Фандом: Гарри Поттер. Как на самом деле победили Волдеморта? Так, как вы читали у мисс Роулинг?Увы, все было совсем не так… Роберт Грейнджер — мальчик необыкновенный. Его папа и мама были волшебниками. Героями и членами Ордена феникса. То есть, мама Гермиона вполне жива-здорова и работает в Министерстве магии, а папу Северуса очень давно убил злой волшебник Волдеморт, когда Бобби было всего год от роду…
Добавить в моё избранное
333 мин, 24 сек 10098
— Остолбеней и Петрификус — не серьезные?
— Темные — серьезные. Сектумсемпра, Адское пламя… И Непростительные.
— И как ты представляешь себе отрабатывать Непростительные заклинания? — усмехнулся Фред.
— Так, чтобы мы знали, к чему готовиться.
— А то мы не знаем.
— Вы их хоть раз видели? — резко спросил Буллер. — Вживую, как они действуют? Круцио, например?
— Всю жизнь мечтал их увидеть, — поморщился Фред.
— Ага, особенно Аваду Кедавру.
— Вы дураки, — сказал Буллер. — Это не смешно.
— Да никто и не думал смеяться.
— А вы подумайте. Ради разнообразия. Профессор Поттер должен был нам их показать, когда вел лекции, — заявил Буллер.
— Профессор Поттер? Показать нам Непростительные? Ты сбрендил.
— Ага, так и вижу, как профессор Поттер мечет кругом Круциатусы и Аваду Кедавру…
— А Пожиратели смерти церемониться не будут. Метнут, и ты готов. Потому что тебя не учили защищаться, — сказал Буллер.
— Ты стал говорить совсем как Грейнджер.
— А Грейнджер знает, о чем говорит. Он вообще-то лучший из нас по Темным Искусствам.
— Точно, он — по Искусствам, а мы — по их Защите…
— Мне хогвартские учебники по Защите перестали нравиться. В них ни тролля не написано конкретного, одна идеология: что Темные искусства — это плохо, а Светлые — хорошо, и никакой техники. Даже формулы заклинаний не приводятся, потому что нам, мол, вредно их знать, чтобы не травмировать Темной магией наши неокрепшие юные души. А учебники по самим Темным искусствам — очень дельные. Подробные, с иллюстрациями и по существу.
— И всё-таки, где ты их взял?
— Грейнджер одолжил. Я попросил, и он сразу дал. В конце концов, он же мне жизнью обязан, — сказал Буллер.
— Гарри, ты будь с ним поосторожнее. Тут все-таки черная магия.
— Я очень осторожен.
— А книги-то не заколдованы?
— Вроде нет.
— Никогда не видел такой странной рукописи, — продолжал подозрительный Найл.
— Я тоже. Это ксерокс.
— Что?
— Не знаю, — честно признался Буллер. — Ксерокс какой-то. Я всю книгу просмотрел, искал, что такое ксерокс, но пока я этого заклинания не нашел.
— Гарри, это черная магия, будь осторожнее, — повторил Олливандер.
— Вот мне интересно, — громко спросила Лили, — когда тебе надоест это повторять?
— Никогда. Это правда.
— Найл, ну что ты имеешь против Грейнджера?
Найл собрался с духом, подбирая слова получше. Казалось, что он долго готовился к этому разговору:
— Ну что ж, пора расставить точки над i. Давно пора. Больше нельзя закрывать глаза. Из Роберта Грейнджера растет Темный маг.
— И что? — упрямо спросила Лили.
— Он настоящий слизеринец.
— И что?
— Я не желаю закрывать глаза на угрозу, которую несет обществу факультет Слизерин, — продолжал Олливандер.
— Какую угрозу?
— Все Темные маги соединились Сами-Знаете-С-Кем.
— Не все, а из тех, кто присоедиился, некоторые затем вернулись обратно. А к Бобби это вообще не относится, его отец был членом Ордена феникса!
— Это была ошибка.
— Почему? — крикнула Лили.
— Потому что Снейпу нельзя было доверять, — ответил Найл.
— Тебе напомнить, как Дамблдор доверял Снейпу?
— А тебе напомнить, чем это для Дамблдора кончилось?
— А тебе напомнить, что Снейп полностью оправдан от всех обвинений? Ты знаешь про его воспоминания?
— А ты веришь этим воспоминаниям? Я назову тебе сотню отличных экспертов, которые считают эти «воспоминания» фальшивыми. Снейп был непревзойденный мистификатором.
— Ты параноик, Найл, — отрезала Лили.
— Я помню, что не только Дамблдор, но и Тот-Кого-Нельзя-Называть безгранично доверял Снейпу. И Сам-Знаешь-Кто верил ему до самого конца. Он смеялся, когда ему говорили, что Снейп предатель, он отвечал, что это чушь собачья. Что Снейп верен ему и действует по его плану. А ему лучше знать! Волдеморт — лучший легилимент в мире.
— Найл, я поняла одно: с тобой разговаривать бесполезно, — сердито сказала Лили. — Что-то мне тошно с вами находиться, я выйду на свежий воздух, хорошо?
Красная как рак, Лили выскочила. Она вдруг поняла, почему покойный профессор Снейп настаивал, чтобы его сын Роберт носил фамилию матери. Оказывается, фамилия Снейп вызывает в обществе неоднозначную реакцию… Впрочем, даже насквозь гриффиндорская фамилия Гермионы Грейнджер не защитила его сына от нападок.
