Фандом: Гарри Поттер. Гермиона идет на Бал. Но не с Крамом. Что она потеряет этой немного сумасшедшей ночью, а что приобретет — читайте и узнаете.
Добавить в моё избранное
50 мин, 36 сек 2223
Как у тебя хватило наглости?!
— Так теперь ты веришь, что это не фантазия?
— Еще чего! — она вздернула вверх подбородок. — Этот клевок поцелуем-то нельзя назвать. Ты считаешь, так целуют любимую девушку? Да любая сбежала бы от тебя на второй день, если бы ты так целовался! Это просто ужасно!
— Ага, значит тебе не понравилось…
Она промолчала, глядя на его лицо, пытаясь определить, что он собирается делать. Похоже, он слегка разозлился.
— Значит, ты считаешь, что я ужасен. Что от меня сбежала бы любая девушка. Так? Что ей было бы противно мое прикосновение.
— Ты…
— Нет, подожди! Я хочу от тебя услышать ответ на простой вопрос: тебе было противно?
— Ты не так…
— Нет, нет, просто ответь — тебе было противно? Если да, клянусь, я признаю, что это фантазия, ты больше от меня вообще ничего не услышишь на эту тему. Никогда!
На самом деле, ей было не противно, ей было… никак, но он же спрашивал не об этом. Теперь уже он начал наступать на нее, задавая и задавая этот самый вопрос. Она поняла, что попала в ловушку. У нее не было хорошего выхода — или смертельно его обидеть или… Нет! Она отступала и отступала, и ей казалось, что она делается всё меньше и меньше, как и ее гнев, а он надвигался на нее и словно бы рос на глазах, увеличивался, вместе с осознанием собственной правоты. Она почувствовала, что теряет контроль над ситуацией, ее защиты обваливались, рушились, рассыпались в пыль прямо перед ее глазами, она буквально видела, как разлетаются кирпичи, из которых она тщательно возводила все эти стены внутри себя, и вот теперь от них ничего не осталось, осталась только она сама, и из всех защит было лишь вечернее платье, но и его, казалось, он мог просто сдуть с нее, вот так, набрать побольше воздуха и дунуть изо всех сил, и тогда она останется совсем-совсем без всякой защиты, и он сможет делать с ней, что угодно.
— Так я дождусь ответа на мой вопрос?
— Я не успела ничего почувствовать, — пролепетала она и поняла, что подставилась с этим ответом, но что ей еще оставалось делать?
— Ага. Не успела. Значит, надо повторить. Ведь так? Чтобы ты как следует почувствовала? Ты согласна? Ты же сама кричала, что надо это сделать, иначе какая же любовь?
Она замотала головой, но теперь ей было некуда отступать, она наткнулась на низкий столик, и едва не уселась на него. Он порывисто обнял ее, и она поняла, что теперь всё, всё летит… куда-то… а внутри непонятный жар, как тогда на балу, когда вейла выпустила свои чары. Только сейчас никакой вейлы рядом, просто… Гарри, и он собирается…
Он был так близко, что она отчетливо могла разглядеть крошечные винтики на оправе его очков. Один из них слегка выкрутился, скоро придется снова чинить ему очки… О чем она думает? О чем она…
Он наклонялся над ней, а она отклонялась назад, пока не повисла на его правой руке, поддерживающей ее за спину. Дальше она уже не могла отклоняться физически, гибкость не позволяла, если только поджать колени и улечься спиной прямо на этот столик… Улечься… прямо на… столик… перед ним… Ну почему же он так долго?! Смотрит на нее изумрудными глазами, губы сжаты. «О чем ты думаешь, Гарри?»
— Нет, — сказал он отчетливо, когда уже почти коснулся ее лица. Она заморгала.
Он покачал головой.
— ТЫ меня поцелуй!
«Что?!» Он издевается над ней! Она задергалась, но в таком висячем положении это было непросто сделать.
— Никогда! Ты не дождешься этого никогда!
— А так? — он внезапно перехватил ее под коленки, и она в мгновение ока оказалась у него на руках.
«О, не-ет! Это же нечестно! Он просто гадкий обманщик!» Она почувствовала, как немедленно начинает растекаться у него на руках, словно нагретый шоколад.
— Гм, — он принялся отмерять шаги по гостиной, смотря по сторонам, словно бы у него на руках не было трепещущей девушки, — куда бы, куда бы…
— Я всё равно не поцелую тебя, Гарри Поттер! — взвизгнула она. — Твои штучки тебе не помогут.
— Посмотрим… Вот! — он уселся на диван перед камином, и она оказалась у него на коленях. Откинулся на наклонную спинку, и она практически уже почувствовала себя лежащей на нем. — Здесь тебе будет уютно меня целовать.
— Ничего подобного. Этого не случится!
— Тогда нам придется просидеть тут довольно долго, — наклонил он голову и прошептал ей прямо на ухо. От его шепота ее обдало новой горячей волной.
«Он не вейла, он никакая не вейла! А я совсем не хочу… его целовать!»
— Отпусти меня. Ты помнешь мне платье.
— Так сними его, — сказал он просто, пожимая плечами.
Она вспыхнула:
— Твоя наглость взлетает быстрее снитча.
— Ты забыла, — парировал он, — я — ловец снитчей.
