Фандом: Гарри Поттер. Мойте руки перед едой, а котлы — перед сексом!
Добавить в моё избранное
21 мин, 15 сек 8934
— Герми, солнышко, да не изменял я тебе! Ни с кем. Особенно с мужчинами, — завопил Рон, с опаской косясь на скалку. — Ты же знаешь, как я отношусь к подобным парам. Я, можно сказать, вообще этот… — Рон наморщил лоб, припоминая заумное слово, — гомофоб! Я даже связь Гарри со Снейпом до сих пор с трудом принимаю…
— Снейп! — тихонько пискнула Гермиона, выронив скалку и прижав ко рту ладони. Ей внезапно все стало ясно, а в памяти всплыли события двухмесячной давности…
Это был их первый совместный отпуск. Рози уже минуло полтора года, и Молли милостиво согласилась отпустить сына с невесткой в некое подобие свадебного путешествия, которого у них по причине беременности Гермионы так и не случилось. Не сговариваясь, молодая чета Уизли решила провести свой импровизированный медовый месяц в той самой палатке, где и была зачата Рози.
В конце мая Рон и Гермиона уложили нехитрые пожитки, поблагодарили Молли и Артура за помощь, поцеловали Рози в носик и аппарировали в Королевский лес Дин.
Прибыв на место, Рон сразу же изъявил желание поесть или хотя бы выпить кофе. Воспоминания о прошлом здорово подогрели его аппетит.
— Какая жалость! — расстроенно произнесла Гермиона, обшарив все корзины. — Я, кажется, забыла кофейник!
— А ведь я спрашивал — не забыла ли ты чего? — строго выговорил Рон. Он стоял, хмуро разглядывая поклажу. Кофе хотелось нестерпимо. Вдруг его осенило. Он протопал к дальнему шкафу в палатке и вытащил из нижнего ящика котел Снейпа.
— Есть тара, Герми! — он радостно помахал посудиной. Гермиона критически оглядела котел.
— Хм… Я бы посоветовала тебе как следует его помыть в ручье. Мало ли что профессор кипятил в нем.
— Да ну, брось! Больше двух лет прошло. Все уже выветрилось!
И, жизнерадостно насвистывая, Рон двинулся к озеру, пока Гермиона раскладывала по тарелкам заботливо приготовленную руками любимой свекрови еду. Через десять минут в котелке уже весело булькал вожделенный напиток, источая прямо-таки божественный аромат.
— М-м-м… Герми! Ты настоящая волшебница и потрясающая красавица, — блаженно простонал Рон, отхлебнув желанный кофе и запихнув в рот изрядный кусок пирога.
— Я счастлива, что ты наконец-то обратил на это внимание! — улыбнулась Гермиона, потрепав мужа по волосам. Затем, что-то мурлыча себе под нос, направилась к ручью, левитируя перед собой грязную посуду. Впервые за много месяцев она чувствовала себя совершенно умиротворенной и расслабленной. Никто не плакал над ухом, не просился на ручки и не требовал рассказать сказку именно в тот момент, когда юной матери просто хотелось посидеть в тишине. Нет, она очень любила Рози, та росла чудесной, ласковой и смышленой девочкой, но иногда двадцатилетней Гермионе казалось, что материнство свалилось на нее гораздо раньше, чем она планировала. Да, в общем-то, так и было. После внезапной кончины Волдеморта, к которой, как твердо знала Гермиона, находившийся в то время на восьмом месяце своей загадочной беременности Гарри не имел ни малейшего отношения, она неожиданно обнаружила, что и сама носит под сердцем ребенка. Вскоре состоялась скромная свадебная церемония (без толпы гостей, роскошного платья и трехъярусного торта), и она стала миссис Уизли, а всего через полгода после этого родилась Рози. У них даже не случилось самого завалящего медового месяца, так как молодую жену постоянно тошнило, да и колдомедики строго-настрого запретили ей любые перемещения с помощью магии. И вот теперь, спустя год с небольшим, они впервые остались с Роном наедине, и это представлялось Гермионе подлинным чудом.
Уизли с удовольствием сделал еще один глоток. Ему было плевать, что там в незапамятные времена варганил Снейп в этом же котле… Главное, что кофе вышел превосходным! Правда, выпив вторую чашку, Рон почувствовал нечто весьма странное. Он словно хватил по меньшей мере полбутылки Старого огненного виски Огдена. Рон попытался понять, с чего бы его так развезло от обычного кофе, но потом решил не забивать себе голову бесполезной ерундой. Вероятнее всего, его просто опьянили свобода и то, что они с женой наконец-то остались НА-Е-ДИ-НЕ. Рон с трудом поднялся на подкашивающиеся ноги и поискал глазами Гермиону. А Гермиона между тем, ни о чем не подозревая, ополаскивала в воде тарелки. Тонкие летние брюки крайне соблазнительно обтягивали красивую попку… Рон только в этот миг осознал, как же давно у них не было нормального секса. То Рози в самый ответственный момент раскапризничается, то Герми слишком устала от домашних хлопот, то у него очередной рейд в Аврорате. От открывшейся его взору картины и навеянных этой картиной мыслей у Рона внезапно сделалось тесно в штанах. Он выразительно кашлянул. Гермиона искоса глянула на мужа, и Рон, не соображая, кто он и где находится, сдернул с себя джинсы и, словно стреноженный жеребец, доскакал до вожделенного тела и прижал жену к себе.
