошло ввысь и ударило в потолок — и произошел взрыв.
Вниз полетели обломки потолка, пыль и песок.
— Ложись! — заорал Фред Уизли и упал, закрывая мантией голову.
За ним легли остальные.
Фосфорицирующее облако устремилось ввысь сквозь дыру в потолке и исчезло в голубой дали.
Шуршание разрядов перестало быть слышно, но сверху продолжала сыпаться пыль.
Дети, лежавшие на полу коридора, начали шевелиться; Бобби встал первым и изящно отряхнул мантию от пыли и известки.
— Грейнджер, что это было? — хриплым голосом спросил Уизли.
Бобби задумчиво рассмотрел дыру в потолке и вынес вердикт:
— Так не годится… Репаро максима!
Обломки и пыль закрутило в вихре, неудержимо влекущем их к потолку. Перекрытие самовосстанавливалось на глазах.
— Грейнджер, что это…
— Эксперимент, — невинно объяснил Бобби. — Я же вас предупреждал. Удачно вышло, всем спасибо за участие.
Коридор постепенно наполнялся людьми. Разъяренная профессор Витч шла впереди всех.
— Что здесь происходит?!
— Здравствуйте, профессор. Всё в порядке, — вежливо сказал Бобби. — Мы тут пробовали одно заклинание…
— Как Вы думаете, мистер Грейнджер, сколько раз я слышала объяснение в стиле «Мы пробовали одно заклинание»? — спросила Витч.
— Простите, профессор, но я не знаю…
— Это был риторический вопрос, Грейнджер. В следующий раз не отвечайте, пока Вас не спросят.
Тайгер засмеялся.
— Как скажешь, Грейнджер. Последнее слово обвиняемого всегда священно.
— Последнее слово? — переспросил Бобби. — Это благодарность. С вами приятно иметь дело. Вы такие послушные, предсказуемые. Просто идеальные клиенты.
— Что он имеет в виду?
— Фред, только не слушай его, — сказал Олливандер. — Не видишь, что ли, что он зубы заговаривает?
— Я заговариваю? Помилуй, Олливандер! Я готов драться хоть сейчас! — обиженно ответил Бобби.
— Тогда без разговоров — начнем?
— Все четверо, сразу. И лучше одновременно, — посоветовал Бобби.
— Думаешь, ты крутой?
— Я один против четверых, — сказал Бобби. — По справедливости, я имею право выбора.
— Выбора, с кем из нас тебе драться?
— Выбора, как мне с вами сражаться.
— Мне это не нравится, — сказал Буллер.
— Мне тоже, — подержал подозрительный Олливандер. — Раз он сам попросил, то у него что-то на уме. Надо сделать всё наоборот.
Бобби слегка поклонился:
— Обожаю, когда гриффиндорцы демонстрируют лучшие качества своего факульета, кодекс чести и справедливости. Особенно, чтобы скрыть, что четверо боятся одного.
— Фред, а что будет? — спросил Тайгер. — Нас четверо.
— Так нечестно, — сказал Фред.
— Он сам напросился.
— Паинька, ты что-то задумал? Зачем тебе нужно, чтобы нападали все сразу?
— А что мне вам ответить? Я не знаю, что будет. Лучше у Трелони спросите, это она у вас ясновидящая.
— Паинька, ты сам напросился! — рявкнул Олливандер.
— Давайте синхронно, на счет три, — сказал Бобби. — Все подняли палочки… Раз… Два…
Буллер не шелохнулся; Фред Уизли, Олливандер и Тайгер подняли палочки.
— Левикорпус!
— Импедимента!
— Фурункулюс!
— Наложись! …
«Наложись, — крикнул Бобби. И произошла невиданная вещь: из его палочки вылетел ярко-синий луч, который прошел сквозь три луча противников. Странный луч соединил разряды палочек друг с другом. Четыре палочки образовали одну электромагическую цепь. Нечто подобное случилось много лет назад на дуэли Гарри Поттера и Лорда Волдеморта, только участвовали в цепи тогда всего лишь две палочки.»
А ведь из трех других палочек вылетели собственные разряды! Все они не дошли до адресата — молния соединила их в одно ослепительно-синее электическое кольцо, которое искрило и нагревало воздух вокруг себя. Коридор осветился от вибрирующего в середине магического поля. Палочки нагрелись и пошли искрами. К счастью, дуэлянты успели их выронить.
Бобби продолжал удерживать свою в руках. Он оглядывался вокруг с научным интересом.
Поле из четырех магических разрядов вертелось вокруг него, раскаляясь и набирая силу. Бобби держал палочку, то ли пытаясь контролировать силу, которую сам вызвал к жизни, то ли просто наблюдая за ходом эсперимента. Наверное, он был прав, выбрав философское невмешательство, потому что концентрация магии в этом месте была уже слишком велика, чтобы с ней совладал двенадцатилетний мальчик.
Он только держал палочку, из которой бил синий луч, тем самым надеясь удержать и нагнетенное лучем поле…
Оно становилось всё ярче, искрило сильнее… Наконец оно моргнуло, пошло ввысь и ударило в потолок — и произошел взрыв.
Вниз полетели обломки потолка, пыль и песок.
— Ложись! — заорал Фред Уизли и упал, закрывая мантией голову.
За ним легли остальные.
Фосфорицирующее облако устремилось ввысь сквозь дыру в потолке и исчезло в голубой дали.
Шуршание разрядов перестало быть слышно, но сверху продолжала сыпаться пыль.
Дети, лежавшие на полу коридора, начали шевелиться; Бобби встал первым и изящно отряхнул мантию от пыли и известки.
— Грейнджер, что это было? — хриплым голосом спросил Уизли.
Бобби задумчиво рассмотрел дыру в потолке и вынес вердикт:
— Так не годится… Репаро максима!
Обломки и пыль закрутило в вихре, неудержимо влекущем их к потолку. Перекрытие самовосстанавливалось на глазах.
— Грейнджер, что это…
— Эксперимент, — невинно объяснил Бобби. — Я же вас предупреждал. Удачно вышло, всем спасибо за участие.
Коридор постепенно наполнялся людьми. Разъяренная профессор Витч шла впереди всех.
— Что здесь происходит?!
— Здравствуйте, профессор. Всё в порядке, — вежливо сказал Бобби. — Мы тут пробовали одно заклинание…
— Как Вы думаете, мистер Грейнджер, сколько раз я слышала объяснение в стиле «Мы пробовали одно заклинание»? — спросила Витч.
— Простите, профессор, но я не знаю…
— Это был риторический вопрос, Грейнджер. В следующий раз не отвечайте, пока Вас не спросят.
Страница 29 из 98
