Фандом: Гарри Поттер. Первые семь глав данного фика являются кратким пересказом последних 150 страниц седьмой книги с изменениями в нужную автору сторону) После финальной битвы история не заканчивается, так как главным героям будет необходимо наверстать упущенное образование, попутно спасая тех, кто им дорог, и раскрывая новые тайны.
Добавить в моё избранное
286 мин, 43 сек 21463
Рон припомнил слова Фреда и Джорджа о том, что об этом магазинчике, в общем-то, мало кто знает, и уж совсем нельзя быть уверенным в том, кому именно владелец платит налоги, если у него вообще есть такая вредная привычка. А если Министерство все же знало о его камине, то, возможно, оно не усмотрит ничего дурного в том, что одинокий пожилой человек навестит своих старых друзей.
За дверью Рон услышал голоса и замер.
— Эдвард, я Вам уже тысячу раз повторял, что не имею ни малейшего представления о том, чем таким особенным занимается Артур Уизли, — раздался тонкий голос владельца магазина, которого звали мистер Лэджер. Рон прислушался еще внимательнее.
Другой голос, более глубокий и незнакомый ответил ему:
— А я думаю совсем иначе, дорогой Фиделиус, Вы-то уж должны об этом знать. Я не упрекаю Вас ни в чем, но с Вашей стороны было бы крайне неразумно покрывать его, учитывая его прошлое.
— Он не сделал ничего противозаконного. Послушайте, ведь мы с Вами отлично знаем, что кто-то плетет против него интриги. А также против всех, кто когда-либо выступал на стороне Гарри Поттера.
— А что скажете Вы, Фиделиус? На чьей стороне Вы сами?
— Я Вам прямо скажу: эта война изначально не имеет никакого смысла. Министерство выиграет ее в конечном итоге, так или иначе, у него сейчас достаточно сил. У Пожирателей Смерти нет шансов. Кто-то из них стоит у власти, это очевидно, но такой режим выдержит едва ли больше двух недель. Министерство, однако, воюет против Гарри Поттера, Гарри Поттер — против Министерства и Пожирателей Смерти одновременно, и повсюду мы видим тотальный контроль во всех сферах. На месте парня я бы сейчас желал одного: спокойной жизни. Но Министерство, как обычно, ничего не хочет понимать. Вы же разумный человек, Эдвард, не верите же Вы во все это на самом деле! Это же полный бред.
— Фиделиус, я могу Вас понять. Но я аврор, и у меня есть задание… Если Вы знаете, кто за этим стоит…
— Я не знаю, — медленно ответил Лэджер.
— Понимаете, веских доказательств против Поттера, разумеется, нет. Однако если учесть его особые отношения с Альбусом Дамблдором и то мнение, которое сейчас бытует в Министерстве насчет самого Дамблдора…
— Я все еще считаю Альбуса сумасшедшим, но гениальным волшебником и прекрасным человеком.
— Попытайтесь убедить в этом, кого-нибудь еще, кто еще может повлиять на ситуацию, — насмешливо сказал Эдвард.
— Я уже пытался. Мне пришлось, к сожалению, отойти на задний план в прошлом году, как и многие, я боялся за свое будущее, о чем очень сейчас жалею.
— Но все же, если Вы что-то узнаете, Вы дадите мне знать?
— Все зависит от того, что именно я узнаю, — серьезно ответил Лэджер.
Рон посчитал, что услышал достаточно. Он столкнул с прилавка стеклянный лоток с какими-то товарами и нырнул за занавеску, которая висела перед кабинетной дверью. Оба волшебника выбежали из комнаты, и, прежде чем они успели вскричать «Люмос!» в полумраке магазина, Рон ринулся к камину так тихо, как только позволяла больная нога, которая вновь нестерпимо заныла из-за его акробатических упражнений. Буквально впрыгнув в камин, он зачерпнул ладонью Летучий Порох и представил себе ясно свой дом, после чего вполголоса проговорил:«Нора!» И тут же перед ним закружились зеленые искорки, затем он увидел знакомую столовую и своего отца.
Мистер Уизли выглядел страшно похудевшим и даже немного сгорбленным. Его мантия обтрепалась еще больше, он полысел и сделался еще более озабоченным. Он обернулся на шум, и рот его раскрылся в изумлении. Рон тем временем уже вовсю оглядывал помещение.
— Рональд, что это значит?
— Па, для пространных объяснений у нас нет времени. Понимаешь, мне нужно немного Костероста, только не говори маме. Да, и у меня еще тут есть… для Джинни, — он протянул отцу флакон, и тот рывком протянул к нему руку. Он осмотрел его очень внимательно, и его поредевшие брови поползли вверх.
— Откуда… это у тебя?
— Да какая разница? Отец, мне нужна помощь. Если я ее не получу, я вернусь к Гермионе. Я знаю, конечно, что твои возможности сейчас очень ограничены…
— Рональд, ты знаешь, что это?
— Ну да, Гарри прочитал об этом в книге…
— Вот и мне в госпитале объяснили, что это, и что ни один человек, кроме изобретателя, не может это приготовить.
— Ага, мы встретились по дороге… Па, ты дашь мне Костерост или маму будешь звать?
— Не заговаривай мне зубы, сын!
— Рон!
