Отдаться нельзя сражаться

План Дамблдора провалился: Гарри Поттер не пережил вторую Аваду Кедавру. Между Лордом Волдемортом и победой больше не стоял никто. Дезориентированных смертью Избранного защитников замка удалось застать врасплох и пленить почти без потерь. Но что с ними делать дальше… С этим решение Волдеморт не торопился.

Подземелье — прекрасное место для содержания пленных, вот только в подземельях располагались помещения Слизерина, а Лорд и помыслить не мог, чтобы разный сброд ступил на территорию его предка.

— Помещения Хаффлпаффа тоже в подземелье, мой Лорд, — угодливо подсказал кто-то из стоявших вокруг Пожирателей смерти.

Волдеморт мазнул взглядом по группе учтиво склонившихся в поклонах Пожирателей смерти и медленно кивнул. Хаффлпафф в качестве места временного заключения пленных его вполне устраивал.

Решение было принято.

Замок пострадал не сильно, но всё же требовал ремонта. Неплохим выходом стало бы задействование в работах по восстановлению пленных, но без палочек они мало на что годились, и потому чистокровным победителям приходилось самим марать руки — когда эльфы не справлялись.

Параллельно с восстановлением Хогвартса Лорд принимал клятвы от нейтральных и сомневавшихся магов — клятвы верности новой власти. Убивать половину магического населения Британии — даже ему подобное казалось неприемлемым, но и отпускать их на все четыре стороны, с тем, чтобы, зализав раны, они снова начали мутить воду — допустить повторение беспорядков, а то и новой гражданской войны, он не желал.

После того, как несколько самых отчаянных принесли клятвы и невредимыми вернулись домой, ручеёк вассалов превратился в реку. Всё больше и больше волшебников преклоняли колени и произносили тщательно выверенный текст присяги; открывались закрытые в неспокойное время магазины и лавки, на улицах появлялись гуляющие, люди возвращались к повседневным делам… Победу Лорда Волдеморта приняли.

И лишь горстка членов Ордена Феникса продолжала томиться в нескольких отведённых им комнатах на территории Хаффлпаффа, отказываясь подчиняться новой власти.

— Скоро начнётся учебный год, — ни к кому конкретно не обращаясь, заметил Волдеморт в конце очередного совещания по выработке оптимальной политики в новом мире. — Помона Спраут справедливо рассчитывает получить обратно в своё пользование комнаты, занятые фениксовцами.

Никто ничего не сказал, но в этом и не было необходимости, его намёки Пожиратели смерти Ближнего круга понимали без труда.

Охрану пленников поручали новичкам — опасности безоружные волшебники не представляли, но доверить их кому-то, кроме Пожирателей, было неправильно, — так что Малфой с Гойлом регулярно бывали в Хогвартсе. Сначала фениксовцы ярились, едва заметив слизеринцев, но со временем и это приелось, и, по большей части, они не обращали друг на друга никакого внимания.

Почти.

— Отец сказал, что вопрос с этими, — Драко небрежно кивнул в сторону негромко переговаривавшихся фениксовцев, — вот-вот решится. Правда, никто так и не придумал решения. Если сразу не убьют, останется два выхода: либо они всё-таки принесут клятвы, либо — здравствуй, Азкабан.

Грегори повернулся к притихшим пленным, явно прислушивавшихся к разговору.

В помещении повисла неуютная тишина.

Грэг перевод взгляд с одного лица на другое и думал, как же ему поступить. Сделать громкое заявление? Преподнести всё как шутку? Обратиться с просьбой? Он не был уверен, что хотя бы один из этих вариантов сработает, но и ничего не предпринимать тоже не мог: времени на сомнения уже не оставалось.

— Можно избавить Лорда от мороки, — нарочито спокойно сказал он, обращаясь к Драко, но по-прежнему глядя на фениксовцев. — Тут же не чистокровные, чья кровь ценна, а всякое отребье. Кто расстроится, если МакГонагалл сдохнет? — Минерва и окружавшие её маги ахнули, непроизвольно сдвигаясь ближе, словно это могло помочь. — Полукровка да ещё и старуха, новых магов она уже не родит. Или вон Уизли. Да, они чистокровные, но… — он скривился, будто сама мысль была ему противна. — Если парочку заавадить, никто и не заметит, что их стало меньше.

Малфой с удивлением посмотрел на друга, но постарался это чувство скрыть: догадался, что тот что-то задумал.

— А это может быть интересно, — протянул Драко, тоже оборачиваясь на пленников. Обведя их нарочито равнодушным взглядом, он ухмыльнулся и без интереса спросил: — Ты с кого бы начал?

— Ну… — Грэг делано задумался. — Со старой Уизли. Кому она нужна?

Рон, Джинни и Джордж не выдержали, вскочили на ноги и принялись орать, одновременно оскорбляя Гойла и пытаясь донести мысль, что мир без Молли Уизли — плохой мир.

Драко взмахнул палочкой, и те моментально умолкли, онемевшие, и Драко снял заклинание.

— Вот посмотри на этих кретинов, Грегори, — издевательски начал он.