Фандом: Гарри Поттер. Первые семь глав данного фика являются кратким пересказом последних 150 страниц седьмой книги с изменениями в нужную автору сторону) После финальной битвы история не заканчивается, так как главным героям будет необходимо наверстать упущенное образование, попутно спасая тех, кто им дорог, и раскрывая новые тайны.
Добавить в моё избранное
286 мин, 43 сек 21460
Нимало не огорчившись, он засунул ее во внутренний карман мантии и подошел к Гарри, который уже понял, что это снова был Долохов, и понял, за что конкретно тот на него в обиде. Гарри смотрел на него без малейшего страха, хотя внутри его кольнуло очень неприятное чувство, стоило ему вспомнить о заклятии Круциатус.
Долохов ухмыльнулся: он просто не мог скрыть своего триумфа.
— Я обезоружил Гарри Поттера! — хихикал он, как сумасшедший, и Гарри стало еще отвратительнее на душе. Он уже не знал, правильно ли он сделал, что приказал Кричеру не возвращаться за ним, и все же призвать эльфа еще один раз было уже большим риском для последнего.
— Ты знаешь, зачем ты нам нужен? — продолжал Долохов весело.
— Нет.
— Предположи.
— Возможно… вы хотите мне отомстить.
— Нет, мой милый мальчик, не совсем, — Долохов ухмыльнулся еще шире. — У нас есть к тебе несколько вопросов, знаешь ли.
Гарри не ответил. Без своего оружия он едва ли смог бы трансгрессировать успешно. Да и если бы у него даже и не отняли палочку, возможность для трансгрессии в плотном кругу Пожирателей и дементоров все равно была заведомо блокирована.
— Кстати, ты можешь ответить на них вполне добровольно, — небрежным тоном сообщил Долохов. — Понимаешь ли, мы с недавнего времени стали законопослушными людьми, — остальные громко захохотали. — Мы вовсе не стремимся к насилию.
— Неужели? — не сдержался Гарри. — У меня для вас новость: я не располагаю информацией, которая могла бы заинтересовать вас, так что дальнейшая дискуссия смысла не имеет.
— Не так быстро, — задумчиво проговорил Долохов. — Мы уже знаем, что ты относительно стойко противостоишь заклятию Круциатус. Это, разумеется, не означает, что ты сможешь долго выдержать его действие, и мне очень хотелось бы посмотреть… Но время поджимает. У нас тут есть кое-что куда надежнее, чем ты себе даже можешь представить. Странно произносить это, но ты не почувствуешь совершенно никакой боли.
Теперь Гарри занервничал по-настоящему. Этого-то он и опасался. Долохов достал бутылочку с прозрачной жидкостью, которую Гарри тотчас узнал: Сыворотка Правды. Теперь они вытащат все его — и не только его — тайны. Он не шевельнулся, хотя ему очень хотелось как-нибудь испариться.
— Как я тебе уже сказал, Поттер, ты проиграл. Прими это, в конце концов, это всегда было лишь вопросом времени.
— Каким же смелым становится человек, когда рядом больше нет хозяина, который может наказать или призвать к молчанию, — вне себя от злости прошипел Гарри.
Долохов улыбнулся, но эта улыбка уже не была больше полна триумфа и самодовольства, она была неприятной и колкой. Внезапно он схватил Гарри за воротник и отшвырнул его к своим товарищам. Те грубо встряхнули его и заставили открыть рот. Некоторое время Гарри еще пытался вырваться, но затем ощутил на языке сладковатый вкус эликсира правды и провалился в пустоту.
— Рон, я прошу тебя! Рон!
— Герми, ты стоишь на моих пальцах…
— Что?… Извини! Рон, они схватили Гарри!
— ЧТО? — Рон резко попытался сесть, застонал и оперся на локти. — А мы где? Почему мы на площади Гриммо?
— Кричер, — коротко объяснила она, ее глаза были влажными.
— Не напоминай мне об этом… Отошли его обратно!
— Гарри приказал ему не возвращаться за ним, — Гермиона расплакалась. — Теперь он убивается на кухне и вспоминает хозяина Регулуса, который когда-то приказал сделать ему то же самое и погиб. Я просила его успокоиться, но он ничего не воспринимает.
— Гермиона, мы должны что-то предпринять!
— Рон, ты не в состоянии что-либо предпринимать, тебе нужен врач! Потом мы могли бы вступить в связь с твоими родителями… Смотри, тут у меня лекарство для Джинни.
— Вот как? — Рон уставился на флакон. — Гермиона, а как же Гарри? Мы ведь их там дюжины видели, дюжины!
Гермиона, с уже опухшими от слез глазами, смотрела на него.
— Гермиона, я думаю, я мог бы попасть в дом к родителям, а уж они тут же примчатся сюда как пить дать. Смотри только, мы должны не разболтать кое-какие детали.
— Они ведь совсем не дураки!
— Не имеет значения. Я ничего другого придумать не могу. Как только мы передадим им лекарство, мы вернемся за Гарри, понятно?
— Рон, тебе слишком опасно трансгрессировать!
— Я это сделаю, Гермиона!
Из глубины зазвучал голос Долохова.
— Ты слышишь меня?
