Фандом: Ориджиналы. Вот чего не сиделось придурку? Не поперся бы тогда к Сергею домой, может и не летел сейчас в одиночестве хрен знает куда. А вот сейчас стоит Генка в туалете самолета, летящем неизвестно на какой высоте, пялится на себя в зеркало, с голосами в голове и рефлектирует, как распоследняя истеричка! Обрадовался он, растекся сопливой лужей, поверил, что в его голубом тупичке фура с пряниками перевернулась. Идиот.
Добавить в моё избранное
97 мин, 37 сек 10106
— Никаких планов, — честно ответил Генка, сжал его руку и заглянул в родные глаза. — Да и подарок уже получил.
— А на Новый год никуда не собираешься?
— Новый год хотел бы встретить в кровати.
— В кровати? — глаза у Сергея с подозрением прищурились.
— Да. С тобой. Вдвоем.
Зайдя в лифт, Сергей щелчком отправил маленькую подушечку пастилки в рот.
— На сладенькое потянуло? — поинтересовался Генка.
— Нет, — признался Сергей и, загадочно поигрывая бровями, выдохнул ядреный запах ментола парню в нос. — Но думаю, ты оценишь мою идею.
— Ты что задумал? — внутренне обмирая, спросил Гена.
— Сейчас все прочувствуешь.
Он и прочувствовал, только предупредил, что с вывихнутой челюстью на следующий день будет ходить Сергей. Но Смирнов совершенно не возражал, потому что с удовольствием наблюдал за Генкиной реакцией, когда облизывал все его чувственные места и складочки, потом аккуратно дул, и парня подбрасывало на кроватях, которые они сдвинули. Глаза слезились, мышцы сводило судорогой, и возникло серьезное опасение, что он отгрызет себе костяшки пальцев, чтобы не орать.
Много позже Генка прикемарил, распластанный на животе, и только щелчок открывающегося замка заставил его мысленно вернуться на несколько дней назад.
«Опять эти ванные комнаты мне расслабиться не дают», — вздрогнув, подумал он и повернулся на звук.
— Хоу-хоу-хоу! — донеслось от двери.
Опираясь спиной о косяк и эротически согнув ногу в колене, стоял Смирнов. Из одежды на нем был только красный колпак и белая искусственная борода, привязанная на талии, прикрывающая стратегически важные места ниже.
— А как себя вел этот мальчик в прошлом году?
Генка не смог долго держать серьезное выражение и засмеялся, уткнувшись в подушку.
— Он был послушным?
За этим вопросом последовал легкий укус за пятку.
— Или он был плохим мальчиком? — поцелуй под коленкой, и парень заелозил, прячась от щекотки.
— Какой подарок Санта должен положить в его носочек? — Сергей присел рядом и провел влажным полотенцем по голой пояснице и дальше между ягодицами, вытирая свои следы.
— Мне, если честно, все равно. Хоть говна напихай — признался Генка, чуть поворачиваясь и обнимая его за талию. Носом уткнулся в бедро своего мужчины и тихо продолжил: — Не нужны мне ни телефоны, ни барахло из последних коллекций. Ключи только верни от своей квартиры.
— А что мне за это будет? — Сергей убрал полотенце, привычным жестом достал тюбик с кремом, выдавил немного на пальцы.
Генке всегда нравилась эта забота после секса, он млел, принимая, казалось бы, незначительные знаки внимания. Это даже ухаживанием не назовешь, скорее, заботой о нем как о партнере.
Парень привычно отодвинул одной рукой ягодицу, давая возможность лучше прикоснуться к себе. Палец, смазанный заживляющим кремом, скользнул по покрасневшим стенкам, чуть подразнил снаружи, углубился на фалангу внутрь.
— У меня ничего не было, — признался Генка. — Ни с кем, кого ты видел сегодня.
— Но это не значит, что ты не пытался, — закончил за него Сергей.
Голос у него стал грустный, опустошенный.
— Пытался, — кивнул Гена, соглашаясь, — и даже почти получилось, но все это не то. Все мои старания и желания тут же испарялись, как только что-то не получалось с первого раза, а настаивать или прилагать усилия я не хотел. Не с ними.
— А с кем хочешь?
— С тобой хочу, — Генка приподнялся, чтобы увидеть лицо Сергея.
— Ох, Чудовище, — Смирнов опустился ниже, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Многие приходят или уходят в наши жизни. Если человек подходит в интиме — не факт, что с ним интересно вне постели. Так же и наоборот. Можно сутками напролет общаться, разговаривать, но на него не будет «стоять». Такое бывает, и нередко. Но и я должен тебе кое в чем признаться.
Генка обнял Сергея, уткнулся носом в шею. Что-то разговор поворачивал не в то русло, в какое хотелось бы. Страх, что сейчас Сергей расскажет о каких-нибудь своих прегрешениях, о которых Генке совершенно не хочется знать, подкатил склизкой паникой.
— Может, не сейчас?
— Нет, сейчас, — тихо проговорил Смирнов. — Я вспоминаю себя в твоем возрасте и понимаю, насколько мы с тобой разные. У меня в двадцать один не было ни цели, ни увлечения, ни желания. Меня к дяде-то в его гостиничный бизнес впихнули, лишь бы я без дела не околачивался. Это уже много позже, втянувшись, мне понравилась эта работа. Но пока дошел до этого, много дров наломал. Сколько нервов родным помотал, даже и не вспомнить.
