Фандом: Гарри Поттер. Как на самом деле победили Волдеморта? Так, как вы читали у мисс Роулинг?Увы, все было совсем не так… Роберт Грейнджер — мальчик необыкновенный. Его папа и мама были волшебниками. Героями и членами Ордена феникса. То есть, мама Гермиона вполне жива-здорова и работает в Министерстве магии, а папу Северуса очень давно убил злой волшебник Волдеморт, когда Бобби было всего год от роду…
Добавить в моё избранное
333 мин, 24 сек 10109
Бобби обернулся.
В холле стоял Фред Уизли с каменным лицом, за ним — его друзья.
— Я тут видел в туалете Плаксы Миртл Лили Луну… Она заперлась там и плачет. Что ты ей сказал?
Бобби молча пошел на выход.
— Стой!
И Бобби сразу что-то остановило, а потом развернуло и притянуло ко Фреду, как игрушку на резинке. Фред опустил свою палочку. Невербальное останавливающее.
— Плакса Миртл мне кое-что рассказала… Про твой разговор с моей кузиной. Как ты ее назвал?
Народу на дворе, привлеченному сплетнями очевидцев, прибыло. И симпатии их были на стороне Фреда — ведь Бобби оскорбил его девушку.
Тем более, этой девушкой была дочь профессора Поттера. Вряд ли Бобби надеялся завоевать симпатии школы, оскорбляя дочь одного из ее учителей — причем, самого популярного учителя.
Собственно говоря, у Бобби и раньше не было в этой школе ни единого друга.
Староста Буллер стоял рядом с Фредом, как скала. Он тоже слышал, как Бобби обозвал студентку с его факультета.
— У тебя грязный язык, Грейнджер, — сказал Фред.
Народ подходил ближе, и общественное мнение горячо сочувствовало Фреду и Лили.
— Грязный язык. Раньше за такое окунали в деготь и валяли в перьях. А теперь…
— А кто мешает нам сделать это теперь, Фред? — спросил Олливандер и улыбнулся. — Кто хочет посмотреть, как мы окунаем Паиньку в деготь и обваляем в перьях?
Народ взвыл от восторга и приготовился им помогать.
Аппарируем на просторы лета, в вольный город Лондон, на безлюдную маленькую улицу, залитую июльским солнцем.
Эта улочка, скорее даже тупичок, столь мала и незаметна, что ее не найдешь на большинстве карт. Крошечный отрезок Лондона с узкой мостовой, по бокам которой стоят, тесно прижатые друг к другу, несколько десятков домов. Эта улица не так проста, как кажется, читатель, и на ней стоит еще один дом — знайте о нем, даже если пока мы его не видим…
Абсолютная тишина улицы нарушилась хлопком и звуком шагов.
В начале мостовой появился пожилой джентльмен с обвислыми усами; он вздохнул, обмахнул себя платком и сощурился, шепотом считая про себя дома; затем он вытащил из кармана карту и взглянул на нее.
За джентльменом следовал неприветливый молодой человек лет шестнадцати-семнадцати.
Джентльмен откашлялся и шумно, словно морж, вздохнул.
— Это здесь, Роберт, — изрек он. — Надо пройти вперед еще два дома…
— Как скажете, профессор Слагхорн, — ответил тот, кого звали Робертом.
Профессор Слагхорн вздохнул в третий раз и печально уставился на спутника.
— Роберт, я еще раз говорил с Муфалдой. Всё бесполезно. В Вашей просьбе о досрочной сдаче ЖАБА отказано. Мне искренне жаль…
— Право же, не стоило Вам так беспокоиться, профессор. Я этого ждал. Но благодарю Вас за труды…
— Мадам Малфой даже говорила с министром, но он ответил: не вижу причин для особого разрешения на досрочную сдачу экзаменов, у вас, что ли, чрезвычайная ситуация? Почему он не может сдать ЖАБА в конце седьмого курса, наравне со всеми? Отучится еще год, это будет только полезнее… Не ждете же вы, чтобы я ради него одного собирал экзаменационную комиссию — и так далее.
— Мадам Малфой была очень любезна, — отозвался Роберт.
Слагхорн на минуту запнулся, а затем решительно продолжил:
— Мадам Малфой была счастлива, что может оказаться хоть чем-то Вам полезной, она давно хотела оказать Вам услугу. Когда я попросил ее поговорить с министром, она была в восторге, что речь идет о такой малости. Видите ли, мадам Малфой считает, что она в долгу перед Вашей семьей, Ваш отец однажды оказал ей огромное одолжение…
Бобби кивнул, не желая дальше слушать.
— И поэтому, когда ее разговор с министром прошел неудачно, мадам решила быть полезной в чем-нибудь другом и дала нам эту замечательную рекомендацию. Она давно дружит с директором этого института, синьорой Забини.
— Я очень благодарен мадам Нарциссе, — сказал Бобби.
— Не стоит благодарности, она сделала, что считала необходимым. Что сделать была должна. Некоторые долги не забываются…
Беседуя, парочка незаметно прошла мимо обоих отмеренных Слагхорном домов и остановилась.
Старик вытащил из кармана бумажку.
— Прочтите, что здесь написано, Роберт, и мысленно повторите про себя.
Роберт заглянул в бумажку. Мы тоже заглянем, прочтем и повторим:
«Институт магической фармацевтики находится по адресу: Лондон, Кандовер стрит, 7».
