Изгой

Северусу показалось, что с его плеч упала глыба, и сразу стало легче дышать. Сейчас он уже был почти уверен, что не выдержал бы этого дурацкого Обливиейта, и непременно совершил бы какую-нибудь глупость, а так… так появилась хоть призрачная, но надежда на то, что пока всё будет хорошо… а потом можно и Обливиейт, чтобы Люци не мучился.

— Я вернусь, Люци! Я непременно вернусь…

Однако вернуться оказалось не так просто. Хогвартс требовал постоянного внимания, и Северус выбивался из сил, чтобы держать юных сопротивленцев на расстоянии от Кэрроу, постепенно входивших во вкус карательной педагогики. Их наказания были лишены даже зачатков логики и совершенно не соответствовали тяжести проступков. По какой-то идиотской прихоти эти кретины выбрали для отработки навыков Лонгботтома, в котором, как оказалось, дремал пламенный революционер. Северус не сомневался, что Лонгботтом однажды поднимет толпу школьников на баррикады, и они пойдут за ним, круша всё вокруг. Потому что, к сожалению, бескровных переворотов не бывает. За себя Северус не волновался — в Хогвартсе ему помогали даже стены замка, а Кэрроу было ничуть не жаль, поэтому он не старался пресечь подрывную деятельность, изредка докладывая Лорду о воспитательных провалах Кэрроу, как о забавных анекдотах. Пока Лорд считает, что всё под контролем, он не станет вмешиваться.

А вот было ли всё под контролем, Северус не знал. Поттер чуть было не попался в ловушку Тёмного Лорда, которую тот ловко устроил в Годриковой Лощине. Что там понадобилось Поттеру, не знал даже Альбус, который только таинственно мерцал стёклышками очков со своего портрета, вместо того, чтобы вспомнить свои слова. Хотя… это же Поттер! Кто может знать, как он понял самые несложные распоряжения, тем более что Дамблдор никогда не отличался простотой формулировок!

Северус сидел у огня камина, пил коньяк и никак не мог согреться. Он уже и сам не понимал — нервное это или просто сильно промёрз в лесу, где полночи слонялся в поисках Поттера. С одной стороны, всё прошло удачно — меч передан, а Северуса никто не заметил, но с другой… мальчишку хотелось схватить за тощие плечи и как следует встряхнуть, чтобы слетели с лица дурацкие очки, и он, быть может, начал смотреть по сторонам, хотя бы повинуясь инстинктам. Это же надо быть таким доверчивым идиотом, чтобы выйти за защитный контур без страховки?! И попереться за чужим патронусом невесть куда… Северус был готов разыграть целый спектакль, но он даже не понадобился, так банально и просто всё получилось… Правда, Поттер не был бы сам собою, если бы снова глупо не рискнул. И спасся он опять-таки благодаря чертовской удачливости — Уизли появился, когда Северус уже был готов нырять в прорубь. Очень хотелось постучать головой о стену… ну или ещё выпить. Наверное, Поттер жив только благодаря Грейнджер, которая единственная в их компании являла зачатки разумной осторожности.

Сквозь янтарный напиток пламя казалось ещё ярче, и создавалась иллюзия уюта и покоя. И не было заметно, что трясутся руки. На колени запрыгнул Люк и потёрся головой о грудь, оставляя белые клочки шерсти.

— Он идиот, Люк, — пожаловался Северус. — Безрассудный идиот. И ничему его жизнь не учит…

Люк согласно урчал, требовательно подставляясь под ладонь в желании ласки. Северус вздохнул:

— Теперь меч у него, но это ещё ничего не гарантирует, Люк… с таким подходом он может его потерять…

Люк пытался устроиться у него на коленях, предупредительно выпуская когти, а Северус продолжал изливать душу:

— И что он будет делать, когда потеряет меч? Не знаешь? Вот и я не знаю… это же Поттер! Да уже чёрт с этим мечом, лишь бы сами не попались…

Северус забылся только под утро. Сон его был тяжёлым и полным всяких ужасов из кочевой жизни Поттера. Почему-то не было даже сомнений, что дети голодают, и Северус во сне стискивал зубы так, что наутро те заболели.

Кто мог знать, что его опасения оправдаются даже быстрее, чем он того ждал? Патронус Люциуса появился внезапно и прошептал:

«Поттер в меноре. Камин открыт. Быстрее».

Северус бросился к камину, не раздумывая, и через пару мгновений оказался в кабинете чрезвычайно встревоженного Люциуса.

— Что случилось? — выдохнул Северус.

— Егеря. Полчаса назад. Драко его не узнал.

— Может, это не…

— Поттер! Я прекрасно знаю своего сына, чтобы понять, когда он лжёт. К тому же с ним Грейнджер и Уизли. Уж их-то я узнал!

— А Поттера нет?

— Кто-то додумался швырнуть ему в лицо Жалящим… — Люциус зажмурился и выдохнул: — Что ты будешь делать?

Северуса словно окатило холодной водой, ему даже показалось, что он сейчас задохнётся.

— А почему ты решил, что я буду… что-то…

— Север, потом поиграешь в шпионов. Я так понимаю, Поттер наш единственный шанс, и ты в деле. Чтобы ты не сомневался, скажу то, до чего я додумался.