Фандом: Гарри Поттер. Как на самом деле победили Волдеморта? Так, как вы читали у мисс Роулинг?Увы, все было совсем не так… Роберт Грейнджер — мальчик необыкновенный. Его папа и мама были волшебниками. Героями и членами Ордена феникса. То есть, мама Гермиона вполне жива-здорова и работает в Министерстве магии, а папу Северуса очень давно убил злой волшебник Волдеморт, когда Бобби было всего год от роду…
Добавить в моё избранное
333 мин, 24 сек 10083
Так легче было справляться с бессонницей.
Гарри было тяжело, но заметным облегчением служило, что Бобби Грейнджер вел себя образцово. Гарри ни разу не встречал его в своих ночных прогулках, а судя по Карте, Бобби не вылезал из подземелий, не бродил по ночам и вообще вовремя ложился спать.
Зато Гарри спать не мог. Так начинается второе смертельно опасное приключение из жизни Бобби Грейнджера.
Итак, одной дождливой октябрьской ночью профессор Гарри Поттер проснулся задолго до рассвета. У него не было никаких внятных причин просыпаться, но в последнее время профессор легко пробуждался и плохо засыпал обратно.
Что ж, сеодня опять? Он привык…
Профессор автоматически взглянул на Карту мародеров, лежащую у его изголовья. Он нашел точку «Роберт Грейнджер» в слизеринской спальне и сразу как-то успокоился. Тем не менее, профессор решил встать и произвести разведку местности.
Судя по Карте, Замок спал, коридоры были пусты… Но всё-таки Гарри оделся, взял волшебную палочку и вышел из комнат.
Первые два коридора были действительно пусты. Гарри завернул за угол, чтобы в третьем коридоре столкнуться… с самим собой.
Гарри остолбенел: перед ним стоял самый настоящий профессор Поттер, в копии его мантии, в точном подобии его очков!
Гарри немедленно поднял волшебную палочку.
Самозваный «Профессор Поттер», который мрачно смотрел на него, шепотом выругался.
Затем он громко добавил:
— Всё в порядке, профессор, всё в порядке, не надо угрожать мне… Это просто Оборотное зелье. Я использую его, чтобы при встречах с кем-нибудь ночью ко мне не цеплялись с вопросами, и я выбрал Вас, потому что это удобнее всего. Вас часто видят патрулирующим коридоры по ночам и уже привыкли…
Наверное, светский этикет требовал от Гарри Поттера поддержать милую беседу, но у него не было никакого желания. Зато была законное негодование нарушителем, присвоившим его личность и разгуливающим в таком виде по ночам. Гарри прицелился в своего дубликата, вспомнил одно очень обидное заклинание и выкрикнул:
— Тресни!
Кем бы ни был «профессор», заговаривающий ему зубы, а со сломанной волшебной палочкой он будет безопаснее. И кара достойная: палочку всем терять жалко, и стоит она недешево.
— Экспеллиармус! — мгновенно отреагировал самозванец. Его палочка все-таки треснула, но и палочка профессора Поттера вырвалась из рук хозяина и отлетела в конец коридора.
«Экспеллиармус!» Гарри оторопел. Мало того, что этот негодник присвоил его личину, так он еще украл право пользования его любимым заклинанием! Его фирменным заклинанием Экспеллиармус! Усвоил, можно сказать, все привычки оригинала.
И усвоил успешно: Экспеллиармус самозванца сработал безупречно, словно его бросал настоящий Поттер. Палочка Гарри отлетела от него очень далеко.
Гарри обозрел диспозицию: его палочка упала вдали, обломки палочки дубликата лежали на полу.
Вот так и получилось, что единственная уцелевшая в схватке клонов волшебная палочка легла в конце коридора, почти у подножия лестницы на другой этаж.
Гарри и самозванец побежали за «оружием» одновременно. Самозванец оказался быстрее.
Гарри смотрел, как самозванец диким прыжком достигает конца коридора, подхватывает Гаррину палочку и сигает оттуда на ближайшую межэтажную лестницу, которая неторопливо отъеезжает от «причала» и разворачивается к другому этажу… Среди хогвартских лестниц такая гнусность — обычное дело.
Гарри стоял на краю пролета — на краю зияющей пустоты, где только что была лестница… Но ее больше не было, а вместо нее вниманию предлагалась воздушная яма, по которой нельзя было добраться наверх или вниз. Гарри оставалось стоять и смотреть, как самозванец в эту минуту успешно ступает на площадку пятого этажа.
Бесстыжий самозванец встал на площадку и обернулся:
— Я только на время позаимствую Вашу палочку, сэр. Я обещаю в следующий понедельник вернуть ее целой и невредимой! Моя палочка, как видите, треснула, а мне без палочки быть никак нельзя. Извините, но придется пока взять Вашу… Ну потерпите, ведь завтра суббота, занятий нет, палочка Вам не очень и понадобится… А мне иначе свою не восстановить…
От такой наглости Гарри остолбенел. Но самозванец на этом не остановился.
— Я всё Вам верну, не беспокойтесь! Честное слово. Я не Пожиратель смерти, я один из Ваших учеников, сэр!
— Как Ваша фамилия? — прокричал в ответ Гарри.
— Грейнджер! Роберт Грейнджер!
— Вы лжете, это невозможно! Мне отлично известно, что Грейнджер сейчас спокойно спит! Назовите свое настоящее имя, я всё равно дознаюсь, кто это был!
