Фандом: Гарри Поттер. Снаружи дом Кэрроу напоминал унылую груду серых камней, примостившихся на окраине небольшой йоркширской деревушки.
Добавить в моё избранное
14 мин, 29 сек 16635
Снаружи дом Кэрроу напоминал унылую груду серых камней, примостившихся на окраине небольшой йоркширской деревушки.
Внутри он оказался цветным, безвкусным и пыльным скоплением разномастной мебели, заставленной книгами, подсвечниками и шкатулками. Проверив дом на опасные заклятия, как и положено аврору, Гарри за несколько минут обошёл гостиную, бросил взгляд на слащаво-лиловые гардины и цветастую мебель, а затем осторожно поднялся наверх по винтовой лестнице. Воздух был спёртым, но, по крайней мере, здесь не пахло смертью, как в других домах, которые ему приходилось осматривать за свой недолгий срок работы в Аврорате.
Заглянув в непримечательную ванную комнату и в спартанскую спальню с раскиданной мужской одеждой, Гарри открыл дверь в конце коридора и оказался в просторной женской спальне. Кровать, на которой, как он предполагал, некогда спала Алекто Кэрроу, была аккуратно застелена. Трюмо пестрело от баночек и бутылочек из-под духов, а на стене висел женский портрет, ради которого Гарри и пришёл в этот дом. Хозяева отбывали пожизненный срок в Азкабане, значит, совсем скоро дом конфискуют и отдадут какой-нибудь бедной семье, пострадавшей в войне.
Он медленно подошёл к трюмо. Вспомнив неприятное знакомство с копией Вальбурги Блэк, ныне замурованной в шкафу на Гриммо, Гарри достал палочку, поднял руку и зажёг Люмос. Он понятия не имел, кто из предков Кэрроу был изображен на портрете, но широкое, круглое лицо полной дамы очень напоминало лицо Алекто. Полупрозрачные серые глаза, низкие бесцветные брови, тонкие губы. Достав из сумки аврора чёрную накидку, Гарри набросил её на раму, снял картину со стены и вдруг замер ненадолго, прислушиваясь к звукам в доме.
Всё было тихо.
Засунув портрет под мышку, он удивлённо глянул на себя в зеркало и ехидно усмехнулся. На его лице отразилось удовлетворение человека, который получил, что хотел — и даже больше. Впрочем, Гарри недолго предавался радости. Он быстро пересёк комнату, склонился возле платяного шкафа и прошептал заклинание. Вынув часть половицы, он пошарил рукой под полом, облегчённо вздохнул, достал из-под пола небольшой ларец, украшенный зелёными камнями, и спрятал его в сумку. С интересом покрутив в руке палочку, Гарри засунул её в карман мантии и снова прислушался. Не услышав ничего подозрительного, он подошёл к окну и осторожно отодвинул край шторы: за окном зеленел неухоженный весенний сад; вокруг никого не было видно.
Гарри неуверенно поправил очки, вернулся к трюмо и злорадно прищурился. Какая удача, что старая тёмная магия сработала, что портрет оказался на месте! От предвкушения мести и полной свободы мурашки побежали по коже.
Ох, как скоро они все удивятся! Гарри Поттер, идол поколения, герой войны…
План созрел быстро. Сначала почитать последние новости в газетах, затем отправиться в Министерство, полистать архивы, наведаться в Аврорат, получить нужный документ. Затем Азкабан. И, наконец, старая ферма на окраине деревни.
Гарри вышел из спальни, и вскоре в гостиной раздался еле слышный хлопок аппарации.
— Нет причин поднимать панику, — неуверенно сказала Гермиона, глядя на то, как Джинни украдкой вытирает глаза.
— Есть, — ответила Джинни, — я уже в панике.
— А я в бешенстве, — заявил Рон.
Они впятером — Рон, Гермиона, Луна, Невилл и Джинни — собрались в небольшой лондонской квартирке Рона. Он арендовал её, как только они с Гарри прошли ускоренный курс подготовки авроров и были приняты с испытательным сроком в Аврорат. Квартирка была на удивление чистой и уютной, и в её интерьере определённо присутствовали шарм и вкус, не характерные для Рональда Уизли.
— Так что всё-таки произошло? — спросил опоздавший на встречу Невилл.
— Никогда не думал, что Гарри снова это сделает. Какими бы ни были причины, это уже не смешно. Это выходит за всякие рамки! — Рон глянул на Джинни и сердито взъерошил длинные вихры. — Вчера днём Гарри вернулся с задания по ликвидации портретов, зашёл к Главному Аврору по «очень важному делу», вышел через пять минут и с довольным видом сказал мне, что отправляется «на пару дней в отпуск». Потом он намекнул ребятам, что едет во Францию «по амурным делам». Вечером заставил Джинни напрасно ждать его под дождём, а ближе к ночи явился в Нору и заявил, что между ними всё кончено!
— Рон, всё было немного не так… — попыталась возразить Джинни.
— Очень хорошо, что мы нигде не можем его найти, Джин! Потому что я за себя не отвечаю…
— Это не похоже на Гарри, — тихо сказала Луна. Она единственная из всей компании невозмутимо попивала тыквенный сок, качая ногой в ярко-зелёном ботинке. — Но в одном ты прав, Рон, это не смешно.
Джинни нервно вздохнула.
