Фандом: Гарри Поттер. Где поставит запятую Джинни Уизли?
Добавить в моё избранное
35 мин, 27 сек 1771
Он наблюдал за ней весь год — не потому что кто-то приказал, ему самом хотелось понять гриффиндорцев, а после пленения, когда следить за каждым её вздохом можно было на законном основании, интерес не только не угас, но и усилился.
Уизли искренне горевала по Поттеру, но у Грэга сложилось впечатление, что не по самому пацану, а по тому, кем она стала бы рядом с ним. Грегори не считал себя знатоком человеческих (а особенно девчоночьих!) душ, но ошибался редко. Сам по себе Поттер не был ничем примечателен: он не был красив или богат настолько, чтобы остальные качества затмились, а недостатков у него хватало. И одним из них была абсолютная неспособности правильно вести себя с девушками. Уизли Поттер нравился по-настоящему, это Грэг видел ясно, но также мимо его внимания не прошло и то, как отношение Уизли трансформировалось из симпатии к мальчику в восхищение будущим героем… И когда героем Поттер не стал да ещё и умер, на месте восхищения осталась только горечь.
Репутация тугодума-молчуна иногда бывала полезна, Грэга не воспринимали всерьёз и говорили в его присутствии много такого, что предпочли бы скрыть от врагов. Вот и шантаж Уизли — он ведь понял, как надо построить разговор, чтобы Джинни уступила, и даже не покалечил никого при этом. Драко увлёкся, но это пришлось даже к месту: ненавидя Малфоя, Уизли сама прошагала в любезно расставленную ловушку…
Теперь эту ловушку нужно было аккуратно закрыть.
Простившись с Драко, Грегори аппарировал домой. Застал мать, спешившую на встречу с давней подругой, позволил расцеловать себя в обе щеки, как маленького, и сел за стол напротив отца.
— Что-то случилось? — проницательно спросил Джаред, отвлёкшись от «Ежедневного пророка».
— Нет. Но… Пап, а если я заставлю кого-то из пленников принести клятву…
— Вряд ли тебе удастся, — перебил тот, но замолчал, с удивлением встретив уверенный взгляд сына. — Грегори, тебе что, вправду удалось?!
— Не совсем, — качнул Грэг головой, — но я близок.
— А ну-ка по порядку!
Отца он уважал и любил, а потому не стал ничего скрывать и рассказал всё, как есть.
— Умеешь ты удивлять! — присвистнул Джаред, дослушав. — А правду сказал, насчёт отношения к девчонке Уизли? Потому что…
— Пап! — возмутился Грегори. — Да не влюблён я! Ты что!
— Это замечательно, — усмехнулся Джаред. — Что ж, думаю, я смог бы тебе помочь. Но есть одна проблема.
— Уизли слишком много? — понимающе уточнил Грэг, уже думавший на эту тему. — Я знаю, пап. Я ей сразу сказал, что гарантировать безопасность всей семейки не смогу — да и никто не сможет. Уизли, вроде, поняла.
— Может, и поняла, но сам подумай: ты бы остался спокойно наблюдать, как кого-то из родных убивают? Даже если она будет искренне благодарна тебе за спасение одного, не простит неспасение остальных.
— И что делать? Даже не пытаться?
— Ну почему же? — усмехнулся Джаред. — Маме только не проговорись, боюсь, она не оценит.
Грегори зеркально усмехнулся и кивнул: уж кому-кому, а маме он точно ничего не скажет, даже невеста имеет больше шансов лучше его в этом понять, чем мама. А о том, почему отец его так хорошо понял и не поступал ли точно так же сам, Грэг предпочёл не думать, в конце концов, родители сами разберутся.
Как прошёл разговор отца с Лордом Грегори не знал, однако надеялся на лучшее. Аппарировав в Косой переулок, он в компании Нотта и Забини покупал вещи к школе, когда метка взорвалась огнём. Спешно простившись, он тут же переместился в Министерство магии.
Каждая встреча с Тёмным Лордом была игрой в русскую рулетку: чем встретит повелитель в этот раз? Грэг Лордом искренне восхищался, о предательстве не помышлял, так что бояться ему было нечего. И всё же Круциатус при плохом настроение… Неприятно.
Однако сегодня повелитель был благодушно настроен.
— Джаред рассказал мне о твоей инициативе, и, признаться, я приятно удивлён.
Грэг поклонился, не зная, что сказать.
— Значит, ты пообещал мисс Уизли защиту её семье?
— Нет, мой Лорд. Я пообещал приложить усилия к сохранению жизни некоторым её родным. Глупостью было бы обещать иное, не зная ваших планов относительно Уизли.
Лорд улыбнулся… Ну, Грегори показалось, что эта гримаса означает улыбку.
— А ты неплох, — внимательно смотря на него, протянул Волдеморт с отчётливым шипением, — жаль, что я обратился к Малфою, а не к тебе два года назад…
Грегори опустил глаза, надеясь, что чувства не отразились на лице, и Лорд не заметил, как сам Грэг относится к этим сожалениям.
— Двоих будет достаточно, — без перехода произнёс Лорд, заставив Грэга вздрогнуть. — Завтра же я хочу услышать клятву верности от одного из Уизли.