— Вы ручаетесь, потому что так видели по Карте Мародеров? Так это неправда. Это Ваша карта лжет, а не я! Я сам ее заколдовал!
Гарри без сил прислонился к стене:
— Я не знаю, кто вы и как узнали про Карту, но Грейнджер не мог ее заколдовать!
Гарри было тяжело, но заметным облегчением служило, что Бобби Грейнджер вел себя образцово. Гарри ни разу не встречал его в своих ночных прогулках, а судя по Карте, Бобби не вылезал из подземелий, не бродил по ночам и вообще вовремя ложился спать.
Зато Гарри спать не мог. Так начинается второе смертельно опасное приключение из жизни Бобби Грейнджера.
Итак, одной дождливой октябрьской ночью профессор Гарри Поттер проснулся задолго до рассвета. У него не было никаких внятных причин просыпаться, но в последнее время профессор легко пробуждался и плохо засыпал обратно.
Что ж, сеодня опять? Он привык…
Профессор автоматически взглянул на Карту мародеров, лежащую у его изголовья. Он нашел точку «Роберт Грейнджер» в слизеринской спальне и сразу как-то успокоился. Тем не менее, профессор решил встать и произвести разведку местности.
Судя по Карте, Замок спал, коридоры были пусты… Но всё-таки Гарри оделся, взял волшебную палочку и вышел из комнат.
Первые два коридора были действительно пусты. Гарри завернул за угол, чтобы в третьем коридоре столкнуться… с самим собой.
Гарри остолбенел: перед ним стоял самый настоящий профессор Поттер, в копии его мантии, в точном подобии его очков!
Гарри немедленно поднял волшебную палочку.
Самозваный «Профессор Поттер», который мрачно смотрел на него, шепотом выругался.
Затем он громко добавил:
— Всё в порядке, профессор, всё в порядке, не надо угрожать мне… Это просто Оборотное зелье. Я использую его, чтобы при встречах с кем-нибудь ночью ко мне не цеплялись с вопросами, и я выбрал Вас, потому что это удобнее всего. Вас часто видят патрулирующим коридоры по ночам и уже привыкли…
Наверное, светский этикет требовал от Гарри Поттера поддержать милую беседу, но у него не было никакого желания. Зато была законное негодование нарушителем, присвоившим его личность и разгуливающим в таком виде по ночам. Гарри прицелился в своего дубликата, вспомнил одно очень обидное заклинание и выкрикнул:
— Тресни!
Кем бы ни был «профессор», заговаривающий ему зубы, а со сломанной волшебной палочкой он будет безопаснее. И кара достойная: палочку всем терять жалко, и стоит она недешево.
— Экспеллиармус! — мгновенно отреагировал самозванец. Его палочка все-таки треснула, но и палочка профессора Поттера вырвалась из рук хозяина и отлетела в конец коридора.
«Экспеллиармус!» Гарри оторопел. Мало того, что этот негодник присвоил его личину, так он еще украл право пользования его любимым заклинанием! Его фирменным заклинанием Экспеллиармус! Усвоил, можно сказать, все привычки оригинала.
И усвоил успешно: Экспеллиармус самозванца сработал безупречно, словно его бросал настоящий Поттер. Палочка Гарри отлетела от него очень далеко.
Гарри обозрел диспозицию: его палочка упала вдали, обломки палочки дубликата лежали на полу.
Вот так и получилось, что единственная уцелевшая в схватке клонов волшебная палочка легла в конце коридора, почти у подножия лестницы на другой этаж.
Гарри и самозванец побежали за «оружием» одновременно. Самозванец оказался быстрее.
Гарри смотрел, как самозванец диким прыжком достигает конца коридора, подхватывает Гаррину палочку и сигает оттуда на ближайшую межэтажную лестницу, которая неторопливо отъеезжает от «причала» и разворачивается к другому этажу… Среди хогвартских лестниц такая гнусность — обычное дело.
Гарри стоял на краю пролета — на краю зияющей пустоты, где только что была лестница… Но ее больше не было, а вместо нее вниманию предлагалась воздушная яма, по которой нельзя было добраться наверх или вниз. Гарри оставалось стоять и смотреть, как самозванец в эту минуту успешно ступает на площадку пятого этажа.
Бесстыжий самозванец встал на площадку и обернулся:
— Я только на время позаимствую Вашу палочку, сэр. Я обещаю в следующий понедельник вернуть ее целой и невредимой! Моя палочка, как видите, треснула, а мне без палочки быть никак нельзя. Извините, но придется пока взять Вашу… Ну потерпите, ведь завтра суббота, занятий нет, палочка Вам не очень и понадобится… А мне иначе свою не восстановить…
От такой наглости Гарри остолбенел. Но самозванец на этом не остановился.
— Я всё Вам верну, не беспокойтесь! Честное слово. Я не Пожиратель смерти, я один из Ваших учеников, сэр!
— Как Ваша фамилия? — прокричал в ответ Гарри.
— Грейнджер! Роберт Грейнджер!
— Вы лжете, это невозможно! Мне отлично известно, что Грейнджер сейчас спокойно спит! Назовите свое настоящее имя, я всё равно дознаюсь, кто это был!
— Вы ручаетесь, потому что так видели по Карте Мародеров? Так это неправда. Это Ваша карта лжет, а не я! Я сам ее заколдовал!
Гарри без сил прислонился к стене:
— Я не знаю, кто вы и как узнали про Карту, но Грейнджер не мог ее заколдовать!
Страница 39 из 98