Ученый Кот только разводит лапами…
— Темные — серьезные. Сектумсемпра, Адское пламя… И Непростительные.
— И как ты представляешь себе отрабатывать Непростительные заклинания? — усмехнулся Фред.
— Так, чтобы мы знали, к чему готовиться.
— А то мы не знаем.
— Вы их хоть раз видели? — резко спросил Буллер. — Вживую, как они действуют? Круцио, например?
— Всю жизнь мечтал их увидеть, — поморщился Фред.
— Ага, особенно Аваду Кедавру.
— Вы дураки, — сказал Буллер. — Это не смешно.
— Да никто и не думал смеяться.
— А вы подумайте. Ради разнообразия. Профессор Поттер должен был нам их показать, когда вел лекции, — заявил Буллер.
— Профессор Поттер? Показать нам Непростительные? Ты сбрендил.
— Ага, так и вижу, как профессор Поттер мечет кругом Круциатусы и Аваду Кедавру…
— А Пожиратели смерти церемониться не будут. Метнут, и ты готов. Потому что тебя не учили защищаться, — сказал Буллер.
— Ты стал говорить совсем как Грейнджер.
— А Грейнджер знает, о чем говорит. Он вообще-то лучший из нас по Темным Искусствам.
— Точно, он — по Искусствам, а мы — по их Защите…
— Мне хогвартские учебники по Защите перестали нравиться. В них ни тролля не написано конкретного, одна идеология: что Темные искусства — это плохо, а Светлые — хорошо, и никакой техники. Даже формулы заклинаний не приводятся, потому что нам, мол, вредно их знать, чтобы не травмировать Темной магией наши неокрепшие юные души. А учебники по самим Темным искусствам — очень дельные. Подробные, с иллюстрациями и по существу.
— И всё-таки, где ты их взял?
— Грейнджер одолжил. Я попросил, и он сразу дал. В конце концов, он же мне жизнью обязан, — сказал Буллер.
— Гарри, ты будь с ним поосторожнее. Тут все-таки черная магия.
— Я очень осторожен.
— А книги-то не заколдованы?
— Вроде нет.
— Никогда не видел такой странной рукописи, — продолжал подозрительный Найл.
— Я тоже. Это ксерокс.
— Что?
— Не знаю, — честно признался Буллер. — Ксерокс какой-то. Я всю книгу просмотрел, искал, что такое ксерокс, но пока я этого заклинания не нашел.
— Гарри, это черная магия, будь осторожнее, — повторил Олливандер.
— Вот мне интересно, — громко спросила Лили, — когда тебе надоест это повторять?
— Никогда. Это правда.
— Найл, ну что ты имеешь против Грейнджера?
Найл собрался с духом, подбирая слова получше. Казалось, что он долго готовился к этому разговору:
— Ну что ж, пора расставить точки над i. Давно пора. Больше нельзя закрывать глаза. Из Роберта Грейнджера растет Темный маг.
— И что? — упрямо спросила Лили.
— Он настоящий слизеринец.
— И что?
— Я не желаю закрывать глаза на угрозу, которую несет обществу факультет Слизерин, — продолжал Олливандер.
— Какую угрозу?
— Все Темные маги соединились Сами-Знаете-С-Кем.
— Не все, а из тех, кто присоедиился, некоторые затем вернулись обратно. А к Бобби это вообще не относится, его отец был членом Ордена феникса!
— Это была ошибка.
— Почему? — крикнула Лили.
— Потому что Снейпу нельзя было доверять, — ответил Найл.
— Тебе напомнить, как Дамблдор доверял Снейпу?
— А тебе напомнить, чем это для Дамблдора кончилось?
— А тебе напомнить, что Снейп полностью оправдан от всех обвинений? Ты знаешь про его воспоминания?
— А ты веришь этим воспоминаниям? Я назову тебе сотню отличных экспертов, которые считают эти «воспоминания» фальшивыми. Снейп был непревзойденный мистификатором.
— Ты параноик, Найл, — отрезала Лили.
— Я помню, что не только Дамблдор, но и Тот-Кого-Нельзя-Называть безгранично доверял Снейпу. И Сам-Знаешь-Кто верил ему до самого конца. Он смеялся, когда ему говорили, что Снейп предатель, он отвечал, что это чушь собачья. Что Снейп верен ему и действует по его плану. А ему лучше знать! Волдеморт — лучший легилимент в мире.
— Найл, я поняла одно: с тобой разговаривать бесполезно, — сердито сказала Лили. — Что-то мне тошно с вами находиться, я выйду на свежий воздух, хорошо?
Красная как рак, Лили выскочила. Она вдруг поняла, почему покойный профессор Снейп настаивал, чтобы его сын Роберт носил фамилию матери. Оказывается, фамилия Снейп вызывает в обществе неоднозначную реакцию… Впрочем, даже насквозь гриффиндорская фамилия Гермионы Грейнджер не защитила его сына от нападок.
Ученый Кот только разводит лапами…
Авадо Виктимус
— Почему в последнее время Лили стала такой нервной? — вздохнул профессор Поттер. — Язвит, отмалчивается, на стул садится — и тут же срывается с места, бродит в своей спальне кругами до глубокой ночи… Неужели она так волнуется из-за переэкзаменовки?
Страница 53 из 98
