Фандом: Гарри Поттер. Если б Грейнджер знала, чем для нее обернутся ближайшие дни, она бы точно не отправилась на задание в одиночку.
Добавить в моё избранное
139 мин, 40 сек 13317
И, желательно, не один«…»
Драко отогнал от себя странные эротические мысли о девушке, обращенной в лягушку. Он никогда не любил трансгрессию, поэтому, развернувшись, направился прямо к камину.
Драко уже несколько минут подпирал спиной стенку.
Два часа впустую!
Никогда ему еще не было так скучно. Нет, помолвки это, конечно, невесело, но ни одной приличной кандидатуры на роль Соблазни-меня-Малфой так и не замаячило на горизонте. Драко бросал ленивые взгляды по сторонам, оценивая про себя каждую вроде бы хорошенькую девушку:
«Эта неприступна как Гринготс… Эта тоска зеленая… И что ж ты так кривляешься-то?! Эта тупа как пробка… А ты… уже без борьбы на всё согласна! Моветон»…
Короче, полный штиль…
Громкие крики «Кормак! Кормак!» уже давно стихли, и первое, и последнее развлечение за весь вечер, увы, закончилось, оставив после себя единственно верную мысль:
«Маклагген — тупица! Полнейшая. Потому что только один не понимает, отчего там, где появляется, кто-нибудь обязательно устраивает состязание» кто выпьет больше меня — тот герой, а точнее, идиот«. Вот просто так. Ради забавы. И сегодняшнее пари на бутылку огневиски залпом — всего лишь вариации на тему» Напои Маклаггена и посмотри, что он за клоун, когда в стельку пьян«. Скоро это уже станет устойчивым словосочетанием:» пьян как Маклаггян«.»
И ведь он на самом деле смешон! Родную маму от взрывопотама не отличит. И что самое интересное, утром ни хрена не помнит. Без всякого «Обливейта»! И это, бесспорно, плюс, иначе со столь дурным характером очередное утро с похмелья начиналось бы, если не с извинений, так с магической дуэли! А так… Как с гуся вода. Клоун и всё!
Но почему же еще и такой болван?!
Драко бросил осторожный взгляд в сторону Кормака. Тот, облокотившись на стену и подперев ладонью затылок, не сводил с Малфоя — мать его! — заигрывающего взгляда уже целую минуту.
«Нет, Маклагген вообще охренел! Мало того, что подмигнул мне, так еще и нижнюю губу призывно прикусил! В каком борделе он этого нахватался? Я тебе эту губу на глаза натяну, придурок ты озабоченный!»
Нет, определенно, пора сваливать, потому что эта пьяная сволочь уже широко улыбается и медленно движется навстречу«…»
И тут Малфой заметил Селину, махающую ему своей нежной ручкой.
«Ну да, дура… Да, не очень-то её хочется… Но всё равно перспектива в виде любвеобильного Маклаггена куда хуже. Гора мускулов. Ноль мозгов! Ох, зря его папаша сперматозоид перевел»…
Кормак неумолимо приближался. Драко инстинктивно вытащил палочку: выражение лица клоуна всего вечера ничего приятного не предвещало, и сделал шаг вперед в направлении Селины.
Вдруг раздался женский крик. Еще один. Раскатистый гул. Гости расступились, и Малфой остолбенел.
В центре большого зала стоял Эйвери. После трансгрессии его немного покачивало, он, очевидно, был легко ранен, а горящие злобой и бешенством глаза говорили сами за себя: добровольным героям не позавидуешь!
Беглый Пожиратель заметил Драко: напуганного, но абсолютно — черт его подери — здорового! Нервы обоих оказались на пределе.
И секунды не прошло, как рядом с Малфоем, будто из ниоткуда возник Рональд Уизли. Тоже раненый, но с не менее шальным из-за погони взглядом.
И Драко, и Рон, обороняясь от летевших заклятий, едва успели спрятаться за соседние колонны. Эйвери действовал очень быстро и решительно. Может, ума ему и не хватало, но рефлексы были что надо.
Голос беглеца, хриплый и противный, отражался от стен, отдаваясь эхом в ушах гостей:
— Что, сосунки, в штанишки наложили? Я прикончу вас обоих, а потом найду твою бывшую, Уизли, и сниму с нее не только шкуру! И ей это, как пить дать, понравится!
Боясь рикошета, приглашенные разбегались в стороны, освобождая для битвы необходимое пространство. Только Кормак, которому море по колено, пытался достать палочку, даже не стараясь укрыться от опасных заклинаний.
— Я спасу вас, леди, — кричал он, открыто обращаясь к Рону и Драко, а не прелестным особам, выбегающим из зала.
Малфой понимал, что Эйвери вышел из себя не на шутку.
Еще бы ему таким не быть! Нужного в Министерстве человека вычислили, вывели из игры, а эта задница Уизли гоняет в хвост и в гриву уже целый час! И как только эта образина его находит?! Не иначе, раздобыл список возможных укрытий на случай опасности. И откуда было знать, что в доме Забини состоится прием?! Но это даже на руку. Паника и суматоха это всегда хорошо. Для Пожирателя смерти — точно.
Рон Уизли уже минуту выкрикивал заклятья.
«Вот блин, тупой придурок, а еще мракоборец, — подумал Драко. — Невербально, гребаная ты пивная фея, так и не научился?!»
