Ящик Пандоры

— Значит, Пустота была выпущена? — спросила она, глядя, как на лице Давины появляется ошеломленное выражение. — О, я знаю все о пустоте. — Девушка постучала по книге, которую читала, и Давина смогла разглядеть название, написанное на обложке. Легендаре. — Здесь все написано. Как вы думаете, Констанс много знает об этом? — Мгновение спустя Делия криво улыбнулась. — Хотя, в той части, которую мы перевели подтверждалось то, что она знала достаточно. Сейчас я пытаюсь выяснить, что это значит.

Давина никак не решалась задать вопрос, который вертелся на языке. Если Легендаре являлась ключом от Пустоты, то, возможно, с ее помощью можно было закрыть ее?

Внезапно небо снаружи еще более потемнело и снова приобрело цвет индиго. Над школой снова закружились облака, и едва слышно затрещала магия. Давина была не прочь узнать, что это означает, но пока это не наносило никакого ужасного вреда, ее куда больше волновало состояние здоровья Амелии. В окно подул ветер и Делия прошла через всю комнату, чтобы закрыть ставни. Но стоило ей только вернуться на свое место, как в комнате снова посветлело. Давина покачала головой, возмущенная этими непостоянными погодными явлениями, но радуясь, что все улеглось. Она еще раз взглянула на Амелию, и ее брови удивленно поползли вверх. Мрачная бледность ушла с лица директрисы, и она выглядела намного здоровее, чем пару минут назад. Давина не могла определить, так ли это на самом деле, или же это ее глаза подстраиваются под меняющееся освещение.

— Вы… вы… — начала она, прекрасно понимая, как нелепо прозвучит ее предположение для Делии.

— Что? — спросила Делия, чуть наклонившись вперед и с любопытством глядя на Давину.

— Мне показалось, что Амелия выглядит намного лучше, — призналась она. — Я знаю, это глупо.

Делия пожала плечами. Девушка уже привыкла к непредсказуемости магии, чтобы отметать какую-бы то ни было идею. Она протянула руку, пощупала лоб Амелии, и ее собственные брови удивленно взлетели вверх.

— Она немного остыла, — сказала она. — И пульс ровный. Вы думаете, это как-то связано с облаками?

Давина немного склонила голову, чтобы подтвердить свое согласие, но не могла сказать наверняка. Делия посмотрела на свою подопечную, а потом негромко обратилась к Давине, кивком головы приглашая ее подойти:

— Вы знаете, я думаю, что опасность миновала.

Давина поняла смысл ее загадочных слов. Делия хотела проверить, как поведет себя естественная защита Амелии. Если искры не появятся, значит они могут надеяться, и состояние директрисы определенно улучшается. Учительниц пения подошла ближе и нерешительно протянула палец, намереваясь коснуться руки Амелии. Искр не было. Давина и Делия посмотрели друг на друга, и на их лицах заиграли изумленные улыбки. Делия отвернулась и посмотрела в небо, на котором сияло вечернее солнце.

— Спасибо, Констанс, — услышала Давина ее тихий шепот. — Я не знаю, что вы сделали, но спасибо.

Прежде чем учительница пения успела что-то сказать, Делия широко зевнула, и Давине стало жалко свою младшую подругу. Она дежурила возле Амелии с самого раннего утра и покидала эту комнату только в самых крайних случаях.

— Идите домой, Делия, — сказала Давина, положив руку на плечо девушки. — Сегодня вы сделали более, чем достаточно. Я посижу с Амелией, тем более что сейчас знаю, что не причиню ей вреда своим присутствием.

Делия с благодарностью кивнула, но прежде, чем она успела что-то сказать, в дверь постучали. В комнату вошел Экберт и заметил, что Амелия выглядит гораздо лучше.

— Естественная защита отключилась, — объяснила Давина. Больше говорить ничего не потребовалось. Эти слова объясняли все. На лице Экберта появилось выражение облегчения, и он улыбнулся, глядя на то, как Делия безуспешно пытается скрыть очередной зевок. Теперь, когда Амелии стало лучше, на нее внезапно навалилась усталость.

— Делия, ты позволишь проводить тебя домой? — мягко спросил он. Делия кивнула и попрощавшись с Давиной, попросила ее передать спасибо Констанс. Вместе с Экбертом она вышла в коридор, оставив Давину думать над ее словами. Несмотря ни на что, существовала реальная возможность того, что Констанс может не вернуться. Давина заняла освободившееся место Делии и начала отсчет секунд, в такт тиканью старомодного будильника Амелии. Она сбилась со счета, по крайней мере, семь раз, прежде чем услышала из учительской, располагающейся этажом ниже, стук шагов и приглушенные рыдания. Такие рыдания Давина слышала только один раз, когда две ночи назад они вместе с Амелией разыскивали источник магического возмущения и пришли в комнату Констанс.

Она посмотрела на Амелию, а затем на закрытую дверь, не зная, как ей поступить. Конечно, она должна была оставаться с Амелией, но Давина знала, что никогда не простит себе, что не пришла на помощь Констанс, которой явно это требовалось.

От этого сложного выбора Давину избавила Констанс, которая появилась в комнате.