Старый дом, тихий двор…

Катя немного расстроилась: она очень хотела посмотреть, как Леха будет есть, не имея рта.

Тем временем, у себя в квартире, возмущался Крюггер, потирая ушибленный нос:

— Это ж надо! Никогда еще никто не бил меня трубой в моей собственной котельной! Наглость! Беспредел! С каких пор меня никто не боится! Ух, я им покажу… Ух я им…!

— Покажешь-покажешь, — встрял появившийся из темноты Кромешник, — давай живо двигай к Слендеру! С донесением о похождениях!

— Эй! А как он узнал? — Фредди узрел кривую усмешку на лице Кромешника, и все сразу понял, — вы тоже, да? ну, и как успехи?

— Не очень, — отмахнулся Хозяин Кошмаров, — пошли уже, тебя одного ждем! — и махнул рукой во тьму. В стене открылся провал, чернее самой ночи, и Фредди следом за Бугименом шагнул туда. Темный проход, конечно же, привел в гостинную Безликих, где восседали запыхавшаяся Каяко и раскрасневшийся Слендер.

— Выкладывай, — без предисловий заявил последний, багровея совсем не свойственным ему румянцем, — чего достиг?

— Получил трубой по лицу, удивился… возмущаюсь, что людишки совсем страх потеряли… больше ничего не добился, — Фредди скис, — а вы?

— От меня отмахивались МОИМИ ЖЕ страничками, за Проклятым призраком бегали с восторгом, а Кромешный Ужас у нас больше всех отличился: теперь их заводила, та, мелкая, знает, как его зовут! И непременно этим воспользуется… к гадалке не ходи.

— Будем действовать!

— Война им! Без объявления!

— Завтра начинаем! — решил Слендер, а остальные согласились с ним.

Тем временем девчонки снова заснули мирным сном, даже не догадываясь, какая беда им угрожает.

Но гром не грянул!

Путем нехитрой жеребьевки честь напасть первому выпала все же не Крюггеру. Первую соломинку вытянула Самара. Естественно, участвовали все, кого удалось собрать сразу же, за исключением Оффендера и Кромешника. Кромешник временно выбыл из игры, спалившись, кто он такой, а Оффа было решено не подпускать. В конце концов, стояло целью изгнать или убить незваных соседей, а Офф бы пошел другим путем, и это знали все. Одним словом, буйнопомешаного извращенца решили оставить на самый крайний случай.

Самара же, получив полномочия, прибегла к своей излюбленной тактике: сперва набрала номер одной из девчонок (Сани), но, так как все уже спали, ответа, естественно, не последовало.

— Итак, я обычно даю Семь Дней, — пробормотала девочка-призрак, — но, раз мне не отвечают, будет экспресс вариант! — и, пакостно хихикая, утопленница начала проникновение. Экран телевизора в комнате, где на данный момент беззаботно, сгрудившись на полу, спали девушки (решившие держаться от Лехи подальше), вдруг зажегся, пошел рябью… из возникшего в череде помех колодца, как обычно, выбралась Самара, и вот уже она выбирается из экрана в мир реальный… тихой мокрой тенью она подбиралась ползком к спящим, когда вдруг уткнулась буквально носом в пару высоких сапог. Самара подняла голову, изучая того, кто решил ей помешать. В темноте сверкнули два раскосых золотых глаза:

— Я бы попросил… — спокойным суховатым голосом произнес некто, чей тонкий силуэт отчетливо чернел на фоне окружающего пространства.

Самара не поняла, но скорее ощутила, кто перед ней, и поняла, что шутки плохи.

— Я это… я ничего… я уже ухожу! — пробормотала она, пытаясь так поскорее отползти обратно, в так и не погасший телевизор. Но была остановлена: левый сапог Лехи наступил на длинный подол одеяния девочки-призрака, остановив поползновение.

— Объяснений, — завершил «Леха». Говорил он весьма с трудом, потому как давно не прибегал к этому умению, и потому же был немногословен, но мисс Морган этого хватило, чтобы окончательно перепугаться.

— Ну… мы… их… выселять собрались! — поспешила объяснить девочка, выдирая подол из-под сапога, — мы тебя… вас… избавим от их присутствия!

Реакции не последовало, но глаза духа зловеще начали разгораться желтым. Перепуганная Самара умудрилась вырваться, оставив клок подола на полу, и буквально влетела обратно в экран. Телевизор потух, а новонареченный Алексей пропал, словно его и не бывало. Лишь мокрый клочок платья на полу напоминал о происшествии. Девчонки продолжали похрапывать, а Фигня принялась немедленно играться с тряпочкой, оставшейся от платья.

— И возник у меня на пути! — рассказывала перепуганная Самара Слендермену, — потребовал объяснений, а когда я сказала, зачем пришла, так недобро промолчал и… и я сбежала, от греха подальше… — Безликий слушал молча, а затем жестом указал всем присутствующим на дверь. Крипперы подчинились без колебаний, так как хорошо знали своего лидера. Если он молчит — значит все совсем серьезно.

— И что теперь? — на всякий случай поинтересовался Кромешник перед обычным своим исчезновением.

— Очевидно, Он на их стороне. Значит, мы не можем напасть на девчонок в квартире.