Фандом: Гарри Поттер. Все мы знаем Поттера, как спасителя магического мира и героя-одиночку. Но почему-то напрочь забываем о том, что он, в первую очередь, подросток со своими переживаниями и желаниями. Что, если совершенно внезапно одним из таких вот его желаний стала лучшая подруга? И сможет ли подростковая похоть, порожденная разбушевавшимися гормонами, перерасти в нечто большее?
Добавить в моё избранное
404 мин, 12 сек 15600
— Думаешь, я не видел, как она на тебя пялится?!
Гарри не знал, чего в нем сейчас больше: ярости или желания расхохотаться над этим… этим сюром!
— Ну-ка расскажи мне, как на меня пялится Джинни, потому что я этого, блять, не замечаю!
Конечно, замечаешь, да она почти ощутимо раздевает тебя своим пошлым взглядом!
Кажется, Рона вопрос смутил. Он явно не планировал обсуждать это в подробностях, думал оглушить Гарри голословным заявлением.
— Она… она…
— Лучше заткнись, пока не сказал того, о чем будешь жалеть, — это ты у нас делаешь мастерски! — процедил Гарри. Его душило раздражение, а бледное, покрытое веснушками и красными пятнами лицо Рона было последним, что он хотел сейчас видеть.
Рон, похоже, это понял. Он резко развернулся и почти побежал в сторону замка.
Беги, беги, придурок! Как же ты меня бесишь!
От этой мысли Гарри вдруг стало не по себе. Это же его друг, его лучший друг… Однако раздражение, видимо, было в данный момент сильнее дружеских чувств. Оно ядовитыми волнами разбегалось от горла по всему телу, парализуя нервные окончания. Гарри запретил себе чувствовать себя виноватым — это для Уизли.
Где-то на обочине подсознания затрепыхалась было мысль о том, что чертов Рон не так уж и ошибается в своих предположениях и у него есть повод для обид, однако Гарри быстро придушил мерзавку.
Загруженный размышлениями, он и не заметил, как добрел до стадиона. На трибунах там и тут расположилось несколько мелких кучек, состоящих, в основном, из девчонок, которые захихикали и запищали, увидев его.
Ну отлично, проводить отбор команды в присутствии фанаток — какая прелесть…
Гарри вошел в раздевалку и постарался успокоиться — сейчас ему просто необходимо хладнокровие, как можно больше хладнокровия! Его кулак яростно впечатался в стену около душевых. Боль немного отрезвила. Гарри отрешенно посмотрел на правую руку — на костяшках снова были ссадины, еще немного, и он к ним привыкнет. Восстановив палочкой стену, в которой образовалась небольшая вмятина, Гарри отправился переодеваться.
В целом его устроило, как прошли отборочные. Не считая того, что на них приперлось множество малолеток, которые даже толком не умели сидеть на метлах. Рон, естественно, не появился, так что к концу тренировки раздражение Гарри сошло на нет. Осталось только легкое, приятное воспоминание о том, что случилось до ссоры с Уизли. Оно растворило яд, растекающийся по венам, даря такой необходимый покой…
По своему обыкновению Гарри остался в раздевалке после всех, спокойно сложил мячи и отправился мыться. Горячий душ завершил процесс душевной регенерации: он ощущал, как струи воды смывают с него гнев и желание схватить Рона и немного побить его головой об стену… Через некоторое время его даже накрыло желание найти непутевого товарища и попытаться помириться, но оно почти тут же пропало: сейчас для него было важно поговорить с Гермионой, а Рон может и подождать.
Намылив волосы, Гарри зажмурился и подставил уставшее тело под поток воды, одновременно с удовольствием впуская в голову мысли о Гермионе, ее сладком запахе, ее тонких холодных пальцах и таких теплых глазах… Внезапно кое-что, помимо приятной теплой жидкости, коснулось его торса и самым наглым образом поползло от груди по животу и ниже. Гарри резко развернулся, спешно смывая пену с глаз, — перед ним с самой дерзкой улыбкой на миловидном лице стояла Джинни.
— Привет, капитан, можно мне присоединиться?
— Какого хрена, Джинни?! — Гарри с ужасом и смущением осознал, что на нем нет ни грамма одежды. На девушке, к счастью, было белье: видимо, она была не настолько смелой, какой хотела казаться. Правда, она совершенно без стеснения опустила глаза и уставилась на член Гарри, который, как назло, был уже в полуэрегированном состоянии от мыслей о Гермионе, и пошло облизала губы.
— Джинни, пошла к чертовой матери, немедленно, иначе я исключу тебя из команды!
Вместо того, чтобы подчиниться, девушка шагнула в душевую кабину. Гарри почти рефлекторно выставил руки, хватая нахалку за плечи.
— О ком это ты мечтаешь в душе, Гарри? — ничуть не смутившись его отпора, промурлыкала Джинни. Ее руки коснулись груди юноши, от чего по телу пробежала нервная дрожь.
Гарри сильнее сдавил плечи девушки, замечая, как она слегка скривилась от боли. Однако отступать, кажется, не собиралась.
— Хватит, Гарри, зачем ты сопротивляешься? Я так давно хочу тебя! — Джинни рванула вперед, каким-то чудом сбрасывая руки Гарри, прижимаясь к нему всем телом и впиваясь пальцами в его шею. Член парня оказался зажат между ними, от этого резкого прикосновения было немного больно и одновременно приятно, блять, как же приятно! Гарри на секунду закрыл глаза, Джинни тут же воспользовалась его слабостью, прильнула к губам, а одной рукой схватила его напрягшийся ствол и легонько оттянула вниз крайнюю плоть.