— Да, мой Лорд, — низко поклонился Грегори и попятился, посчитав, что аудиенция окончена.
— И, Гойл.
Уизли искренне горевала по Поттеру, но у Грэга сложилось впечатление, что не по самому пацану, а по тому, кем она стала бы рядом с ним. Грегори не считал себя знатоком человеческих (а особенно девчоночьих!) душ, но ошибался редко. Сам по себе Поттер не был ничем примечателен: он не был красив или богат настолько, чтобы остальные качества затмились, а недостатков у него хватало. И одним из них была абсолютная неспособности правильно вести себя с девушками. Уизли Поттер нравился по-настоящему, это Грэг видел ясно, но также мимо его внимания не прошло и то, как отношение Уизли трансформировалось из симпатии к мальчику в восхищение будущим героем… И когда героем Поттер не стал да ещё и умер, на месте восхищения осталась только горечь.
Репутация тугодума-молчуна иногда бывала полезна, Грэга не воспринимали всерьёз и говорили в его присутствии много такого, что предпочли бы скрыть от врагов. Вот и шантаж Уизли — он ведь понял, как надо построить разговор, чтобы Джинни уступила, и даже не покалечил никого при этом. Драко увлёкся, но это пришлось даже к месту: ненавидя Малфоя, Уизли сама прошагала в любезно расставленную ловушку…
Теперь эту ловушку нужно было аккуратно закрыть.
Простившись с Драко, Грегори аппарировал домой. Застал мать, спешившую на встречу с давней подругой, позволил расцеловать себя в обе щеки, как маленького, и сел за стол напротив отца.
— Что-то случилось? — проницательно спросил Джаред, отвлёкшись от «Ежедневного пророка».
— Нет. Но… Пап, а если я заставлю кого-то из пленников принести клятву…
— Вряд ли тебе удастся, — перебил тот, но замолчал, с удивлением встретив уверенный взгляд сына. — Грегори, тебе что, вправду удалось?!
— Не совсем, — качнул Грэг головой, — но я близок.
— А ну-ка по порядку!
Отца он уважал и любил, а потому не стал ничего скрывать и рассказал всё, как есть.
— Умеешь ты удивлять! — присвистнул Джаред, дослушав. — А правду сказал, насчёт отношения к девчонке Уизли? Потому что…
— Пап! — возмутился Грегори. — Да не влюблён я! Ты что!
— Это замечательно, — усмехнулся Джаред. — Что ж, думаю, я смог бы тебе помочь. Но есть одна проблема.
— Уизли слишком много? — понимающе уточнил Грэг, уже думавший на эту тему. — Я знаю, пап. Я ей сразу сказал, что гарантировать безопасность всей семейки не смогу — да и никто не сможет. Уизли, вроде, поняла.
— Может, и поняла, но сам подумай: ты бы остался спокойно наблюдать, как кого-то из родных убивают? Даже если она будет искренне благодарна тебе за спасение одного, не простит неспасение остальных.
— И что делать? Даже не пытаться?
— Ну почему же? — усмехнулся Джаред. — Маме только не проговорись, боюсь, она не оценит.
Грегори зеркально усмехнулся и кивнул: уж кому-кому, а маме он точно ничего не скажет, даже невеста имеет больше шансов лучше его в этом понять, чем мама. А о том, почему отец его так хорошо понял и не поступал ли точно так же сам, Грэг предпочёл не думать, в конце концов, родители сами разберутся.
Как прошёл разговор отца с Лордом Грегори не знал, однако надеялся на лучшее. Аппарировав в Косой переулок, он в компании Нотта и Забини покупал вещи к школе, когда метка взорвалась огнём. Спешно простившись, он тут же переместился в Министерство магии.
Каждая встреча с Тёмным Лордом была игрой в русскую рулетку: чем встретит повелитель в этот раз? Грэг Лордом искренне восхищался, о предательстве не помышлял, так что бояться ему было нечего. И всё же Круциатус при плохом настроение… Неприятно.
Однако сегодня повелитель был благодушно настроен.
— Джаред рассказал мне о твоей инициативе, и, признаться, я приятно удивлён.
Грэг поклонился, не зная, что сказать.
— Значит, ты пообещал мисс Уизли защиту её семье?
— Нет, мой Лорд. Я пообещал приложить усилия к сохранению жизни некоторым её родным. Глупостью было бы обещать иное, не зная ваших планов относительно Уизли.
Лорд улыбнулся… Ну, Грегори показалось, что эта гримаса означает улыбку.
— А ты неплох, — внимательно смотря на него, протянул Волдеморт с отчётливым шипением, — жаль, что я обратился к Малфою, а не к тебе два года назад…
Грегори опустил глаза, надеясь, что чувства не отразились на лице, и Лорд не заметил, как сам Грэг относится к этим сожалениям.
— Двоих будет достаточно, — без перехода произнёс Лорд, заставив Грэга вздрогнуть. — Завтра же я хочу услышать клятву верности от одного из Уизли.
— Да, мой Лорд, — низко поклонился Грегори и попятился, посчитав, что аудиенция окончена.
— И, Гойл.
Страница 5 из 11
