Фандом: Гарри Поттер. На восемнадцать лет Гарри получает подарок от Дурслей.
Добавить в моё избранное
4 мин, 54 сек 1555
— Конечно, он не обиделся! — воскликнул дядя Вернон, хлопая его по плечу. — Он же мужик! Боец, наш Гарри, — он снова похлопал племянника по плечу.
— Отличный гроб, — немного успокоившись, выговорил, наконец, Гарри. — Очень хороший. Вы знаете — я его прямо сейчас заберу, — он достал палочку и, уменьшив его до размера спичечного коробка, сунул в карман. — Спасибо, тётя, спасибо, дядя, — он сглотнул, давя поднимающийся смех, потом посмотрел на часы и сказал: — Что-то я у вас засиделся… вы извините — дела. Я пойду.
— С днём рождения, милый! — растроганно проговорила тётя Петуния, обнимая его за шею и даже целуя в щёку. Дядя Вернон и Дадли, по счастью, ограничились обычным рукопожатием — и Гарри, аппарировав к себе на Гриммо, наконец-то смог дать себе волю.
Хохоча, он обессиленно опустился на лестницу, и продолжал веселиться, покуда у него не заныли живот, челюсти и даже уши. А успокоившись, увидел с привычным осуждением глядящего на него Кричера.
— А вот зря, — сказал ему Гарри. — Ты посмотри, какой мне потрясающий подарок на восемнадцатилетие подарили! Истинно, я бы сказал, блэковский, — он вытащил из кармана гроб и, поставив на пол, вернул ему обычный размер. — А? Что скажешь? — спросил он домовика.
Тот подошёл, осмотрел подарок, потрогал, даже обнюхал — и, скривившись, лишь сплюнул на пол, махнул рукой и ушёл, бормоча что-то о том, что негоже молодому господину лежать после смерти незнамо в чём — то ли дело камень и склеп! Где это видано, чтобы волшебники упокаивались в поделках каких-то магглов?!
— А мне нравится! — крикнул Гарри ему вдогонку. — Кому ещё на восемнадцать лет единственные кровные родственники дарят гроб?
— Отличный гроб, — немного успокоившись, выговорил, наконец, Гарри. — Очень хороший. Вы знаете — я его прямо сейчас заберу, — он достал палочку и, уменьшив его до размера спичечного коробка, сунул в карман. — Спасибо, тётя, спасибо, дядя, — он сглотнул, давя поднимающийся смех, потом посмотрел на часы и сказал: — Что-то я у вас засиделся… вы извините — дела. Я пойду.
— С днём рождения, милый! — растроганно проговорила тётя Петуния, обнимая его за шею и даже целуя в щёку. Дядя Вернон и Дадли, по счастью, ограничились обычным рукопожатием — и Гарри, аппарировав к себе на Гриммо, наконец-то смог дать себе волю.
Хохоча, он обессиленно опустился на лестницу, и продолжал веселиться, покуда у него не заныли живот, челюсти и даже уши. А успокоившись, увидел с привычным осуждением глядящего на него Кричера.
— А вот зря, — сказал ему Гарри. — Ты посмотри, какой мне потрясающий подарок на восемнадцатилетие подарили! Истинно, я бы сказал, блэковский, — он вытащил из кармана гроб и, поставив на пол, вернул ему обычный размер. — А? Что скажешь? — спросил он домовика.
Тот подошёл, осмотрел подарок, потрогал, даже обнюхал — и, скривившись, лишь сплюнул на пол, махнул рукой и ушёл, бормоча что-то о том, что негоже молодому господину лежать после смерти незнамо в чём — то ли дело камень и склеп! Где это видано, чтобы волшебники упокаивались в поделках каких-то магглов?!
— А мне нравится! — крикнул Гарри ему вдогонку. — Кому ещё на восемнадцать лет единственные кровные родственники дарят гроб?
Страница 2 из 2