Сергей тихо приговаривал, поглаживая Генку по растрепанным волосам:
— Ты лучше меня. Целенаправленный, бескомпромиссный, более решительный.
— Неправда, — пробурчал Генка. — Если бы был такой, каким ты меня видишь, никуда бы не сбежал.
— А на Новый год никуда не собираешься?
— Новый год хотел бы встретить в кровати.
— В кровати? — глаза у Сергея с подозрением прищурились.
— Да. С тобой. Вдвоем.
Зайдя в лифт, Сергей щелчком отправил маленькую подушечку пастилки в рот.
— На сладенькое потянуло? — поинтересовался Генка.
— Нет, — признался Сергей и, загадочно поигрывая бровями, выдохнул ядреный запах ментола парню в нос. — Но думаю, ты оценишь мою идею.
— Ты что задумал? — внутренне обмирая, спросил Гена.
— Сейчас все прочувствуешь.
Он и прочувствовал, только предупредил, что с вывихнутой челюстью на следующий день будет ходить Сергей. Но Смирнов совершенно не возражал, потому что с удовольствием наблюдал за Генкиной реакцией, когда облизывал все его чувственные места и складочки, потом аккуратно дул, и парня подбрасывало на кроватях, которые они сдвинули. Глаза слезились, мышцы сводило судорогой, и возникло серьезное опасение, что он отгрызет себе костяшки пальцев, чтобы не орать.
Много позже Генка прикемарил, распластанный на животе, и только щелчок открывающегося замка заставил его мысленно вернуться на несколько дней назад.
«Опять эти ванные комнаты мне расслабиться не дают», — вздрогнув, подумал он и повернулся на звук.
— Хоу-хоу-хоу! — донеслось от двери.
Опираясь спиной о косяк и эротически согнув ногу в колене, стоял Смирнов. Из одежды на нем был только красный колпак и белая искусственная борода, привязанная на талии, прикрывающая стратегически важные места ниже.
— А как себя вел этот мальчик в прошлом году?
Генка не смог долго держать серьезное выражение и засмеялся, уткнувшись в подушку.
— Он был послушным?
За этим вопросом последовал легкий укус за пятку.
— Или он был плохим мальчиком? — поцелуй под коленкой, и парень заелозил, прячась от щекотки.
— Какой подарок Санта должен положить в его носочек? — Сергей присел рядом и провел влажным полотенцем по голой пояснице и дальше между ягодицами, вытирая свои следы.
— Мне, если честно, все равно. Хоть говна напихай — признался Генка, чуть поворачиваясь и обнимая его за талию. Носом уткнулся в бедро своего мужчины и тихо продолжил: — Не нужны мне ни телефоны, ни барахло из последних коллекций. Ключи только верни от своей квартиры.
— А что мне за это будет? — Сергей убрал полотенце, привычным жестом достал тюбик с кремом, выдавил немного на пальцы.
Генке всегда нравилась эта забота после секса, он млел, принимая, казалось бы, незначительные знаки внимания. Это даже ухаживанием не назовешь, скорее, заботой о нем как о партнере.
Парень привычно отодвинул одной рукой ягодицу, давая возможность лучше прикоснуться к себе. Палец, смазанный заживляющим кремом, скользнул по покрасневшим стенкам, чуть подразнил снаружи, углубился на фалангу внутрь.
— У меня ничего не было, — признался Генка. — Ни с кем, кого ты видел сегодня.
— Но это не значит, что ты не пытался, — закончил за него Сергей.
Голос у него стал грустный, опустошенный.
— Пытался, — кивнул Гена, соглашаясь, — и даже почти получилось, но все это не то. Все мои старания и желания тут же испарялись, как только что-то не получалось с первого раза, а настаивать или прилагать усилия я не хотел. Не с ними.
— А с кем хочешь?
— С тобой хочу, — Генка приподнялся, чтобы увидеть лицо Сергея.
— Ох, Чудовище, — Смирнов опустился ниже, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Многие приходят или уходят в наши жизни. Если человек подходит в интиме — не факт, что с ним интересно вне постели. Так же и наоборот. Можно сутками напролет общаться, разговаривать, но на него не будет «стоять». Такое бывает, и нередко. Но и я должен тебе кое в чем признаться.
Генка обнял Сергея, уткнулся носом в шею. Что-то разговор поворачивал не в то русло, в какое хотелось бы. Страх, что сейчас Сергей расскажет о каких-нибудь своих прегрешениях, о которых Генке совершенно не хочется знать, подкатил склизкой паникой.
— Может, не сейчас?
— Нет, сейчас, — тихо проговорил Смирнов. — Я вспоминаю себя в твоем возрасте и понимаю, насколько мы с тобой разные. У меня в двадцать один не было ни цели, ни увлечения, ни желания. Меня к дяде-то в его гостиничный бизнес впихнули, лишь бы я без дела не околачивался. Это уже много позже, втянувшись, мне понравилась эта работа. Но пока дошел до этого, много дров наломал. Сколько нервов родным помотал, даже и не вспомнить.
Сергей тихо приговаривал, поглаживая Генку по растрепанным волосам:
— Ты лучше меня. Целенаправленный, бескомпромиссный, более решительный.
— Неправда, — пробурчал Генка. — Если бы был такой, каким ты меня видишь, никуда бы не сбежал.
Страница 27 из 28