— … Обойдешься!
У нее внутри пробежал противный холодок, когда она поняла, что едва только что не брякнула: «Пока обойдешься»!
— Так теперь ты веришь, что это не фантазия?
— Еще чего! — она вздернула вверх подбородок. — Этот клевок поцелуем-то нельзя назвать. Ты считаешь, так целуют любимую девушку? Да любая сбежала бы от тебя на второй день, если бы ты так целовался! Это просто ужасно!
— Ага, значит тебе не понравилось…
Она промолчала, глядя на его лицо, пытаясь определить, что он собирается делать. Похоже, он слегка разозлился.
— Значит, ты считаешь, что я ужасен. Что от меня сбежала бы любая девушка. Так? Что ей было бы противно мое прикосновение.
— Ты…
— Нет, подожди! Я хочу от тебя услышать ответ на простой вопрос: тебе было противно?
— Ты не так…
— Нет, нет, просто ответь — тебе было противно? Если да, клянусь, я признаю, что это фантазия, ты больше от меня вообще ничего не услышишь на эту тему. Никогда!
На самом деле, ей было не противно, ей было… никак, но он же спрашивал не об этом. Теперь уже он начал наступать на нее, задавая и задавая этот самый вопрос. Она поняла, что попала в ловушку. У нее не было хорошего выхода — или смертельно его обидеть или… Нет! Она отступала и отступала, и ей казалось, что она делается всё меньше и меньше, как и ее гнев, а он надвигался на нее и словно бы рос на глазах, увеличивался, вместе с осознанием собственной правоты. Она почувствовала, что теряет контроль над ситуацией, ее защиты обваливались, рушились, рассыпались в пыль прямо перед ее глазами, она буквально видела, как разлетаются кирпичи, из которых она тщательно возводила все эти стены внутри себя, и вот теперь от них ничего не осталось, осталась только она сама, и из всех защит было лишь вечернее платье, но и его, казалось, он мог просто сдуть с нее, вот так, набрать побольше воздуха и дунуть изо всех сил, и тогда она останется совсем-совсем без всякой защиты, и он сможет делать с ней, что угодно.
— Так я дождусь ответа на мой вопрос?
— Я не успела ничего почувствовать, — пролепетала она и поняла, что подставилась с этим ответом, но что ей еще оставалось делать?
— Ага. Не успела. Значит, надо повторить. Ведь так? Чтобы ты как следует почувствовала? Ты согласна? Ты же сама кричала, что надо это сделать, иначе какая же любовь?
Она замотала головой, но теперь ей было некуда отступать, она наткнулась на низкий столик, и едва не уселась на него. Он порывисто обнял ее, и она поняла, что теперь всё, всё летит… куда-то… а внутри непонятный жар, как тогда на балу, когда вейла выпустила свои чары. Только сейчас никакой вейлы рядом, просто… Гарри, и он собирается…
Он был так близко, что она отчетливо могла разглядеть крошечные винтики на оправе его очков. Один из них слегка выкрутился, скоро придется снова чинить ему очки… О чем она думает? О чем она…
Он наклонялся над ней, а она отклонялась назад, пока не повисла на его правой руке, поддерживающей ее за спину. Дальше она уже не могла отклоняться физически, гибкость не позволяла, если только поджать колени и улечься спиной прямо на этот столик… Улечься… прямо на… столик… перед ним… Ну почему же он так долго?! Смотрит на нее изумрудными глазами, губы сжаты. «О чем ты думаешь, Гарри?»
— Нет, — сказал он отчетливо, когда уже почти коснулся ее лица. Она заморгала.
Он покачал головой.
— ТЫ меня поцелуй!
«Что?!» Он издевается над ней! Она задергалась, но в таком висячем положении это было непросто сделать.
— Никогда! Ты не дождешься этого никогда!
— А так? — он внезапно перехватил ее под коленки, и она в мгновение ока оказалась у него на руках.
«О, не-ет! Это же нечестно! Он просто гадкий обманщик!» Она почувствовала, как немедленно начинает растекаться у него на руках, словно нагретый шоколад.
— Гм, — он принялся отмерять шаги по гостиной, смотря по сторонам, словно бы у него на руках не было трепещущей девушки, — куда бы, куда бы…
— Я всё равно не поцелую тебя, Гарри Поттер! — взвизгнула она. — Твои штучки тебе не помогут.
— Посмотрим… Вот! — он уселся на диван перед камином, и она оказалась у него на коленях. Откинулся на наклонную спинку, и она практически уже почувствовала себя лежащей на нем. — Здесь тебе будет уютно меня целовать.
— Ничего подобного. Этого не случится!
— Тогда нам придется просидеть тут довольно долго, — наклонил он голову и прошептал ей прямо на ухо. От его шепота ее обдало новой горячей волной.
«Он не вейла, он никакая не вейла! А я совсем не хочу… его целовать!»
— Отпусти меня. Ты помнешь мне платье.
— Так сними его, — сказал он просто, пожимая плечами.
Она вспыхнула:
— Твоя наглость взлетает быстрее снитча.
— Ты забыла, — парировал он, — я — ловец снитчей.
— … Обойдешься!
У нее внутри пробежал противный холодок, когда она поняла, что едва только что не брякнула: «Пока обойдешься»!
Страница 13 из 14