— Рон, Рон! Ты что, прямо сейчас, что ли?
— Снейп! — тихонько пискнула Гермиона, выронив скалку и прижав ко рту ладони. Ей внезапно все стало ясно, а в памяти всплыли события двухмесячной давности…
Это был их первый совместный отпуск. Рози уже минуло полтора года, и Молли милостиво согласилась отпустить сына с невесткой в некое подобие свадебного путешествия, которого у них по причине беременности Гермионы так и не случилось. Не сговариваясь, молодая чета Уизли решила провести свой импровизированный медовый месяц в той самой палатке, где и была зачата Рози.
В конце мая Рон и Гермиона уложили нехитрые пожитки, поблагодарили Молли и Артура за помощь, поцеловали Рози в носик и аппарировали в Королевский лес Дин.
Прибыв на место, Рон сразу же изъявил желание поесть или хотя бы выпить кофе. Воспоминания о прошлом здорово подогрели его аппетит.
— Какая жалость! — расстроенно произнесла Гермиона, обшарив все корзины. — Я, кажется, забыла кофейник!
— А ведь я спрашивал — не забыла ли ты чего? — строго выговорил Рон. Он стоял, хмуро разглядывая поклажу. Кофе хотелось нестерпимо. Вдруг его осенило. Он протопал к дальнему шкафу в палатке и вытащил из нижнего ящика котел Снейпа.
— Есть тара, Герми! — он радостно помахал посудиной. Гермиона критически оглядела котел.
— Хм… Я бы посоветовала тебе как следует его помыть в ручье. Мало ли что профессор кипятил в нем.
— Да ну, брось! Больше двух лет прошло. Все уже выветрилось!
И, жизнерадостно насвистывая, Рон двинулся к озеру, пока Гермиона раскладывала по тарелкам заботливо приготовленную руками любимой свекрови еду. Через десять минут в котелке уже весело булькал вожделенный напиток, источая прямо-таки божественный аромат.
— М-м-м… Герми! Ты настоящая волшебница и потрясающая красавица, — блаженно простонал Рон, отхлебнув желанный кофе и запихнув в рот изрядный кусок пирога.
— Я счастлива, что ты наконец-то обратил на это внимание! — улыбнулась Гермиона, потрепав мужа по волосам. Затем, что-то мурлыча себе под нос, направилась к ручью, левитируя перед собой грязную посуду. Впервые за много месяцев она чувствовала себя совершенно умиротворенной и расслабленной. Никто не плакал над ухом, не просился на ручки и не требовал рассказать сказку именно в тот момент, когда юной матери просто хотелось посидеть в тишине. Нет, она очень любила Рози, та росла чудесной, ласковой и смышленой девочкой, но иногда двадцатилетней Гермионе казалось, что материнство свалилось на нее гораздо раньше, чем она планировала. Да, в общем-то, так и было. После внезапной кончины Волдеморта, к которой, как твердо знала Гермиона, находившийся в то время на восьмом месяце своей загадочной беременности Гарри не имел ни малейшего отношения, она неожиданно обнаружила, что и сама носит под сердцем ребенка. Вскоре состоялась скромная свадебная церемония (без толпы гостей, роскошного платья и трехъярусного торта), и она стала миссис Уизли, а всего через полгода после этого родилась Рози. У них даже не случилось самого завалящего медового месяца, так как молодую жену постоянно тошнило, да и колдомедики строго-настрого запретили ей любые перемещения с помощью магии. И вот теперь, спустя год с небольшим, они впервые остались с Роном наедине, и это представлялось Гермионе подлинным чудом.
Уизли с удовольствием сделал еще один глоток. Ему было плевать, что там в незапамятные времена варганил Снейп в этом же котле… Главное, что кофе вышел превосходным! Правда, выпив вторую чашку, Рон почувствовал нечто весьма странное. Он словно хватил по меньшей мере полбутылки Старого огненного виски Огдена. Рон попытался понять, с чего бы его так развезло от обычного кофе, но потом решил не забивать себе голову бесполезной ерундой. Вероятнее всего, его просто опьянили свобода и то, что они с женой наконец-то остались НА-Е-ДИ-НЕ. Рон с трудом поднялся на подкашивающиеся ноги и поискал глазами Гермиону. А Гермиона между тем, ни о чем не подозревая, ополаскивала в воде тарелки. Тонкие летние брюки крайне соблазнительно обтягивали красивую попку… Рон только в этот миг осознал, как же давно у них не было нормального секса. То Рози в самый ответственный момент раскапризничается, то Герми слишком устала от домашних хлопот, то у него очередной рейд в Аврорате. От открывшейся его взору картины и навеянных этой картиной мыслей у Рона внезапно сделалось тесно в штанах. Он выразительно кашлянул. Гермиона искоса глянула на мужа, и Рон, не соображая, кто он и где находится, сдернул с себя джинсы и, словно стреноженный жеребец, доскакал до вожделенного тела и прижал жену к себе.
— Рон, Рон! Ты что, прямо сейчас, что ли?
Страница 2 из 6
