Фандом: Гарри Поттер. Никто не застрахован от глупой случайности.
Добавить в моё избранное
25 мин, 38 сек 11631
На первом этаже мне никто не встретился. К тому же двери в Большой зал были открыты, чем я и воспользовалась.
Волшебный потолок походил на шаль, расшитую золотистой нитью — ни облачка, только звезды и луна — яркая, полная, по-волчьи опасная. Я зачарованно рассматривала небо, упивалась его красотой и понимала, что ради таких мгновений стоит жить. И хотя бы иногда смотреть вверх, чтобы не забывать, как прекрасно небо.
За временем я не следила. Да и зачем? В подземелья возвращаться не хотелось, Снейпа видеть тоже. Мне нужно было время, чтобы понять, как вести себя с ним дальше. Наверняка он узнает, что я видела подшивку газет, и сомневаюсь, что ему это понравится.
Выслушивать же едкие комментарии про неуемное любопытство и слишком длинный нос я не желала. Но и вечно прятаться тоже было нельзя.
Вылетев в холл, я на миг замерла, воровато оглядываясь и принюхиваясь, но никого поблизости не оказалось. Все же надо быть осторожней. От Филча с миссис Норис прятаться было легко — от них за милю несло квашеной капустой и чесноком. Не самые приятные запахи, зато их просто распознать. В отличие от остальных. Мало ли кому придет в голову прогуляться ночью по замку?
Поэтому я как можно быстрее подлетела к тому месту, где висели исчезнувшие часы. Странно. В воздухе отчетливо ощущался аромат миндаля. Неужели…
Я подлетела ближе, уткнувшись носом в камень, и тщательно обнюхала его. Да! Так и есть! Рунная магия. Я должна была догадаться, что двум ученикам не под силу переместить артефакт. А вот спрятать — легко. Финик всегда был умным мальчиком и неплохо разбирался в рунах. Но я даже представить не могла, что ему в голову придет использовать свои знания для шалостей.
Следуя за запахом, я отыскала источник: коряво начерченную карандашом на камне Эваз — руну изменений. Потерев ее лапой, я частично нарушила целостность контура и тем самым ослабила гексаграмму. Стена передо мной пошла рябью. Воодушевившись, я продолжила поиски оставшихся рун.
Прошло совсем немного времени — и мои старания увенчались успехом. Фальшивая стена сначала стала прозрачной, истончилась, словно снежинка на ладони, а потом исчезла с тихим хлопком. Песочные часы висели в холле, на месте. Количество драгоценных камней было прежним. Все же хитрость не помогла слизеринцам в борьбе за кубок.
— Браво, мисс Грейнджер. Даже хомяк из вас получился таким же, как и человек: въедливым и настырным, — едко сказал Снейп, несколько раз хлопнув в ладоши.
Мерлин, ну почему мне сегодня так не везет?!
Снейп не стал делать из меня чучело прямо в коридоре. Поймал, сунул под мышку и пошел в сторону лестницы, ведущей в подземелье. Оказавшись в своих комнатах, он небрежно бросил дорожную мантию на кресло и скрылся в ванной комнате. Послышался шум льющейся воды.
Выйдя из ванной, Снейп хмуро смерил меня взглядом и стал закатывать рукава. Медленно так, словно заправский маньяк, чьим любимым хобби было топить бездомных котят и глупых хомячков. Сглотнув, я попробовала спрятаться под стол. Но не успела сделать и шагу, как мне приказали:
— Стоять!
Да таким голосом, что шерсть на загривке встала дыбом.
Взяв меня на руки, он опять пошел в ванную. Я закрыла глаза, смирившись со своей участью — сопротивляться все равно бесполезно. Он больше, сильнее, и у него есть палочка.
Топить меня сразу Снейп не стал. Он аккуратно положил меня в ванную, намочил всю шерсть, а потом стал намыливать одним из тех вкусно пахнущих травяных настоев. Сначала я опешила, потом — смутилась. Но любопытство взяло верх над всеми эмоциями, и я рискнула посмотреть на Снейпа. Наверное, выглядела я жалко: мокрая, мыльная, со слипшейся шерстью и огромными перепуганными глазами. Но Снейп не морщился, не кривился, лишь поинтересовался:
— Где вы только лазили? Вся в паутине, пыли и Мерлин знает еще в чем.
«Под диваном», — честно хотела признаться я, жаль только, что говорить не могла.
После купания Снейп стал вытирать меня, а когда шерсть немного просохла — завернул в махровое полотенце, чтобы я не замерзла. Его забота приятно удивила, ведь я-то думала, что он рассердится и сразу запрет меня в клетке.
Но он не стал. Ни сейчас, ни потом.
В облике хомяка я провела уже целую неделю. Профессор Снейп делал все, что мог, чтобы вернуть меня в прежнее состояние. И, кажется, каждая новая неудача расстраивала его гораздо сильнее, чем меня. Я-то не переживала, потому что была уверена, что со временем все наладится. Это ведь Снейп! Он обязательно что-то придумает.
Несколько раз меня приходила проведать МакГонагалл. Приносила морковки и орешки и рассказывала о последних событиях в школе. Мне было приятно, что она продолжает относиться ко мне, как к человеку, а не как к милой домашней зверушке.