Читатели, сейчас на наших глазах произойдет чудо: два тесно приклеенных друг к другу дома разъедутся и явят народу скрытое меж ними здание.
В холле стоял Фред Уизли с каменным лицом, за ним — его друзья.
— Я тут видел в туалете Плаксы Миртл Лили Луну… Она заперлась там и плачет. Что ты ей сказал?
Бобби молча пошел на выход.
— Стой!
И Бобби сразу что-то остановило, а потом развернуло и притянуло ко Фреду, как игрушку на резинке. Фред опустил свою палочку. Невербальное останавливающее.
— Плакса Миртл мне кое-что рассказала… Про твой разговор с моей кузиной. Как ты ее назвал?
Народу на дворе, привлеченному сплетнями очевидцев, прибыло. И симпатии их были на стороне Фреда — ведь Бобби оскорбил его девушку.
Тем более, этой девушкой была дочь профессора Поттера. Вряд ли Бобби надеялся завоевать симпатии школы, оскорбляя дочь одного из ее учителей — причем, самого популярного учителя.
Собственно говоря, у Бобби и раньше не было в этой школе ни единого друга.
Староста Буллер стоял рядом с Фредом, как скала. Он тоже слышал, как Бобби обозвал студентку с его факультета.
— У тебя грязный язык, Грейнджер, — сказал Фред.
Народ подходил ближе, и общественное мнение горячо сочувствовало Фреду и Лили.
— Грязный язык. Раньше за такое окунали в деготь и валяли в перьях. А теперь…
— А кто мешает нам сделать это теперь, Фред? — спросил Олливандер и улыбнулся. — Кто хочет посмотреть, как мы окунаем Паиньку в деготь и обваляем в перьях?
Народ взвыл от восторга и приготовился им помогать.
Летняя практика (начало)
Перенесемся, читатели, из запертых и душных школьных стен на свежий воздух!Аппарируем на просторы лета, в вольный город Лондон, на безлюдную маленькую улицу, залитую июльским солнцем.
Эта улочка, скорее даже тупичок, столь мала и незаметна, что ее не найдешь на большинстве карт. Крошечный отрезок Лондона с узкой мостовой, по бокам которой стоят, тесно прижатые друг к другу, несколько десятков домов. Эта улица не так проста, как кажется, читатель, и на ней стоит еще один дом — знайте о нем, даже если пока мы его не видим…
Абсолютная тишина улицы нарушилась хлопком и звуком шагов.
В начале мостовой появился пожилой джентльмен с обвислыми усами; он вздохнул, обмахнул себя платком и сощурился, шепотом считая про себя дома; затем он вытащил из кармана карту и взглянул на нее.
За джентльменом следовал неприветливый молодой человек лет шестнадцати-семнадцати.
Джентльмен откашлялся и шумно, словно морж, вздохнул.
— Это здесь, Роберт, — изрек он. — Надо пройти вперед еще два дома…
— Как скажете, профессор Слагхорн, — ответил тот, кого звали Робертом.
Профессор Слагхорн вздохнул в третий раз и печально уставился на спутника.
— Роберт, я еще раз говорил с Муфалдой. Всё бесполезно. В Вашей просьбе о досрочной сдаче ЖАБА отказано. Мне искренне жаль…
— Право же, не стоило Вам так беспокоиться, профессор. Я этого ждал. Но благодарю Вас за труды…
— Мадам Малфой даже говорила с министром, но он ответил: не вижу причин для особого разрешения на досрочную сдачу экзаменов, у вас, что ли, чрезвычайная ситуация? Почему он не может сдать ЖАБА в конце седьмого курса, наравне со всеми? Отучится еще год, это будет только полезнее… Не ждете же вы, чтобы я ради него одного собирал экзаменационную комиссию — и так далее.
— Мадам Малфой была очень любезна, — отозвался Роберт.
Слагхорн на минуту запнулся, а затем решительно продолжил:
— Мадам Малфой была счастлива, что может оказаться хоть чем-то Вам полезной, она давно хотела оказать Вам услугу. Когда я попросил ее поговорить с министром, она была в восторге, что речь идет о такой малости. Видите ли, мадам Малфой считает, что она в долгу перед Вашей семьей, Ваш отец однажды оказал ей огромное одолжение…
Бобби кивнул, не желая дальше слушать.
— И поэтому, когда ее разговор с министром прошел неудачно, мадам решила быть полезной в чем-нибудь другом и дала нам эту замечательную рекомендацию. Она давно дружит с директором этого института, синьорой Забини.
— Я очень благодарен мадам Нарциссе, — сказал Бобби.
— Не стоит благодарности, она сделала, что считала необходимым. Что сделать была должна. Некоторые долги не забываются…
Беседуя, парочка незаметно прошла мимо обоих отмеренных Слагхорном домов и остановилась.
Старик вытащил из кармана бумажку.
— Прочтите, что здесь написано, Роберт, и мысленно повторите про себя.
Роберт заглянул в бумажку. Мы тоже заглянем, прочтем и повторим:
«Институт магической фармацевтики находится по адресу: Лондон, Кандовер стрит, 7».
Читатели, сейчас на наших глазах произойдет чудо: два тесно приклеенных друг к другу дома разъедутся и явят народу скрытое меж ними здание.
Страница 63 из 98