— Да, — Гарри слушал собственный голос, как не принадлежащий ему. Сознание расплывалось, не было больше никакого контроля над собственными действиями, и он ощущал лишь жгучую потребность говорить правду и никогда больше в жизни не лгать.
— Хорошо, так-то дело пойдет лучше. Ты знаешь, где сейчас находится Люциус Малфой?
— Нет, — спокойно ответил Гарри, но что-то внутри него резко напряглось.
Долохов ухмыльнулся: он просто не мог скрыть своего триумфа.
— Я обезоружил Гарри Поттера! — хихикал он, как сумасшедший, и Гарри стало еще отвратительнее на душе. Он уже не знал, правильно ли он сделал, что приказал Кричеру не возвращаться за ним, и все же призвать эльфа еще один раз было уже большим риском для последнего.
— Ты знаешь, зачем ты нам нужен? — продолжал Долохов весело.
— Нет.
— Предположи.
— Возможно… вы хотите мне отомстить.
— Нет, мой милый мальчик, не совсем, — Долохов ухмыльнулся еще шире. — У нас есть к тебе несколько вопросов, знаешь ли.
Гарри не ответил. Без своего оружия он едва ли смог бы трансгрессировать успешно. Да и если бы у него даже и не отняли палочку, возможность для трансгрессии в плотном кругу Пожирателей и дементоров все равно была заведомо блокирована.
— Кстати, ты можешь ответить на них вполне добровольно, — небрежным тоном сообщил Долохов. — Понимаешь ли, мы с недавнего времени стали законопослушными людьми, — остальные громко захохотали. — Мы вовсе не стремимся к насилию.
— Неужели? — не сдержался Гарри. — У меня для вас новость: я не располагаю информацией, которая могла бы заинтересовать вас, так что дальнейшая дискуссия смысла не имеет.
— Не так быстро, — задумчиво проговорил Долохов. — Мы уже знаем, что ты относительно стойко противостоишь заклятию Круциатус. Это, разумеется, не означает, что ты сможешь долго выдержать его действие, и мне очень хотелось бы посмотреть… Но время поджимает. У нас тут есть кое-что куда надежнее, чем ты себе даже можешь представить. Странно произносить это, но ты не почувствуешь совершенно никакой боли.
Теперь Гарри занервничал по-настоящему. Этого-то он и опасался. Долохов достал бутылочку с прозрачной жидкостью, которую Гарри тотчас узнал: Сыворотка Правды. Теперь они вытащат все его — и не только его — тайны. Он не шевельнулся, хотя ему очень хотелось как-нибудь испариться.
— Как я тебе уже сказал, Поттер, ты проиграл. Прими это, в конце концов, это всегда было лишь вопросом времени.
— Каким же смелым становится человек, когда рядом больше нет хозяина, который может наказать или призвать к молчанию, — вне себя от злости прошипел Гарри.
Долохов улыбнулся, но эта улыбка уже не была больше полна триумфа и самодовольства, она была неприятной и колкой. Внезапно он схватил Гарри за воротник и отшвырнул его к своим товарищам. Те грубо встряхнули его и заставили открыть рот. Некоторое время Гарри еще пытался вырваться, но затем ощутил на языке сладковатый вкус эликсира правды и провалился в пустоту.
— Рон, я прошу тебя! Рон!
— Герми, ты стоишь на моих пальцах…
— Что?… Извини! Рон, они схватили Гарри!
— ЧТО? — Рон резко попытался сесть, застонал и оперся на локти. — А мы где? Почему мы на площади Гриммо?
— Кричер, — коротко объяснила она, ее глаза были влажными.
— Не напоминай мне об этом… Отошли его обратно!
— Гарри приказал ему не возвращаться за ним, — Гермиона расплакалась. — Теперь он убивается на кухне и вспоминает хозяина Регулуса, который когда-то приказал сделать ему то же самое и погиб. Я просила его успокоиться, но он ничего не воспринимает.
— Гермиона, мы должны что-то предпринять!
— Рон, ты не в состоянии что-либо предпринимать, тебе нужен врач! Потом мы могли бы вступить в связь с твоими родителями… Смотри, тут у меня лекарство для Джинни.
— Вот как? — Рон уставился на флакон. — Гермиона, а как же Гарри? Мы ведь их там дюжины видели, дюжины!
Гермиона, с уже опухшими от слез глазами, смотрела на него.
— Гермиона, я думаю, я мог бы попасть в дом к родителям, а уж они тут же примчатся сюда как пить дать. Смотри только, мы должны не разболтать кое-какие детали.
— Они ведь совсем не дураки!
— Не имеет значения. Я ничего другого придумать не могу. Как только мы передадим им лекарство, мы вернемся за Гарри, понятно?
— Рон, тебе слишком опасно трансгрессировать!
— Я это сделаю, Гермиона!
Из глубины зазвучал голос Долохова.
— Ты слышишь меня?
— Да, — Гарри слушал собственный голос, как не принадлежащий ему. Сознание расплывалось, не было больше никакого контроля над собственными действиями, и он ощущал лишь жгучую потребность говорить правду и никогда больше в жизни не лгать.
— Хорошо, так-то дело пойдет лучше. Ты знаешь, где сейчас находится Люциус Малфой?
— Нет, — спокойно ответил Гарри, но что-то внутри него резко напряглось.
Страница 41 из 79