А Рон просто устал и в очередной раз спрятался за колонну. И у Малфоя не было другого выхода, кроме того, как воспользоваться ситуацией.
Драко отогнал от себя странные эротические мысли о девушке, обращенной в лягушку. Он никогда не любил трансгрессию, поэтому, развернувшись, направился прямо к камину.
Драко уже несколько минут подпирал спиной стенку.
Два часа впустую!
Никогда ему еще не было так скучно. Нет, помолвки это, конечно, невесело, но ни одной приличной кандидатуры на роль Соблазни-меня-Малфой так и не замаячило на горизонте. Драко бросал ленивые взгляды по сторонам, оценивая про себя каждую вроде бы хорошенькую девушку:
«Эта неприступна как Гринготс… Эта тоска зеленая… И что ж ты так кривляешься-то?! Эта тупа как пробка… А ты… уже без борьбы на всё согласна! Моветон»…
Короче, полный штиль…
Громкие крики «Кормак! Кормак!» уже давно стихли, и первое, и последнее развлечение за весь вечер, увы, закончилось, оставив после себя единственно верную мысль:
«Маклагген — тупица! Полнейшая. Потому что только один не понимает, отчего там, где появляется, кто-нибудь обязательно устраивает состязание» кто выпьет больше меня — тот герой, а точнее, идиот«. Вот просто так. Ради забавы. И сегодняшнее пари на бутылку огневиски залпом — всего лишь вариации на тему» Напои Маклаггена и посмотри, что он за клоун, когда в стельку пьян«. Скоро это уже станет устойчивым словосочетанием:» пьян как Маклаггян«.»
И ведь он на самом деле смешон! Родную маму от взрывопотама не отличит. И что самое интересное, утром ни хрена не помнит. Без всякого «Обливейта»! И это, бесспорно, плюс, иначе со столь дурным характером очередное утро с похмелья начиналось бы, если не с извинений, так с магической дуэли! А так… Как с гуся вода. Клоун и всё!
Но почему же еще и такой болван?!
Драко бросил осторожный взгляд в сторону Кормака. Тот, облокотившись на стену и подперев ладонью затылок, не сводил с Малфоя — мать его! — заигрывающего взгляда уже целую минуту.
«Нет, Маклагген вообще охренел! Мало того, что подмигнул мне, так еще и нижнюю губу призывно прикусил! В каком борделе он этого нахватался? Я тебе эту губу на глаза натяну, придурок ты озабоченный!»
Нет, определенно, пора сваливать, потому что эта пьяная сволочь уже широко улыбается и медленно движется навстречу«…»
И тут Малфой заметил Селину, махающую ему своей нежной ручкой.
«Ну да, дура… Да, не очень-то её хочется… Но всё равно перспектива в виде любвеобильного Маклаггена куда хуже. Гора мускулов. Ноль мозгов! Ох, зря его папаша сперматозоид перевел»…
Кормак неумолимо приближался. Драко инстинктивно вытащил палочку: выражение лица клоуна всего вечера ничего приятного не предвещало, и сделал шаг вперед в направлении Селины.
Вдруг раздался женский крик. Еще один. Раскатистый гул. Гости расступились, и Малфой остолбенел.
В центре большого зала стоял Эйвери. После трансгрессии его немного покачивало, он, очевидно, был легко ранен, а горящие злобой и бешенством глаза говорили сами за себя: добровольным героям не позавидуешь!
Беглый Пожиратель заметил Драко: напуганного, но абсолютно — черт его подери — здорового! Нервы обоих оказались на пределе.
И секунды не прошло, как рядом с Малфоем, будто из ниоткуда возник Рональд Уизли. Тоже раненый, но с не менее шальным из-за погони взглядом.
И Драко, и Рон, обороняясь от летевших заклятий, едва успели спрятаться за соседние колонны. Эйвери действовал очень быстро и решительно. Может, ума ему и не хватало, но рефлексы были что надо.
Голос беглеца, хриплый и противный, отражался от стен, отдаваясь эхом в ушах гостей:
— Что, сосунки, в штанишки наложили? Я прикончу вас обоих, а потом найду твою бывшую, Уизли, и сниму с нее не только шкуру! И ей это, как пить дать, понравится!
Боясь рикошета, приглашенные разбегались в стороны, освобождая для битвы необходимое пространство. Только Кормак, которому море по колено, пытался достать палочку, даже не стараясь укрыться от опасных заклинаний.
— Я спасу вас, леди, — кричал он, открыто обращаясь к Рону и Драко, а не прелестным особам, выбегающим из зала.
Малфой понимал, что Эйвери вышел из себя не на шутку.
Еще бы ему таким не быть! Нужного в Министерстве человека вычислили, вывели из игры, а эта задница Уизли гоняет в хвост и в гриву уже целый час! И как только эта образина его находит?! Не иначе, раздобыл список возможных укрытий на случай опасности. И откуда было знать, что в доме Забини состоится прием?! Но это даже на руку. Паника и суматоха это всегда хорошо. Для Пожирателя смерти — точно.
Рон Уизли уже минуту выкрикивал заклятья.
«Вот блин, тупой придурок, а еще мракоборец, — подумал Драко. — Невербально, гребаная ты пивная фея, так и не научился?!»
А Рон просто устал и в очередной раз спрятался за колонну. И у Малфоя не было другого выхода, кроме того, как воспользоваться ситуацией.
Страница 22 из 41
