Фандом: Гарри Поттер. Знаки преследуют нас, когда мы чего-то сильно не хотим.
Добавить в моё избранное
24 мин, 51 сек 7347
I
— Как тебе?
Она сидела на полу и смотрела снизу вверх на свое свадебное платье, не замечая никаких изменений. Молли перешивала его уже в девятый раз, и примерно шесть примерок назад Гермиона перестала улавливать нововведения.
— Ну, — протянула она, стараясь вспомнить прилагательные, которые она еще не использовала за эти девять раз.
— Ты не видишь ничего нового? — улыбнулся Артур.
— Мерлин, да! — вздохнула она, запуская руки в волосы. Их нужно было помыть еще вчера, но даже на такой пустяк она никак не могла найти времени.
Артур засмеялся и присел рядом.
— Молли не успокоится, сколько бы ты ни заверяла, что тебя все устраивает. И наверняка перешьет его еще раз пятнадцать за оставшийся до свадьбы год.
— Когда все маленькие девочки представляли, как будут выходить замуж, я мечтала стать астрофизиком. Думаете, мне потому так тяжело это дается?
— Я думаю, тебе тяжело это дается, потому что невозможно успеть все, — Артур поправил очки.
Справедливое замечание. Гермиона никогда не могла смириться, когда кто-то говорил о времени и невыполнимых задачах: в ней загорался азарт, желание работать, доказать… сейчас, правда, она хотела лишь забраться на диван, уткнуться лицом в подушку и закричать.
— Честно, я уже давно не понимаю, что вокруг происходит. — Она не сразу осознала, что сказала это вслух. Но Артур так понимающе улыбнулся, что Гермиона осмелилась продолжить: — И свадьба… мы с Роном думали о маленькой церемонии в кругу близких, но оно вдруг само собой раздулось до таких масштабов… но мы не этого хотели! — Она с досадой пнула белую туфельку, лежащую возле ее ноги.
Артур немного помолчал, прежде чем ответить:
— Забавно, но за столько лет я не повстречал ни одной пары, которая планировала бы большую пышную свадьбу, но именно такую они все и устраивали. За исключением Нимфадоры и Ремуса, правда.
— Тогда почему?
— Кто знает. Проклятье? — пожал он плечами. — Наверное, нужно быть совсем бунтарем вроде нашего Джорджа. Как они с Анджелиной не пришли на собственную свадьбу — гениально!
— Пример Гарри и Джинни доказал, что такой номер больше не пройдет.
Гермиона вновь посмотрела на свое платье, и в ее голове появился образ, как она спотыкается о подол и разбивает себе нос о ступеньки… и тогда они смогут с Роном «отправиться в Мунго», а на самом деле тихонько убежать куда-нибудь.
Какой же это идиотизм, когда свадьба перестала быть праздником для двоих? Ее родители поженились тихо, и Гермиона хотела того же, но у волшебников, как оказалось, это чуть ли не противозаконно: чем дольше будут греметь фейерверки, тем, якобы, крепче брак.
Вот если вам это так нужно, подумала Гермиона, сами выбирайте и платье невесты, и гамму, и цветы, на которые нет аллергии у троюродной тетушки деда сводного отца… кого-то там!
— Я просто хочу на ручки, — сказала она. Эта фраза из лексикона Рона, пусть Гермиона не любила нытье, когда ее благоверный начинал так дурачиться, она просто таяла.
— Давай я просто скажу: тебя все устроило. А Молли сама найдет, что еще дошить, перешить и вышить. И буду делать вид, что продолжаю носить тебе платье на очередную примерку, а ты пока разберешься с остальными делами?
— Артур, спасибо вам! — вздохнула Гермиона и поднялась с пола. Ей даже дышать стало легче. — Я лучше сама к вам наведаюсь, когда пойму, что я хочу от этого проклятого платья, ладно?
— Конечно, в любое время, дорогая, — Артур взял ее за руку. — Мы все понимаем, что у тебя совсем нет времени. И если бы Молли не боялась выходить из дома, думаю, вы бы давно пришли к какому-то варианту, но…
— Да, — кивнула она.
Гермиона очень сочувствовала Молли: смерть Фреда повлияла на нее больше, чем на кого-либо из семейства Уизли. Только полгода назад она начала выходить в сад, неизвестно, сколько времени уйдет на то, чтобы она осмелилась прогуляться и за оградой. У магглов это называлось агорафобией, а вот магическое именование болезни она все время забывала.
Когда Гермиона потеряла папу, она около недели не могла заставить себя встать с постели, потому очень хорошо понимала тревоги Молли. И может, хорошо, что она возится с проклятым платьем, если ей больше нечего делать.
Гермиона вздрогнула: ей стало стыдно за свою последнюю мысль. Артур, кажется, тоже чувствовал себя виноватым: нахмурившись, смотрел в пол и медленно потирал ладони. Рон делал точно так же, когда волновался.
— Мне уже пора, — он тоже поднялся и призвал чехол для платья взмахом палочки. Гермиона помогла ему упаковать наряд. — Если совсем станет невыносимо — сбегите и поженитесь так, как сами хотите. Даже если для этого придется освободить еще одного дракона, — подмигнул Артур.
Идея сбежать и покончить с этим как можно быстрее оказалась очень заманчивой, но Гермиона боялась, что тогда у нее не останется шанса повернуть все назад.