Гарри не знал, чего в нем сейчас больше: ярости или желания расхохотаться над этим… этим сюром!
— Ну-ка расскажи мне, как на меня пялится Джинни, потому что я этого, блять, не замечаю!
Конечно, замечаешь, да она почти ощутимо раздевает тебя своим пошлым взглядом!
Кажется, Рона вопрос смутил. Он явно не планировал обсуждать это в подробностях, думал оглушить Гарри голословным заявлением.
— Она… она…
— Лучше заткнись, пока не сказал того, о чем будешь жалеть, — это ты у нас делаешь мастерски! — процедил Гарри. Его душило раздражение, а бледное, покрытое веснушками и красными пятнами лицо Рона было последним, что он хотел сейчас видеть.
Рон, похоже, это понял. Он резко развернулся и почти побежал в сторону замка.
Беги, беги, придурок! Как же ты меня бесишь!
От этой мысли Гарри вдруг стало не по себе. Это же его друг, его лучший друг… Однако раздражение, видимо, было в данный момент сильнее дружеских чувств. Оно ядовитыми волнами разбегалось от горла по всему телу, парализуя нервные окончания. Гарри запретил себе чувствовать себя виноватым — это для Уизли.
Где-то на обочине подсознания затрепыхалась было мысль о том, что чертов Рон не так уж и ошибается в своих предположениях и у него есть повод для обид, однако Гарри быстро придушил мерзавку.
Загруженный размышлениями, он и не заметил, как добрел до стадиона. На трибунах там и тут расположилось несколько мелких кучек, состоящих, в основном, из девчонок, которые захихикали и запищали, увидев его.
Ну отлично, проводить отбор команды в присутствии фанаток — какая прелесть…
Гарри вошел в раздевалку и постарался успокоиться — сейчас ему просто необходимо хладнокровие, как можно больше хладнокровия! Его кулак яростно впечатался в стену около душевых. Боль немного отрезвила. Гарри отрешенно посмотрел на правую руку — на костяшках снова были ссадины, еще немного, и он к ним привыкнет. Восстановив палочкой стену, в которой образовалась небольшая вмятина, Гарри отправился переодеваться.
В целом его устроило, как прошли отборочные. Не считая того, что на них приперлось множество малолеток, которые даже толком не умели сидеть на метлах. Рон, естественно, не появился, так что к концу тренировки раздражение Гарри сошло на нет. Осталось только легкое, приятное воспоминание о том, что случилось до ссоры с Уизли. Оно растворило яд, растекающийся по венам, даря такой необходимый покой…
По своему обыкновению Гарри остался в раздевалке после всех, спокойно сложил мячи и отправился мыться. Горячий душ завершил процесс душевной регенерации: он ощущал, как струи воды смывают с него гнев и желание схватить Рона и немного побить его головой об стену… Через некоторое время его даже накрыло желание найти непутевого товарища и попытаться помириться, но оно почти тут же пропало: сейчас для него было важно поговорить с Гермионой, а Рон может и подождать.
Намылив волосы, Гарри зажмурился и подставил уставшее тело под поток воды, одновременно с удовольствием впуская в голову мысли о Гермионе, ее сладком запахе, ее тонких холодных пальцах и таких теплых глазах… Внезапно кое-что, помимо приятной теплой жидкости, коснулось его торса и самым наглым образом поползло от груди по животу и ниже. Гарри резко развернулся, спешно смывая пену с глаз, — перед ним с самой дерзкой улыбкой на миловидном лице стояла Джинни.
— Привет, капитан, можно мне присоединиться?
— Какого хрена, Джинни?! — Гарри с ужасом и смущением осознал, что на нем нет ни грамма одежды. На девушке, к счастью, было белье: видимо, она была не настолько смелой, какой хотела казаться. Правда, она совершенно без стеснения опустила глаза и уставилась на член Гарри, который, как назло, был уже в полуэрегированном состоянии от мыслей о Гермионе, и пошло облизала губы.
— Джинни, пошла к чертовой матери, немедленно, иначе я исключу тебя из команды!
Вместо того, чтобы подчиниться, девушка шагнула в душевую кабину. Гарри почти рефлекторно выставил руки, хватая нахалку за плечи.
— О ком это ты мечтаешь в душе, Гарри? — ничуть не смутившись его отпора, промурлыкала Джинни. Ее руки коснулись груди юноши, от чего по телу пробежала нервная дрожь.
Гарри сильнее сдавил плечи девушки, замечая, как она слегка скривилась от боли. Однако отступать, кажется, не собиралась.
— Хватит, Гарри, зачем ты сопротивляешься? Я так давно хочу тебя! — Джинни рванула вперед, каким-то чудом сбрасывая руки Гарри, прижимаясь к нему всем телом и впиваясь пальцами в его шею. Член парня оказался зажат между ними, от этого резкого прикосновения было немного больно и одновременно приятно, блять, как же приятно! Гарри на секунду закрыл глаза, Джинни тут же воспользовалась его слабостью, прильнула к губам, а одной рукой схватила его напрягшийся ствол и легонько оттянула вниз крайнюю плоть.
Страница 30 из 112
