Начало

Роджерс опустил голову, смотря на дощатый пол, и обреченным голосом спросил у своего «учителя»:

— И как же я смогу тебе заплатить, если я денег в руках уже несколько лет не держал? Откуда тебе я их возьму?

Тим, уверенно подошел к нему, и приобняв парня за плечи, сказал настолько тихо, что Тоби еле расслышал:

— Можешь не волноваться. Я деньгами давно уже и не беру. Сам посуди, зачем мне в лесу эти никчемные бумажки? Ну, а в город я выйти просто-напросто не могу, ведь мой фоторобот чуть-ли не на каждом столбе висит. Так что, — Тим не переставая обнимать Тоби, свободной рукой провел сначала по волосам, а уже через несколько мгновений и по животу, — тебе придется немного поработать для меня. Ну, что скажешь?

Последние слова пронеслись у паренька как пугающее эхо. Он кажется понимал, куда клонит его знакомый. Представляя, что он с ним хочет сделать, у младшего прокси начинал болеть живот.

— Тим, что ты имеешь ввиду?

Мужчина продолжал гладить напуганного подростка.

— Я имею ввиду, что хочу, чтобы ты оплатил натурой, непонимающий ты мой. Сильно не волнуйся, неприятно будет лишь сначала, но потом… — и он снова поцеловал его.

Тоби немного покраснел, и ломая пальцы, поинтересовался:

— Я… Просто понимаешь… понимаешь, у меня это в первый раз, и я ничего о таком не знаю… Что мне хотя бы надо будет делать?

— Тебе? Уж поверь мне, ничего такого, что ты не умеешь. Главное, не сопротивляйся и расслабься, а все остальное я сделаю сам. Так ты согласен? Хорошо. Я сделаю музыку чуть погромче, чтобы потом не задавали глупых вопросов… Ты ведь не против?

Тоби отрицательно покачал головой, а Тим подойдя к столу, покрутил колесико, регулирующее громкость.

— Ну, а вот теперь все. Главное только не волнуйся, и доверься мне. — он подошел вплотную. — И еще кое-что: я не кусаюсь.

Руки Тима в момент забрались под толстовку Тоби, щекоча его тощее тело, из-за чего парень улыбнулся и начал тихонько хихикать. Услышав это, мужчина начал снимать с Роджерса его полосатую кофту, а затем и потрепанные джинсы, предварительно стащив с того черно-белые пыльные кеды.

— Так, теперь ложись на кровать, — осмотрев полуобнаженного Тоби, приказал Тимоти, — не переживай насчет того, что она односпальная, уместимся.

Парень выполнил это, и сел в немного развратную позу. Он с интересом принялся наблюдать за Маски, который может быть и специально медленно снимал одежду. Радио играло песню про разбитые чувства одной девушки, отчего Тикки-Тоби немного загрустил. Ведь он понимал, что Тиму от него хочется. Как говорят в народе: «Поматросить и бросить».

— Ну что с тобой опять? Я просто не понимаю, почему у тебя настолько резкие перепады настроения? — Тим подошел к кровати, и обнял сидящего на ней мальчишку.

Тоби только сейчас почувствовал запах одеколона своего «друга». Он показался ему немного странным, потому что на передний план выбивался запах спирта. Одеколон… А откуда он его взял, если клялся, что в город не выходит?

Выпустив своего партнера из объятий, хозяин комнаты уложил подростка на живот, и сняв с него последний элемент одежды — трусы, резко вошел в него, заставя парня негромко ойкнуть и зашипеть.

— Упс, кажется кое-что забыли… Ладно, надеюсь крови будет не очень много… Сильно больно?

— Ты дебил?! — огрызнулся Тоби, из-за чего получил неслабый удар по спине.

Тим начал грубо двигаться, а Тоби закрыл глаза, желая, чтобы это скорее закончилось. Боль была невыносимая, внутри будто все горело. Он пытался представлять что-то другое, но мысли его не слушались, в голове были лишь их обрывки. Несчастный парень осознал, что громко стонет, и закусил край подушки, чтобы не выдать себя и своего партнера… Маски сильно покраснел, его челка была вся мокрая от пота. Он держал Тоби за бедра, впиваясь в его кожу своими ногтями, не нарочно царапая ее, и кажется совсем не обращая на стоны никакого внимания.

Тим кончил, и обессиленный упал рядом с парнем, у которого на глаза наворачивались слезы. Он чувствовал себя грязным и использованным, никому ненужным, и хотел бы спрятаться, но сил хватило лишь на то, чтобы притянуть колени к груди, и молча смотреть на стенку.

Через пять минут услышав сопение Тима, Тоби кое-как оделся и вышел из комнаты.

Идя по темному коридору он, думал о том, что ему теперь делать.

Он чувствовал ужасную боль в груди. Сердце как-будто рвалось на кусочки, от одной мысли о том, что его использовали…

Незаметно даже для самого себя он остановился и посмотрел в окно. На улице шел сильный и, казалось, очень холодный дождь.

Он быстро побежал вниз по лестнице, и открыв дверь, выбежал на улицу.

Остановившись на небольшой поляне, которая находилась около дома прокси, Тоби встал опустив голову. Он хотел, чтобы дождь смыл с него это неприятное чувство, чувство того, что ты теперь один и тебя бросили…