Это была миссис Уизли. После получаса плача, оханья, аханья и ругани она, наконец, дала Рону лекарство. Мистер Уизли почти сразу трансгрессировал в больницу св. Мунго, а Рон, удержав основную информацию, пытался узнать у матери, как можно было помочь Гарри: бедная женщина никак не могла прийти в себя от потрясения.
Голова, руки, ноги… болело все.
За дверью Рон услышал голоса и замер.
— Эдвард, я Вам уже тысячу раз повторял, что не имею ни малейшего представления о том, чем таким особенным занимается Артур Уизли, — раздался тонкий голос владельца магазина, которого звали мистер Лэджер. Рон прислушался еще внимательнее.
Другой голос, более глубокий и незнакомый ответил ему:
— А я думаю совсем иначе, дорогой Фиделиус, Вы-то уж должны об этом знать. Я не упрекаю Вас ни в чем, но с Вашей стороны было бы крайне неразумно покрывать его, учитывая его прошлое.
— Он не сделал ничего противозаконного. Послушайте, ведь мы с Вами отлично знаем, что кто-то плетет против него интриги. А также против всех, кто когда-либо выступал на стороне Гарри Поттера.
— А что скажете Вы, Фиделиус? На чьей стороне Вы сами?
— Я Вам прямо скажу: эта война изначально не имеет никакого смысла. Министерство выиграет ее в конечном итоге, так или иначе, у него сейчас достаточно сил. У Пожирателей Смерти нет шансов. Кто-то из них стоит у власти, это очевидно, но такой режим выдержит едва ли больше двух недель. Министерство, однако, воюет против Гарри Поттера, Гарри Поттер — против Министерства и Пожирателей Смерти одновременно, и повсюду мы видим тотальный контроль во всех сферах. На месте парня я бы сейчас желал одного: спокойной жизни. Но Министерство, как обычно, ничего не хочет понимать. Вы же разумный человек, Эдвард, не верите же Вы во все это на самом деле! Это же полный бред.
— Фиделиус, я могу Вас понять. Но я аврор, и у меня есть задание… Если Вы знаете, кто за этим стоит…
— Я не знаю, — медленно ответил Лэджер.
— Понимаете, веских доказательств против Поттера, разумеется, нет. Однако если учесть его особые отношения с Альбусом Дамблдором и то мнение, которое сейчас бытует в Министерстве насчет самого Дамблдора…
— Я все еще считаю Альбуса сумасшедшим, но гениальным волшебником и прекрасным человеком.
— Попытайтесь убедить в этом, кого-нибудь еще, кто еще может повлиять на ситуацию, — насмешливо сказал Эдвард.
— Я уже пытался. Мне пришлось, к сожалению, отойти на задний план в прошлом году, как и многие, я боялся за свое будущее, о чем очень сейчас жалею.
— Но все же, если Вы что-то узнаете, Вы дадите мне знать?
— Все зависит от того, что именно я узнаю, — серьезно ответил Лэджер.
Рон посчитал, что услышал достаточно. Он столкнул с прилавка стеклянный лоток с какими-то товарами и нырнул за занавеску, которая висела перед кабинетной дверью. Оба волшебника выбежали из комнаты, и, прежде чем они успели вскричать «Люмос!» в полумраке магазина, Рон ринулся к камину так тихо, как только позволяла больная нога, которая вновь нестерпимо заныла из-за его акробатических упражнений. Буквально впрыгнув в камин, он зачерпнул ладонью Летучий Порох и представил себе ясно свой дом, после чего вполголоса проговорил:«Нора!» И тут же перед ним закружились зеленые искорки, затем он увидел знакомую столовую и своего отца.
Мистер Уизли выглядел страшно похудевшим и даже немного сгорбленным. Его мантия обтрепалась еще больше, он полысел и сделался еще более озабоченным. Он обернулся на шум, и рот его раскрылся в изумлении. Рон тем временем уже вовсю оглядывал помещение.
— Рональд, что это значит?
— Па, для пространных объяснений у нас нет времени. Понимаешь, мне нужно немного Костероста, только не говори маме. Да, и у меня еще тут есть… для Джинни, — он протянул отцу флакон, и тот рывком протянул к нему руку. Он осмотрел его очень внимательно, и его поредевшие брови поползли вверх.
— Откуда… это у тебя?
— Да какая разница? Отец, мне нужна помощь. Если я ее не получу, я вернусь к Гермионе. Я знаю, конечно, что твои возможности сейчас очень ограничены…
— Рональд, ты знаешь, что это?
— Ну да, Гарри прочитал об этом в книге…
— Вот и мне в госпитале объяснили, что это, и что ни один человек, кроме изобретателя, не может это приготовить.
— Ага, мы встретились по дороге… Па, ты дашь мне Костерост или маму будешь звать?
— Не заговаривай мне зубы, сын!
— Рон!
Это была миссис Уизли. После получаса плача, оханья, аханья и ругани она, наконец, дала Рону лекарство. Мистер Уизли почти сразу трансгрессировал в больницу св. Мунго, а Рон, удержав основную информацию, пытался узнать у матери, как можно было помочь Гарри: бедная женщина никак не могла прийти в себя от потрясения.
Голова, руки, ноги… болело все.
Страница 43 из 79
