Фандом: Гарри Поттер. Это продолжение фанфика «Гарри Поттер и Последний дракон». Можно даже сказать, что вторая половина цельного произведения. Школа осталась позади, а впереди всего лишь три месяца суровой и жестокой жизни…
Добавить в моё избранное
309 мин, 48 сек 13647
Все тело по-прежнему пронзала острая боль, хотя действие заклинания давно прекратилось.
— Что тебе нужно, чтобы они остались живы? — стараясь говорить твердым голосом, спросил Гарри.
— А что ты можешь мне предложить? — голос Волдеморта опустился до шипящего шепота. — Что есть у тебя, что нужно мне?
— Моя верность, — глухо произнес Гарри.
— Повтори.
— Я готов служить тебе, — процедил Гарри сквозь стиснутые зубы, стараясь не расплакаться от боли. Больше ему сейчас ничего в голову не приходило, да и, в самом деле, что еще он мог предложить самому могущественному из Темных магов?
— Гарри, нет! — крикнула Гермиона и тут же умолкла: заклинание, произнесенное одним из Пожирателей — и она застыла, будто окаменела. Гарри не сомневался, что это та же магия, с помощью которой Темный Лорд управлял его телом. А Рон, несмотря на все свои попытки, не мог произнести ни звука: похоже, его рот был намертво заклеен каким-то заклинанием…
— И ты думаешь, что можешь быть полезным Лорду Волдеморту?
— Я сделаю все, что ты прикажешь, — отведя взгляд от друзей, произнес Гарри.
Он понимал, что сам себе роет могилу, но другого выхода пока не видел. Сейчас главное — тянуть время.
— Все? Убить своих друзей, как сделали некоторые Пожиратели? Убить своего отца, как сделал молодой Крауч, ты не сможешь, но это, пожалуй, не твоя вина…
Пожиратели смерти загоготали. Гарри все силы прилагал для того, чтобы не сорваться. Он прекрасно понимал, что в этом случае им всем уже ничто не поможет.
— Люциус, как ты думаешь, сможем мы использовать Поттера? — Волдеморт откровенно веселился. Что ж, он мог себе это позволить: до срока, им самим установленного для Англии, оставалось больше недели.
— Только труп на ингредиенты для зелий, Хозяин, — с отчетливо слышимым презрением ответил Люциус Малфой.
— Вот вы даже на это не пригодны! — все же не сдержался Гарри.
— А он, оказывается, соображает…
Над этой репликой Темного Лорда заржали все Пожиратели, кроме Малфоя.
— Гарри, уж не хочешь ли ты к шраму получить еще и Черную метку, для коллекции?
— Я на все согласен, — сквозь стиснутые зубы произнес Гарри, против своей воли глядя на легкое движение волшебной палочки Волдеморта. Похоже, Лорду девушки больше нравились обнаженными…
— А ты хоть знаешь, что это такое? — голос Волдеморта мгновенно стал ледяным. — Стать Пожирателем смерти можно только добровольно, только если ты сам этого захочешь. Захочешь искренне, от всего сердца. После этого всю твою дальнейшую жизнь будет определять Черная метка. Она не даст тебе действовать против меня, заставит выполнять все мои приказы, если потребуется, заберет твою жизнь для меня.
Насчет последнего он, пожалуй, загнул — Гарри непроизвольно вспомнил Каркарова…
— Я готов на все… хозяин, — выдавил Гарри.
Кажется, последнее слово жертвы убедило Волдеморта. Взмахом волшебной палочки он освободил руки Гарри. Их сразу пронзила боль, едва он попробовал шевельнуться — настолько затекли мышцы.
— Протяни левую руку вперед, — прозвучал приказ.
Морщась от боли и отвернувшись от друзей, Гарри выполнил приказание. Волдеморт резким движением задрал рукав его мантии. Шрам на лбу Гарри полоснуло резкой болью.
— А теперь ты должен всем сердцем пожелать присоединиться ко мне, стать моим слугой, — от вкрадчивого шепота Темного Лорда мурашки бежали по спине. Его палец, ледяной, словно сосулька, нежно прикоснулся к предплечью Гарри, рядом со сгибом локтя. Шрам разболелся так, что на глазах у Гарри выступили слезы.
— Итак?
Выполнить приказ было выше сил Гарри. Невозможно было избавиться ни от ненависти, ни от боли.
— Попробуем еще раз, — прошептал Волдеморт. За его спиной раздался вопль Гермионы.
Гарри напряг всю свою волю, собрал все силы, чтобы преодолеть самого себя, инстинкт самосохранения и весь свой жизненный опыт. Труднее ему еще ничего не приходилось делать. Казалось, он медленно убивает сам себя. Но его титанические усилия не остались тщетными: Гарри смог посмотреть в глаза Волдеморту и прошептать: «Я готов, хозяин».
В ту же секунду на него обрушилась страшная боль. Шрам горел так, будто череп пробили топором. Левую руку словно опустили в огонь. Оглушенный, ослепленный болью, Гарри кричал, пока его сознание не затопила тьма.
Когда Гарри очнулся, то для него настоящим ударом стало открытие, что все, что он видел перед тем, как отключиться, было не сном, а явью. Та же комната, те же люди с Волдемортом во главе. Голова по-прежнему раскалывалась, левую руку сильно жгло. Взглянув на нее, Гарри чуть не упал в обморок: на гладкой коже отпечаталась уродливая отметина, похожая на след от ожога — череп с выползающей изо рта змеей. Черная Метка.