— Как тебе?
Она сидела на полу и смотрела снизу вверх на свое свадебное платье, не замечая никаких изменений. Молли перешивала его уже в девятый раз, и примерно шесть примерок назад Гермиона перестала улавливать нововведения.
— Ну, — протянула она, стараясь вспомнить прилагательные, которые она еще не использовала за эти девять раз.
— Ты не видишь ничего нового? — улыбнулся Артур.
— Мерлин, да! — вздохнула она, запуская руки в волосы. Их нужно было помыть еще вчера, но даже на такой пустяк она никак не могла найти времени.
Артур засмеялся и присел рядом.
— Молли не успокоится, сколько бы ты ни заверяла, что тебя все устраивает. И наверняка перешьет его еще раз пятнадцать за оставшийся до свадьбы год.
— Когда все маленькие девочки представляли, как будут выходить замуж, я мечтала стать астрофизиком. Думаете, мне потому так тяжело это дается?
— Я думаю, тебе тяжело это дается, потому что невозможно успеть все, — Артур поправил очки.
Справедливое замечание. Гермиона никогда не могла смириться, когда кто-то говорил о времени и невыполнимых задачах: в ней загорался азарт, желание работать, доказать… сейчас, правда, она хотела лишь забраться на диван, уткнуться лицом в подушку и закричать.
— Честно, я уже давно не понимаю, что вокруг происходит. — Она не сразу осознала, что сказала это вслух. Но Артур так понимающе улыбнулся, что Гермиона осмелилась продолжить: — И свадьба… мы с Роном думали о маленькой церемонии в кругу близких, но оно вдруг само собой раздулось до таких масштабов… но мы не этого хотели! — Она с досадой пнула белую туфельку, лежащую возле ее ноги.
Артур немного помолчал, прежде чем ответить:
— Забавно, но за столько лет я не повстречал ни одной пары, которая планировала бы большую пышную свадьбу, но именно такую они все и устраивали. За исключением Нимфадоры и Ремуса, правда.
— Тогда почему?
— Кто знает. Проклятье? — пожал он плечами. — Наверное, нужно быть совсем бунтарем вроде нашего Джорджа. Как они с Анджелиной не пришли на собственную свадьбу — гениально!
— Пример Гарри и Джинни доказал, что такой номер больше не пройдет.
Гермиона вновь посмотрела на свое платье, и в ее голове появился образ, как она спотыкается о подол и разбивает себе нос о ступеньки… и тогда они смогут с Роном «отправиться в Мунго», а на самом деле тихонько убежать куда-нибудь.
Какой же это идиотизм, когда свадьба перестала быть праздником для двоих? Ее родители поженились тихо, и Гермиона хотела того же, но у волшебников, как оказалось, это чуть ли не противозаконно: чем дольше будут греметь фейерверки, тем, якобы, крепче брак.
Вот если вам это так нужно, подумала Гермиона, сами выбирайте и платье невесты, и гамму, и цветы, на которые нет аллергии у троюродной тетушки деда сводного отца… кого-то там!
— Я просто хочу на ручки, — сказала она. Эта фраза из лексикона Рона, пусть Гермиона не любила нытье, когда ее благоверный начинал так дурачиться, она просто таяла.
— Давай я просто скажу: тебя все устроило. А Молли сама найдет, что еще дошить, перешить и вышить. И буду делать вид, что продолжаю носить тебе платье на очередную примерку, а ты пока разберешься с остальными делами?
— Артур, спасибо вам! — вздохнула Гермиона и поднялась с пола. Ей даже дышать стало легче. — Я лучше сама к вам наведаюсь, когда пойму, что я хочу от этого проклятого платья, ладно?
— Конечно, в любое время, дорогая, — Артур взял ее за руку. — Мы все понимаем, что у тебя совсем нет времени. И если бы Молли не боялась выходить из дома, думаю, вы бы давно пришли к какому-то варианту, но…
— Да, — кивнула она.
Гермиона очень сочувствовала Молли: смерть Фреда повлияла на нее больше, чем на кого-либо из семейства Уизли. Только полгода назад она начала выходить в сад, неизвестно, сколько времени уйдет на то, чтобы она осмелилась прогуляться и за оградой. У магглов это называлось агорафобией, а вот магическое именование болезни она все время забывала.
Когда Гермиона потеряла папу, она около недели не могла заставить себя встать с постели, потому очень хорошо понимала тревоги Молли. И может, хорошо, что она возится с проклятым платьем, если ей больше нечего делать.
Гермиона вздрогнула: ей стало стыдно за свою последнюю мысль. Артур, кажется, тоже чувствовал себя виноватым: нахмурившись, смотрел в пол и медленно потирал ладони. Рон делал точно так же, когда волновался.
— Мне уже пора, — он тоже поднялся и призвал чехол для платья взмахом палочки. Гермиона помогла ему упаковать наряд. — Если совсем станет невыносимо — сбегите и поженитесь так, как сами хотите. Даже если для этого придется освободить еще одного дракона, — подмигнул Артур.
Идея сбежать и покончить с этим как можно быстрее оказалась очень заманчивой, но Гермиона боялась, что тогда у нее не останется шанса повернуть все назад.
Страница 1 из 8
