Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19431
С его-то семейным прошлым!»
«… говорят, что он полностью искупил вину своих предков»
«… почему нет? В конце концов, он почётный гражданин магического Лондона и лучший колдомедик Британии!»
Скорпиус Малфой уже пять лет как не работал в Мунго. Колдохирург и зельевар, он, тем не менее, всему предпочёл диагностический отдел больницы, который расширил до исследовательского центра. Спустя какое-то время, этот центр выделился в самостоятельное учреждение, которым и заведовал Малфой. Здесь лечили жертв экзотических и экспериментальных заклятий, а также разрабатывали новые методы магического наркоза, позволявшие сохранять стабильное состояние пациента дольше обычного. Впрочем, по-другому они вряд ли смогли бы работать, поскольку на установление точного диагноза и подбор лечения у команды доктора Малфоя иногда уходило по двое-трое суток. Зато им чаще всего удавалось избежать осложнений, связанных с ослаблением магического потенциала, которые часто возникали при экспресс-лечении. Центр финансировался международными грантами, но сотрудников Скорпиус принципиально набирал только в Мунго, за что позволял колдомедикам постоянно привлекать себя для консультаций, чем те беззастенчиво пользовались.
«… а причём здесь вообще Магическая Безопасность?»
«… так в том-то и дело, что не при чём! Значит, получив эту должность, он не сможет лоббировать интересы своей компании».
«… как будто ему это необходимо! У них с женой и так вся Британия в кармане! Про её семью вообще молчу… Я Вам точно говорю: если бы гоблины не держали Гринготтс, быть Уизли ещё и банкирами!»
Роза Уизли и Скорпиус Малфой поженились пятнадцать лет назад, принеся друг другу брачные обеты в поместье Лавгудов, теперь уже Саламандеров. Роза, получившая титул «леди Малфой», умудрилась при этом оставить свою девичью фамилию, вызвав слёзы умиления у отца и сдержанное ворчание свёкра. Зато этой фамилией теперь называлась их фирма, потому что, как шутил Скорпиус, словосочетание «Малфой Кеир»… в глазах общественности приравнивалось к чёрному солнцу и сухой воде. Фотогеничная пара исследователей-предпринимателей часто красовалась на обложках журналов от«Ведьминого досуга» и«Колдовского дизайна» до«Финансового Пророка».
Но сейчас со второй страницы газеты Скорпиус взирал в гордом одиночестве. Сухие факты из жизни и колдография пятилетней давности, на которой улыбающийся доктор Малфой перерезает ленточку на открытии «Диагностического центра Колдомедицины им. проф. С. Снейпа». Скорпиус любил такие широкие жесты, и не отказал себе в удовольствии увековечить имя «лучшего зельевара за всю историю, чья жизнь и судьба тесно связаны с задачами нашего центра», как он отозвался о Снейпе в интервью.
— Скорпиус, не могу поверить, что ты баллотировался в Министерство! — Роза свернула «Пророк» и подняла взгляд на мужа, застёгивающего верхнюю пуговицу, стоя перед большим зеркалом в спальне. — Это же… не совсем то, к чему ты стремишься, не так ли?
— Совсем не то, — едва заметно поморщился Скорпиус и перевёл взгляд с себя на отражение жены, с ногами забравшейся в кресло. На Розе был шёлковый халат лавандового оттенка, а волосы падали на плечи тем спутанным водопадом кудряшек, который особенно ему нравился. Ничего он не любил так, как эти полчаса после пробуждения, когда Роза ещё не успевала до конца «привести себя в порядок», то есть перестать быть естественной и начать выглядеть «безупречно». Особенно бесили Скорпиуса заклинания укладки волос, но «глава косметической компании Розалин Уизли», похоже, считала своим долгом быть лучшим рекламным плакатом своей продукции. Он взял со столика запонку и продолжил: — Они выдвинули меня сами. Министр Магии ещё дождётся от меня Авады из-за угла, вот увидишь.
— И тебе совсем не лестно, что он выдвинул твою кандидатуру? — Роза удивлённо склонила голову набок.
— Лестно?! — Скорпиус яростно вдел запонку и обернулся. — Этот… интриган почтенного возраста меня буквально подставил. Представь себе, как теперь будут стараться мои «конкуренты». А журналисты? О… они не откажут себе в удовольствии перетряхнуть всю мою биографию. И не только мою… — он посмотрел на Розу, подошёл и присел прямо на ковёр рядом с женой. Взял её руки в свои и поцеловал. — Боюсь, что теперь мы станем знаменитостями, Роза. В смысле, достойными «Волшебных сенсаций». И заранее прошу тебя простить за всё.
— Не волнуйся, — Роза рассмеялась и запустила руку в его волосы. — Что такого я о тебе не знаю? Да и о себе тоже… Мы — скучные люди, Скорпиус. Наша жизнь состоит из работы, исследований, секса и сна. Зацепиться не за что…
Скорпиус, наверное, был слишком мнительным. Но в иронии жены ему послышалось не только стремление его утешить, но и лёгкая нотка грусти. Он знал её причины, но не собирался портить себе настроение очередным обсуждением, тем более — сейчас.