— Я в панике, но не из-за слов Гарри… Мне кажется, он попал в беду. Он никогда бы не ушёл без объяснений. Он так ждал, что я приеду из школы на пасхальные каникулы…
Внутри он оказался цветным, безвкусным и пыльным скоплением разномастной мебели, заставленной книгами, подсвечниками и шкатулками. Проверив дом на опасные заклятия, как и положено аврору, Гарри за несколько минут обошёл гостиную, бросил взгляд на слащаво-лиловые гардины и цветастую мебель, а затем осторожно поднялся наверх по винтовой лестнице. Воздух был спёртым, но, по крайней мере, здесь не пахло смертью, как в других домах, которые ему приходилось осматривать за свой недолгий срок работы в Аврорате.
Заглянув в непримечательную ванную комнату и в спартанскую спальню с раскиданной мужской одеждой, Гарри открыл дверь в конце коридора и оказался в просторной женской спальне. Кровать, на которой, как он предполагал, некогда спала Алекто Кэрроу, была аккуратно застелена. Трюмо пестрело от баночек и бутылочек из-под духов, а на стене висел женский портрет, ради которого Гарри и пришёл в этот дом. Хозяева отбывали пожизненный срок в Азкабане, значит, совсем скоро дом конфискуют и отдадут какой-нибудь бедной семье, пострадавшей в войне.
Он медленно подошёл к трюмо. Вспомнив неприятное знакомство с копией Вальбурги Блэк, ныне замурованной в шкафу на Гриммо, Гарри достал палочку, поднял руку и зажёг Люмос. Он понятия не имел, кто из предков Кэрроу был изображен на портрете, но широкое, круглое лицо полной дамы очень напоминало лицо Алекто. Полупрозрачные серые глаза, низкие бесцветные брови, тонкие губы. Достав из сумки аврора чёрную накидку, Гарри набросил её на раму, снял картину со стены и вдруг замер ненадолго, прислушиваясь к звукам в доме.
Всё было тихо.
Засунув портрет под мышку, он удивлённо глянул на себя в зеркало и ехидно усмехнулся. На его лице отразилось удовлетворение человека, который получил, что хотел — и даже больше. Впрочем, Гарри недолго предавался радости. Он быстро пересёк комнату, склонился возле платяного шкафа и прошептал заклинание. Вынув часть половицы, он пошарил рукой под полом, облегчённо вздохнул, достал из-под пола небольшой ларец, украшенный зелёными камнями, и спрятал его в сумку. С интересом покрутив в руке палочку, Гарри засунул её в карман мантии и снова прислушался. Не услышав ничего подозрительного, он подошёл к окну и осторожно отодвинул край шторы: за окном зеленел неухоженный весенний сад; вокруг никого не было видно.
Гарри неуверенно поправил очки, вернулся к трюмо и злорадно прищурился. Какая удача, что старая тёмная магия сработала, что портрет оказался на месте! От предвкушения мести и полной свободы мурашки побежали по коже.
Ох, как скоро они все удивятся! Гарри Поттер, идол поколения, герой войны…
План созрел быстро. Сначала почитать последние новости в газетах, затем отправиться в Министерство, полистать архивы, наведаться в Аврорат, получить нужный документ. Затем Азкабан. И, наконец, старая ферма на окраине деревни.
Гарри вышел из спальни, и вскоре в гостиной раздался еле слышный хлопок аппарации.
— Нет причин поднимать панику, — неуверенно сказала Гермиона, глядя на то, как Джинни украдкой вытирает глаза.
— Есть, — ответила Джинни, — я уже в панике.
— А я в бешенстве, — заявил Рон.
Они впятером — Рон, Гермиона, Луна, Невилл и Джинни — собрались в небольшой лондонской квартирке Рона. Он арендовал её, как только они с Гарри прошли ускоренный курс подготовки авроров и были приняты с испытательным сроком в Аврорат. Квартирка была на удивление чистой и уютной, и в её интерьере определённо присутствовали шарм и вкус, не характерные для Рональда Уизли.
— Так что всё-таки произошло? — спросил опоздавший на встречу Невилл.
— Никогда не думал, что Гарри снова это сделает. Какими бы ни были причины, это уже не смешно. Это выходит за всякие рамки! — Рон глянул на Джинни и сердито взъерошил длинные вихры. — Вчера днём Гарри вернулся с задания по ликвидации портретов, зашёл к Главному Аврору по «очень важному делу», вышел через пять минут и с довольным видом сказал мне, что отправляется «на пару дней в отпуск». Потом он намекнул ребятам, что едет во Францию «по амурным делам». Вечером заставил Джинни напрасно ждать его под дождём, а ближе к ночи явился в Нору и заявил, что между ними всё кончено!
— Рон, всё было немного не так… — попыталась возразить Джинни.
— Очень хорошо, что мы нигде не можем его найти, Джин! Потому что я за себя не отвечаю…
— Это не похоже на Гарри, — тихо сказала Луна. Она единственная из всей компании невозмутимо попивала тыквенный сок, качая ногой в ярко-зелёном ботинке. — Но в одном ты прав, Рон, это не смешно.
Джинни нервно вздохнула.
— Я в панике, но не из-за слов Гарри… Мне кажется, он попал в беду. Он никогда бы не ушёл без объяснений. Он так ждал, что я приеду из школы на пасхальные каникулы…
Страница 1 из 5
