Фандом: Вселенная Элдерлингов. Чивэл забрал сына в Ивовый лес и стал воспитывать вместе с женой, но судьбы Изменяющего Фитцу все равно не удалось избежать.
Добавить в моё избранное
8 мин, 37 сек 6514
Но все слова застряли у меня в горле, стоило посмотреть на Шута. Что-то в его взгляде было такое, что я не посмел ослушаться. Так иногда смотрел отец, когда был раздосадован моей недогадливостью или собирался отчитать за шалости.
Нехотя кивнув, я направился к Джерту. Воды возле берега было по пояс. Я схватил Джерта за шиворот и потянул вверх.
— Встань на ноги — здесь мелко.
Он перестал бестолково размахивать руками и послушался. Дыша глубоко и отплевываясь от воды, пробормотал:
— Спасибо.
Я кивнул — что можно было сказать? Зато Шут был доволен: он улыбнулся — впервые с нашего знакомства. Не язвительно или наигранно, нет. Искренне, широко, словно я поймал для него всю рыбу в озере, да и еще морского змея в придачу.
Вечером мы сидели у Баррыча в комнате над конюшней и ели жареную рыбу. Я рассказал ему про рыбалку, привирая и приукрашивая историю. Баррич только посмеивался и одобрительно хлопнул меня по плечу — совсем как взрослого.
Про Джерта и его друзей умолчал. Это казалось чем-то слишком личным, таким, чем нельзя хвалиться. Шут тоже молчал, лишь улыбался время от времени и поглядывал на меня, словно мы были сообщниками.
Я не знал, что стало началом нашей дружбы: волчий вой, протянутая рука или приглашение на рыбалку. Быть может, это было одиночество и потребность в общении, но я ни разу не пожалел о своем решении помочь мальчишке со странным именем Шут.
Нехотя кивнув, я направился к Джерту. Воды возле берега было по пояс. Я схватил Джерта за шиворот и потянул вверх.
— Встань на ноги — здесь мелко.
Он перестал бестолково размахивать руками и послушался. Дыша глубоко и отплевываясь от воды, пробормотал:
— Спасибо.
Я кивнул — что можно было сказать? Зато Шут был доволен: он улыбнулся — впервые с нашего знакомства. Не язвительно или наигранно, нет. Искренне, широко, словно я поймал для него всю рыбу в озере, да и еще морского змея в придачу.
Вечером мы сидели у Баррыча в комнате над конюшней и ели жареную рыбу. Я рассказал ему про рыбалку, привирая и приукрашивая историю. Баррич только посмеивался и одобрительно хлопнул меня по плечу — совсем как взрослого.
Про Джерта и его друзей умолчал. Это казалось чем-то слишком личным, таким, чем нельзя хвалиться. Шут тоже молчал, лишь улыбался время от времени и поглядывал на меня, словно мы были сообщниками.
Я не знал, что стало началом нашей дружбы: волчий вой, протянутая рука или приглашение на рыбалку. Быть может, это было одиночество и потребность в общении, но я ни разу не пожалел о своем решении помочь мальчишке со странным именем Шут.
Страница 3 из 3