«… говорят, что он полностью искупил вину своих предков»
«… почему нет? В конце концов, он почётный гражданин магического Лондона и лучший колдомедик Британии!»
Скорпиус Малфой уже пять лет как не работал в Мунго. Колдохирург и зельевар, он, тем не менее, всему предпочёл диагностический отдел больницы, который расширил до исследовательского центра. Спустя какое-то время, этот центр выделился в самостоятельное учреждение, которым и заведовал Малфой. Здесь лечили жертв экзотических и экспериментальных заклятий, а также разрабатывали новые методы магического наркоза, позволявшие сохранять стабильное состояние пациента дольше обычного. Впрочем, по-другому они вряд ли смогли бы работать, поскольку на установление точного диагноза и подбор лечения у команды доктора Малфоя иногда уходило по двое-трое суток. Зато им чаще всего удавалось избежать осложнений, связанных с ослаблением магического потенциала, которые часто возникали при экспресс-лечении. Центр финансировался международными грантами, но сотрудников Скорпиус принципиально набирал только в Мунго, за что позволял колдомедикам постоянно привлекать себя для консультаций, чем те беззастенчиво пользовались.
«… а причём здесь вообще Магическая Безопасность?»
«… так в том-то и дело, что не при чём! Значит, получив эту должность, он не сможет лоббировать интересы своей компании».
«… как будто ему это необходимо! У них с женой и так вся Британия в кармане! Про её семью вообще молчу… Я Вам точно говорю: если бы гоблины не держали Гринготтс, быть Уизли ещё и банкирами!»
Роза Уизли и Скорпиус Малфой поженились пятнадцать лет назад, принеся друг другу брачные обеты в поместье Лавгудов, теперь уже Саламандеров. Роза, получившая титул «леди Малфой», умудрилась при этом оставить свою девичью фамилию, вызвав слёзы умиления у отца и сдержанное ворчание свёкра. Зато этой фамилией теперь называлась их фирма, потому что, как шутил Скорпиус, словосочетание «Малфой Кеир»… в глазах общественности приравнивалось к чёрному солнцу и сухой воде. Фотогеничная пара исследователей-предпринимателей часто красовалась на обложках журналов от«Ведьминого досуга» и«Колдовского дизайна» до«Финансового Пророка».
Но сейчас со второй страницы газеты Скорпиус взирал в гордом одиночестве. Сухие факты из жизни и колдография пятилетней давности, на которой улыбающийся доктор Малфой перерезает ленточку на открытии «Диагностического центра Колдомедицины им. проф. С. Снейпа». Скорпиус любил такие широкие жесты, и не отказал себе в удовольствии увековечить имя «лучшего зельевара за всю историю, чья жизнь и судьба тесно связаны с задачами нашего центра», как он отозвался о Снейпе в интервью.
— Скорпиус, не могу поверить, что ты баллотировался в Министерство! — Роза свернула «Пророк» и подняла взгляд на мужа, застёгивающего верхнюю пуговицу, стоя перед большим зеркалом в спальне. — Это же… не совсем то, к чему ты стремишься, не так ли?
— Совсем не то, — едва заметно поморщился Скорпиус и перевёл взгляд с себя на отражение жены, с ногами забравшейся в кресло. На Розе был шёлковый халат лавандового оттенка, а волосы падали на плечи тем спутанным водопадом кудряшек, который особенно ему нравился. Ничего он не любил так, как эти полчаса после пробуждения, когда Роза ещё не успевала до конца «привести себя в порядок», то есть перестать быть естественной и начать выглядеть «безупречно». Особенно бесили Скорпиуса заклинания укладки волос, но «глава косметической компании Розалин Уизли», похоже, считала своим долгом быть лучшим рекламным плакатом своей продукции. Он взял со столика запонку и продолжил: — Они выдвинули меня сами. Министр Магии ещё дождётся от меня Авады из-за угла, вот увидишь.
— И тебе совсем не лестно, что он выдвинул твою кандидатуру? — Роза удивлённо склонила голову набок.
— Лестно?! — Скорпиус яростно вдел запонку и обернулся. — Этот… интриган почтенного возраста меня буквально подставил. Представь себе, как теперь будут стараться мои «конкуренты». А журналисты? О… они не откажут себе в удовольствии перетряхнуть всю мою биографию. И не только мою… — он посмотрел на Розу, подошёл и присел прямо на ковёр рядом с женой. Взял её руки в свои и поцеловал. — Боюсь, что теперь мы станем знаменитостями, Роза. В смысле, достойными «Волшебных сенсаций». И заранее прошу тебя простить за всё.
— Не волнуйся, — Роза рассмеялась и запустила руку в его волосы. — Что такого я о тебе не знаю? Да и о себе тоже… Мы — скучные люди, Скорпиус. Наша жизнь состоит из работы, исследований, секса и сна. Зацепиться не за что…
Скорпиус, наверное, был слишком мнительным. Но в иронии жены ему послышалось не только стремление его утешить, но и лёгкая нотка грусти. Он знал её причины, но не собирался портить себе настроение очередным обсуждением, тем более — сейчас.
Страница 60 из 104