— Пришел в себя быстрее многих, — рассуждая сам с собой, медленно произнес Волдеморт.
— Что тебе нужно, чтобы они остались живы? — стараясь говорить твердым голосом, спросил Гарри.
— А что ты можешь мне предложить? — голос Волдеморта опустился до шипящего шепота. — Что есть у тебя, что нужно мне?
— Моя верность, — глухо произнес Гарри.
— Повтори.
— Я готов служить тебе, — процедил Гарри сквозь стиснутые зубы, стараясь не расплакаться от боли. Больше ему сейчас ничего в голову не приходило, да и, в самом деле, что еще он мог предложить самому могущественному из Темных магов?
— Гарри, нет! — крикнула Гермиона и тут же умолкла: заклинание, произнесенное одним из Пожирателей — и она застыла, будто окаменела. Гарри не сомневался, что это та же магия, с помощью которой Темный Лорд управлял его телом. А Рон, несмотря на все свои попытки, не мог произнести ни звука: похоже, его рот был намертво заклеен каким-то заклинанием…
— И ты думаешь, что можешь быть полезным Лорду Волдеморту?
— Я сделаю все, что ты прикажешь, — отведя взгляд от друзей, произнес Гарри.
Он понимал, что сам себе роет могилу, но другого выхода пока не видел. Сейчас главное — тянуть время.
— Все? Убить своих друзей, как сделали некоторые Пожиратели? Убить своего отца, как сделал молодой Крауч, ты не сможешь, но это, пожалуй, не твоя вина…
Пожиратели смерти загоготали. Гарри все силы прилагал для того, чтобы не сорваться. Он прекрасно понимал, что в этом случае им всем уже ничто не поможет.
— Люциус, как ты думаешь, сможем мы использовать Поттера? — Волдеморт откровенно веселился. Что ж, он мог себе это позволить: до срока, им самим установленного для Англии, оставалось больше недели.
— Только труп на ингредиенты для зелий, Хозяин, — с отчетливо слышимым презрением ответил Люциус Малфой.
— Вот вы даже на это не пригодны! — все же не сдержался Гарри.
— А он, оказывается, соображает…
Над этой репликой Темного Лорда заржали все Пожиратели, кроме Малфоя.
— Гарри, уж не хочешь ли ты к шраму получить еще и Черную метку, для коллекции?
— Я на все согласен, — сквозь стиснутые зубы произнес Гарри, против своей воли глядя на легкое движение волшебной палочки Волдеморта. Похоже, Лорду девушки больше нравились обнаженными…
— А ты хоть знаешь, что это такое? — голос Волдеморта мгновенно стал ледяным. — Стать Пожирателем смерти можно только добровольно, только если ты сам этого захочешь. Захочешь искренне, от всего сердца. После этого всю твою дальнейшую жизнь будет определять Черная метка. Она не даст тебе действовать против меня, заставит выполнять все мои приказы, если потребуется, заберет твою жизнь для меня.
Насчет последнего он, пожалуй, загнул — Гарри непроизвольно вспомнил Каркарова…
— Я готов на все… хозяин, — выдавил Гарри.
Кажется, последнее слово жертвы убедило Волдеморта. Взмахом волшебной палочки он освободил руки Гарри. Их сразу пронзила боль, едва он попробовал шевельнуться — настолько затекли мышцы.
— Протяни левую руку вперед, — прозвучал приказ.
Морщась от боли и отвернувшись от друзей, Гарри выполнил приказание. Волдеморт резким движением задрал рукав его мантии. Шрам на лбу Гарри полоснуло резкой болью.
— А теперь ты должен всем сердцем пожелать присоединиться ко мне, стать моим слугой, — от вкрадчивого шепота Темного Лорда мурашки бежали по спине. Его палец, ледяной, словно сосулька, нежно прикоснулся к предплечью Гарри, рядом со сгибом локтя. Шрам разболелся так, что на глазах у Гарри выступили слезы.
— Итак?
Выполнить приказ было выше сил Гарри. Невозможно было избавиться ни от ненависти, ни от боли.
— Попробуем еще раз, — прошептал Волдеморт. За его спиной раздался вопль Гермионы.
Гарри напряг всю свою волю, собрал все силы, чтобы преодолеть самого себя, инстинкт самосохранения и весь свой жизненный опыт. Труднее ему еще ничего не приходилось делать. Казалось, он медленно убивает сам себя. Но его титанические усилия не остались тщетными: Гарри смог посмотреть в глаза Волдеморту и прошептать: «Я готов, хозяин».
В ту же секунду на него обрушилась страшная боль. Шрам горел так, будто череп пробили топором. Левую руку словно опустили в огонь. Оглушенный, ослепленный болью, Гарри кричал, пока его сознание не затопила тьма.
Когда Гарри очнулся, то для него настоящим ударом стало открытие, что все, что он видел перед тем, как отключиться, было не сном, а явью. Та же комната, те же люди с Волдемортом во главе. Голова по-прежнему раскалывалась, левую руку сильно жгло. Взглянув на нее, Гарри чуть не упал в обморок: на гладкой коже отпечаталась уродливая отметина, похожая на след от ожога — череп с выползающей изо рта змеей. Черная Метка.
— Пришел в себя быстрее многих, — рассуждая сам с собой, медленно произнес Волдеморт.
Страница 37 из 90
