Фандом: Мстители. Баки никак не может уговорить Стива на анальный секс. Подрочить друг другу, отсосать — пожалуйста, а вот в задницу Стив не дает. И не то чтобы не хочет — стесняется. Воспитание не дает. Не может себя пересилить никак. Однажды Барнс просыпается от того, что Стив вжимается ему задом в пах. Трется об него. При этом глаза закрыты, и вроде как спит. Барнс пытается отодвинуться — железная-то у него только рука, cколько же можно терпеть! Но через минуту понимает, что Стив давно проснулся и только притворяется спящим, давая ему таким образом карт-бланш. Секс со «спящим» Стивом. Не слишком жестко — первый раз все-таки, но и не слишком ванильно. Ко всеобщему удовольствию. Не бруклинка, не военка, Пост всё.
Добавить в моё избранное
4 мин, 57 сек 6672
Некоторые люди никогда не меняются, и Стив Роджерс, несмотря на сыворотку, щит и задницу, на которую, по мнению Баки, дрочила половина Америки — и не обязательно женская, — именно из таких. Можно вытащить Роджерса из Бруклина, но нельзя вытащить Бруклин из Роджерса.
Баки это вполне устраивало. В многократно перевернувшемся с ног на голову и обратно мире что-то же должно оставаться неизменным! Хотя бы Роджерс. Особенно Роджерс. Даже если это означало, что придется ограничиться взаимной дрочкой, отсосами и прочими невинными радостями… Им со Стивом и так зашибись — когда Стив проводит языком по головке, а потом заглатывает до упора, каждый раз как током по обнаженным нервам. И потом, что значит «пойти до конца»? Они уже вместе до конца! Это же Стив. А со Стивом, после всего пережитого, Баки готов был за руки держаться при луне, и было бы зашибись. Если бы еще сам Стив так не загонялся…
Наглый солнечный луч лез в лицо сквозь плохо задернутые шторы. Машинально отмахнувшись, Баки натянул на голову свою часть одеяла и наконец — видимо, стареет! — осознал: во-первых, к нему прижимается самая крутая задница Америки, причем не просто прижимается, а слегка поерзывает, притираясь все теснее. Во-вторых, тело реагирует на эти прижимания совершенно предсказуемым образом.
— Стив… Стиви! — тихонько позвал он, положив руку на вылезшее из-под одеяло плечо. Стив не проснулся, только вздохнул и прижался сильнее. Снова поерзал, устраиваясь поудобнее, и оказался как-то совсем вплотную. Баки закусил губу. Спящий Стив был большой, теплый и такой красивый, что лежать с ним рядом, ничего не делая, не получалось. Даже суперсолдатских суперсил на это не хватало никак, а железной у Баки, между прочим, была только рука. Он героически отодвинулся чуть-чуть, но Стив опять оказался рядом. Баки отодвинулся дальше, благо кровать позволяла. Стив что-то неразборчиво пробормотал во сне и уперся задницей в стоящий член.
Баки обычно спал голым, Стив предпочитал свободные пижамные штаны… которые за ночь куда-то подевались. Мистика. Засунув руку под одеяло, Баки медленно и осторожно провел ладонью по бедру спящего Стива, сам не зная, хочет ли, чтобы тот проснулся. Стив поерзал еще раз, и член сам собой очень удобно лег в ложбинку между его ягодиц. Баки знал, что обычно Стив спит крепко, моментально реагируя только на писк телефона — причем иногда до того, как тот запищит, — или на прикосновения Баки. Но сейчас Стив на них не реагировал.
Баки погладил бедро снова, аккуратно приподнимая и выводя вперед согнутую в колене ногу Стива. Тот продолжал тихонько сопеть в подушку. Поцелуй в плечо тоже не сработал.
— Соня ты, Стив, — Баки провел языком по шее, где слишком быстро для спящего билась жилка. — Из пушки не разбудишь, да?
Стив снова что-то пробормотал во сне и, не просыпаясь, изогнул шею, чтобы лизать было удобнее. Баки ухмыльнулся. Ну что ж, можно и так… Спи, Стиви. Спи, не просыпайся. Он оторвался от Стива, сел, металлические пальцы нащупали на полу под кроватью непонятно как оказавшийся там тюбик со смазкой. Снова прижался к теплому телу, поцеловал в плечо, в шею, потом отодвинулся, провел пальцами по спине, отслеживая выступающие мускулы, по боку, по бедру. Медленно, давая возможность проснуться и передумать, погладил ягодицу. Все-таки у Роджерса охренительная задница! Спятить же можно от того, как она упруго ложится в ладонь. Дыхание Стива участилось, но он по-прежнему не двигался, спрятав лицо в сгибе локтя.
Аккуратно выдавив смазку, Баки провел пальцем по ложбинке. Если бы не знал Стива так хорошо — не заметил бы, как тот дернулся. Палец застыл в дюйме от сомкнутой дырки, но Стив слегка поерзал, словно устраиваясь поудобнее, и Баки продолжил движение. Погладил, не нажимая, обвел вокруг, чувствуя, как у него сводит низ живота и горят уши.
— Роджерс… У тебя есть последний шанс проснуться и послать меня к черту! Потому что если ты этого не сделаешь…
Роджерс этого не сделал. И тогда Баки послал все к черту и осторожно погрузил палец внутрь. Совсем чуть-чуть, самый кончик, но Стив — во сне, разумеется, — подался навстречу, и палец скользнул глубже. Баки неторопливо вытащил его и так же неторопливо вернул обратно. Еще раз. Еще, глубже и быстрее, чутко поймав едва слышный, спрятанный в подушке стон. Еще. У Баки медленно, но неотвратимо сносило крышу, потому что Стив позволял ему… это. Он запретил себе об этом думать и не думал, и был вполне счастлив, но сейчас задница Стива так плотно сжимала его палец, что хотелось вопить и бить железной рукой стекла от одного этого ощущения.