Столь ожидаемая комиссия из Министерства должна приехать в июне.
Волшебный потолок походил на шаль, расшитую золотистой нитью — ни облачка, только звезды и луна — яркая, полная, по-волчьи опасная. Я зачарованно рассматривала небо, упивалась его красотой и понимала, что ради таких мгновений стоит жить. И хотя бы иногда смотреть вверх, чтобы не забывать, как прекрасно небо.
За временем я не следила. Да и зачем? В подземелья возвращаться не хотелось, Снейпа видеть тоже. Мне нужно было время, чтобы понять, как вести себя с ним дальше. Наверняка он узнает, что я видела подшивку газет, и сомневаюсь, что ему это понравится.
Выслушивать же едкие комментарии про неуемное любопытство и слишком длинный нос я не желала. Но и вечно прятаться тоже было нельзя.
Вылетев в холл, я на миг замерла, воровато оглядываясь и принюхиваясь, но никого поблизости не оказалось. Все же надо быть осторожней. От Филча с миссис Норис прятаться было легко — от них за милю несло квашеной капустой и чесноком. Не самые приятные запахи, зато их просто распознать. В отличие от остальных. Мало ли кому придет в голову прогуляться ночью по замку?
Поэтому я как можно быстрее подлетела к тому месту, где висели исчезнувшие часы. Странно. В воздухе отчетливо ощущался аромат миндаля. Неужели…
Я подлетела ближе, уткнувшись носом в камень, и тщательно обнюхала его. Да! Так и есть! Рунная магия. Я должна была догадаться, что двум ученикам не под силу переместить артефакт. А вот спрятать — легко. Финик всегда был умным мальчиком и неплохо разбирался в рунах. Но я даже представить не могла, что ему в голову придет использовать свои знания для шалостей.
Следуя за запахом, я отыскала источник: коряво начерченную карандашом на камне Эваз — руну изменений. Потерев ее лапой, я частично нарушила целостность контура и тем самым ослабила гексаграмму. Стена передо мной пошла рябью. Воодушевившись, я продолжила поиски оставшихся рун.
Прошло совсем немного времени — и мои старания увенчались успехом. Фальшивая стена сначала стала прозрачной, истончилась, словно снежинка на ладони, а потом исчезла с тихим хлопком. Песочные часы висели в холле, на месте. Количество драгоценных камней было прежним. Все же хитрость не помогла слизеринцам в борьбе за кубок.
— Браво, мисс Грейнджер. Даже хомяк из вас получился таким же, как и человек: въедливым и настырным, — едко сказал Снейп, несколько раз хлопнув в ладоши.
Мерлин, ну почему мне сегодня так не везет?!
Снейп не стал делать из меня чучело прямо в коридоре. Поймал, сунул под мышку и пошел в сторону лестницы, ведущей в подземелье. Оказавшись в своих комнатах, он небрежно бросил дорожную мантию на кресло и скрылся в ванной комнате. Послышался шум льющейся воды.
Выйдя из ванной, Снейп хмуро смерил меня взглядом и стал закатывать рукава. Медленно так, словно заправский маньяк, чьим любимым хобби было топить бездомных котят и глупых хомячков. Сглотнув, я попробовала спрятаться под стол. Но не успела сделать и шагу, как мне приказали:
— Стоять!
Да таким голосом, что шерсть на загривке встала дыбом.
Взяв меня на руки, он опять пошел в ванную. Я закрыла глаза, смирившись со своей участью — сопротивляться все равно бесполезно. Он больше, сильнее, и у него есть палочка.
Топить меня сразу Снейп не стал. Он аккуратно положил меня в ванную, намочил всю шерсть, а потом стал намыливать одним из тех вкусно пахнущих травяных настоев. Сначала я опешила, потом — смутилась. Но любопытство взяло верх над всеми эмоциями, и я рискнула посмотреть на Снейпа. Наверное, выглядела я жалко: мокрая, мыльная, со слипшейся шерстью и огромными перепуганными глазами. Но Снейп не морщился, не кривился, лишь поинтересовался:
— Где вы только лазили? Вся в паутине, пыли и Мерлин знает еще в чем.
«Под диваном», — честно хотела признаться я, жаль только, что говорить не могла.
После купания Снейп стал вытирать меня, а когда шерсть немного просохла — завернул в махровое полотенце, чтобы я не замерзла. Его забота приятно удивила, ведь я-то думала, что он рассердится и сразу запрет меня в клетке.
Но он не стал. Ни сейчас, ни потом.
В облике хомяка я провела уже целую неделю. Профессор Снейп делал все, что мог, чтобы вернуть меня в прежнее состояние. И, кажется, каждая новая неудача расстраивала его гораздо сильнее, чем меня. Я-то не переживала, потому что была уверена, что со временем все наладится. Это ведь Снейп! Он обязательно что-то придумает.
Несколько раз меня приходила проведать МакГонагалл. Приносила морковки и орешки и рассказывала о последних событиях в школе. Мне было приятно, что она продолжает относиться ко мне, как к человеку, а не как к милой домашней зверушке.
Столь ожидаемая комиссия из Министерства должна приехать в июне.
Страница 5 из 8
