Налито Вечности вино

Гарри не удивился, когда, вынырнув из воспоминаний Снейпа, услышал усиленный магией голос Волдеморта, требовавший выдачи Избранного. В голове что-то щёлкнуло, и стало вдруг кристально ясно, как можно завершить их противостояние, а заодно, возможно, и войну. Ощущение избавления от забот, лёгкости и воздушности своего тела и разума были непривычны, но принесли спокойствие и странную отстранённость от собственного близкого и теперь уже неминуемого будущего. Он взглянул на стоящую рядом и сосредоточенно обдумывающую ситуацию Гермиону. Она была необходима для победного завершения, чтобы все жертвы не были напрасны. Но как же тяжело было ощущать необходимость умирать не в одиночку, а, скорее всего, с самым близким и дорогим человеком на свете, для спасения которого своей жизни, увы, не хватало. Хотя могло случится и чудо. Но даже желать именно этого чуда ему было нельзя. Хотя он очень долго почему-то верил, что если кто-то один из них и выживет, то это будет она, Гермиона.

— Вот ведь как оно… — продолжить неожиданно тягучую фразу Гарри не смог, прерванный отстранённым и одновременно готовым сорваться, «гермионистым» голосом:

— Этого не может быть. То, что ты — крестраж. Гарри, помнишь, как мы с тобой пытались понять логику создания и смысл существования крестражей? И пришли к выводу, что случайно создать крестраж примерно как с успехом исполнить «Акцио Хогвартс». И даже если и был крестраж в тебе, то погиб от яда василиска в твоей крови. Ведь дневник погиб за секунды при воздействии яда на пергамент. Или ты сам давно, ещё ребёнком бы умер — Квиррел доказал, что две души в одном теле очень быстро это тело убивают.

— А как же моя связь со змеелицым через шрам?

— Это совсем необязательно кусок души. Ведь, например, призраки и портреты Хогвартса не обладают ни душой, ни её куском, а тем не менее как-то существуют, информацию хранить и передавать могут. Мы же опытным путём выяснили, что нет никакой связи у крестражей с их создателем, иначе Том почувствовал бы гибель медальона. С весьма неприятными для нас последствиями. А у тебя… — она только на мгновение запнулась, и тут же её глаза засияли. — Помнишь, ты говорил о призраках, вышедших на кладбище из палочки Волдеморта? А ведь среди них не было призрака самого Тёмного Лорда, хоть он и стал жертвой Авады из этой палочки?

— Да, не было. И?

— Значит он куда-то делся! — И тут она торжествующе указала пальцем на его шрам. — Ты сам был в роли палочки, когда перенаправил Аваду в него, и призрак Риддла остался в тебе, а точнее — в твоём шраме. Он-то и даёт тебе связь с Сам-Знаешь-Кем.

— Поздравляю, ты не первая додумалась. Может догадаешься — кто ещё, кроме Дамблдора?

— … Лорд?

— Да, только не Тёмный, а Злой…

— А-а-а, Оливандер? [AnEvilLord — злой лорд — анаграмма имени Ollivander]

— Он самый. После настойчивых «уговоров» сиротки Тома. Но вообще-то, Май, ты ведь сама могла убедиться, что все эти хоть магические, хоть маггловские законы и вероятности вокруг меня совсем не хотят работать. И случается со мной самое странное и невероятное, то, чего не может быть никогда. Не всегда в мою пользу, кстати. Хотя да, везло мне зверски… Может, и сегодня повезёт… И потом. Время. У нас пара часов, теперь даже меньше. Ты готова рискнуть людьми в замке и взять на свою совесть ещё и эти смерти, ведь при атаке всеми силами Тёмного Лорда при его личном участии если кто и выживет, то только случайно? Я — нет. Ведь этот предыдущий штурм — это он только пальчиком погрозил. И вообще, не ты ли сама предложила девиз нашей семьи?

— Да, я помню. «Мы принимаем бой». Мне с детства, как и папе, нравился Киплинг… Так у тебя есть план, Гарри? И учти, одного я тебя не отпущу! — наконец-то интонации голоса Гермионы стали более привычными и деловыми.

— Да, миссис Поттер, у меня есть план. И он требует твоего участия, — и тут же, стараясь деловым тоном отстраниться от жуткой сути, принялся излагать: — Остались только Нагини и я. Не спорь! Я смогу подойти почти вплотную к нему, если без палочки, он обязательно захочет что-то сказать напоследок. Постараюсь отвлечь его внимание от змеи, затянуть разговор. Да, заранее посмотрим, где Нагини. Он теперь никому и ничему не верит, и змея обязательно болтается где-то у него на глазах. Если она будет не прямо перед Риддлом, то дам меч Добби, пусть по моему слову аппарирует к ней и рубит — её защиту меч должен пробить. Если же она перед ним, то сам вытащу меч из Распределяющей шляпы перед ударом. А там… Может и второй раз Аваду переживу…

Долгая пауза, и наконец, он ощутил, как даже не через комок, а через целую глыбу в её горле прохрипел-прошипел вопрос:

— Значит убивать Риддла сразу после?

— Придётся тебе. Из-под моей мантии-невидимки с добавлением всех известных заглушающих и изолирующих заклинаний, когда он будет в эйфории от в конце концов достигнутого триумфа под аплодисменты и крики «Браво» от восхищённой публики и ослабит бдительность.