— Я с тобой окончательно спячу когда-нибудь, — пробормотал Баки, завороженно глядя, как шею и видимую часть щеки заливает слабый румянец. — Вот и возись тогда с психом.
Он очень осторожно попробовал двумя пальцами. Было туго, горячо и охуенно. Стив нетерпеливо покрутил задницей, и Баки решил, что с ума можно сходить и вдвоем, так веселее.
Баки это вполне устраивало. В многократно перевернувшемся с ног на голову и обратно мире что-то же должно оставаться неизменным! Хотя бы Роджерс. Особенно Роджерс. Даже если это означало, что придется ограничиться взаимной дрочкой, отсосами и прочими невинными радостями… Им со Стивом и так зашибись — когда Стив проводит языком по головке, а потом заглатывает до упора, каждый раз как током по обнаженным нервам. И потом, что значит «пойти до конца»? Они уже вместе до конца! Это же Стив. А со Стивом, после всего пережитого, Баки готов был за руки держаться при луне, и было бы зашибись. Если бы еще сам Стив так не загонялся…
Наглый солнечный луч лез в лицо сквозь плохо задернутые шторы. Машинально отмахнувшись, Баки натянул на голову свою часть одеяла и наконец — видимо, стареет! — осознал: во-первых, к нему прижимается самая крутая задница Америки, причем не просто прижимается, а слегка поерзывает, притираясь все теснее. Во-вторых, тело реагирует на эти прижимания совершенно предсказуемым образом.
— Стив… Стиви! — тихонько позвал он, положив руку на вылезшее из-под одеяло плечо. Стив не проснулся, только вздохнул и прижался сильнее. Снова поерзал, устраиваясь поудобнее, и оказался как-то совсем вплотную. Баки закусил губу. Спящий Стив был большой, теплый и такой красивый, что лежать с ним рядом, ничего не делая, не получалось. Даже суперсолдатских суперсил на это не хватало никак, а железной у Баки, между прочим, была только рука. Он героически отодвинулся чуть-чуть, но Стив опять оказался рядом. Баки отодвинулся дальше, благо кровать позволяла. Стив что-то неразборчиво пробормотал во сне и уперся задницей в стоящий член.
Баки обычно спал голым, Стив предпочитал свободные пижамные штаны… которые за ночь куда-то подевались. Мистика. Засунув руку под одеяло, Баки медленно и осторожно провел ладонью по бедру спящего Стива, сам не зная, хочет ли, чтобы тот проснулся. Стив поерзал еще раз, и член сам собой очень удобно лег в ложбинку между его ягодиц. Баки знал, что обычно Стив спит крепко, моментально реагируя только на писк телефона — причем иногда до того, как тот запищит, — или на прикосновения Баки. Но сейчас Стив на них не реагировал.
Баки погладил бедро снова, аккуратно приподнимая и выводя вперед согнутую в колене ногу Стива. Тот продолжал тихонько сопеть в подушку. Поцелуй в плечо тоже не сработал.
— Соня ты, Стив, — Баки провел языком по шее, где слишком быстро для спящего билась жилка. — Из пушки не разбудишь, да?
Стив снова что-то пробормотал во сне и, не просыпаясь, изогнул шею, чтобы лизать было удобнее. Баки ухмыльнулся. Ну что ж, можно и так… Спи, Стиви. Спи, не просыпайся. Он оторвался от Стива, сел, металлические пальцы нащупали на полу под кроватью непонятно как оказавшийся там тюбик со смазкой. Снова прижался к теплому телу, поцеловал в плечо, в шею, потом отодвинулся, провел пальцами по спине, отслеживая выступающие мускулы, по боку, по бедру. Медленно, давая возможность проснуться и передумать, погладил ягодицу. Все-таки у Роджерса охренительная задница! Спятить же можно от того, как она упруго ложится в ладонь. Дыхание Стива участилось, но он по-прежнему не двигался, спрятав лицо в сгибе локтя.
Аккуратно выдавив смазку, Баки провел пальцем по ложбинке. Если бы не знал Стива так хорошо — не заметил бы, как тот дернулся. Палец застыл в дюйме от сомкнутой дырки, но Стив слегка поерзал, словно устраиваясь поудобнее, и Баки продолжил движение. Погладил, не нажимая, обвел вокруг, чувствуя, как у него сводит низ живота и горят уши.
— Роджерс… У тебя есть последний шанс проснуться и послать меня к черту! Потому что если ты этого не сделаешь…
Роджерс этого не сделал. И тогда Баки послал все к черту и осторожно погрузил палец внутрь. Совсем чуть-чуть, самый кончик, но Стив — во сне, разумеется, — подался навстречу, и палец скользнул глубже. Баки неторопливо вытащил его и так же неторопливо вернул обратно. Еще раз. Еще, глубже и быстрее, чутко поймав едва слышный, спрятанный в подушке стон. Еще. У Баки медленно, но неотвратимо сносило крышу, потому что Стив позволял ему… это. Он запретил себе об этом думать и не думал, и был вполне счастлив, но сейчас задница Стива так плотно сжимала его палец, что хотелось вопить и бить железной рукой стекла от одного этого ощущения.
— Я с тобой окончательно спячу когда-нибудь, — пробормотал Баки, завороженно глядя, как шею и видимую часть щеки заливает слабый румянец. — Вот и возись тогда с психом.
Он очень осторожно попробовал двумя пальцами. Было туго, горячо и охуенно. Стив нетерпеливо покрутил задницей, и Баки решил, что с ума можно сходить и вдвоем, так веселее.
Страница 1 из 2
