Фандом: Гарри Поттер. Что бывает, если пытаешься проводить неизвестные ритуалы. Даже если ты Великий маг. А уж если нет…
Добавить в моё избранное
13 мин, 38 сек 3004
Пока Вован сражался с английской грамматикой, попутно выслушивая отчеты соседовых подчиненных (Пожиратели смерти, нормально так! Видать, детство у соседушки тяжелое было, только и думал, чего бы пожрать), неутомимый Эйвери закопался в своей фамильной библиотеке, появляясь перед разноцветными очами Повелителя только поздно вечером. Дома Эйвери почти никогда не ночевал, предпочитая гостевые комнаты в малфоевском поместье. Вован тихо хмыкнул: не поместье, а прямо общежитие для членов Организации. Улучшенной планировки, с ванной, гостиной, фонтаном и садом, где шастают белые павлины. Со всеми удобствами, короче, типа домовых эльфов. Вот где страховидлы-то! Когда Вован в первый раз это чучело увидел, то сначала учебником в него швырнул, а потом матом обложил, от всей души. А чучело как принялось со всей дури башкой об стенку биться да причитать: «Плохой Твигги!». Еще и уши себе выкручивать начал, придурок. Санька-Профессор как-то сказал про таких вот, кто сам себя калечил — автосадомазохист. Вован потом долго слово заучивал, зато как оно ему при всяких разборках пригодилось… спросишь только, мол, ты у нас автосадомазохист, что ли? И все, объект в ауте. Чистый нокаут, мать его за ногу. Так вот, оказалось, что у колдунов эти домовые эльфы — типа прислуги. Санька-Профессор им как-то историю рассказал про эльфов этих, что они такие все из себя премудрые и прекрасные, типа той Василисы (или Елены, кто там их разберет). Так вот, видел бы Профессор этих самых эльфов — уродцы, да и только. А вот интересно, гоблины с троллями тут водятся? Надо бы спросить…
Как выяснилось, соседовы подчиненные даром времени не теряли. Яксли, рожа канцелярская, план Азкабана приволок со списком всех защитных чар. Вован на этот самый Азкабан посмотрел — и охренел натурально. Треугольная крепость на каком-то острове в Северном море, причем координаты этого острова хрен узнаешь. Пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Ну в точности тот самый случай. И вот как туда вертолеты посылать? Или самолеты? Как в анекдоте, лететь по пачке «Беломора»? Эх, покурить бы сейчас… Вован тяжело вздохнул. С куревом здесь тоже было хреново. Хозяин дома, Люциус Малфой, которого Вован про себя обозвал «пан комендант общежития», курил исключительно сигары. Вован попробовал — чуть ласты не склеил. Уродское тело, в которое его занесло, не переносило курения, постоянно мерзло и маялось желудком. Жрать приходилось только жиденькую овсянку, которую Вован с детсадовского возраста не переносил, рисовый отвар и жутко полезные травяные настои. Нет, оно, конечно, всяко лучше, чем на кладбище лежать, но от такой жизни точно озвереешь. Понятно, чего сосед всегда злой как собака. Поживи так всю-то жизнь!
— Не всю жизнь, а только после возвращения из-за Грани! — оскорбился сосед. Ну да, как же без него-то? — Тело должно было восстановиться прежним, но что-то в процессе пошло не так.
— Ага, по закону Мерфи, — буркнул Вован.
— Какому закону? — изумился сосед. — Я знаю всех выдающихся зельеваров, ритуалистов и мастеров трансфигурации. Никакого Мерфи среди них нет.
— Санька-Профессор так говорил, — вздохнул Вован. Как там Санька сейчас справляется? С ними он не поехал, но уж больно за них всерьез взялись, так что и Профессора могли замочить.
— Маггл, — презрительно протянул сосед.
— Да уж, не колдун какой, — согласился Вован. — Так вот этот самый Мерфи говорил, что если какая пакость может произойти — то она обязательно произойдет. И если что-то может пойти не так — то оно обязательно не так и пойдет. Ты как тело-то такое оторвал, скажи на милость?
— На милость — скажу, — язвительно протянул сосед. — В результате ритуала, в котором использовалась кость отца, плоть слуги и кровь врага, сваренные в котле.
— Бух в котел — и там сварился! — вспомнил услышанную от матери сказку Вован.
— Магглам знаком этот ритуал? — изумился сосед.
— Ага, с детства, — заржал Вован. — Мне мать эту сказочку перед сном рассказывала. Про Конька-Горбунка и дебильного царя, который так омолодиться решил. Тебе, смотрю, больше повезло, хоть не помер.
— Я победил Смерть! — возгласил чокнутый соседушка. — Все живое должно склониться перед моим величием.
— Не зарекайся, все там будем, — Вована прямо передергивало, когда сосед начинал толкать речи, как на комсомольском собрании. Лучше уж пусть орет, все развлечение. — Кащей Бессмертный нашелся.
— Кто?
— А был у нас один такой, вроде тебя. Бессмертным себя считал. А смерть его была в иголке. Сломали иголку — и кранты Кащею.
— Надо было спрятать иголку в надежное место! Всегда знал, что вы, русские, редкостные разгильдяи, но чтобы до такой степени…
— А то он не прятал! — обиделся за родную нечисть Вован. — Иголка была в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, а заяц в зачарованном сундуке. И то добрались.
— Хоркрукс в хоркруксе… — пробормотал сосед.
Как выяснилось, соседовы подчиненные даром времени не теряли. Яксли, рожа канцелярская, план Азкабана приволок со списком всех защитных чар. Вован на этот самый Азкабан посмотрел — и охренел натурально. Треугольная крепость на каком-то острове в Северном море, причем координаты этого острова хрен узнаешь. Пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Ну в точности тот самый случай. И вот как туда вертолеты посылать? Или самолеты? Как в анекдоте, лететь по пачке «Беломора»? Эх, покурить бы сейчас… Вован тяжело вздохнул. С куревом здесь тоже было хреново. Хозяин дома, Люциус Малфой, которого Вован про себя обозвал «пан комендант общежития», курил исключительно сигары. Вован попробовал — чуть ласты не склеил. Уродское тело, в которое его занесло, не переносило курения, постоянно мерзло и маялось желудком. Жрать приходилось только жиденькую овсянку, которую Вован с детсадовского возраста не переносил, рисовый отвар и жутко полезные травяные настои. Нет, оно, конечно, всяко лучше, чем на кладбище лежать, но от такой жизни точно озвереешь. Понятно, чего сосед всегда злой как собака. Поживи так всю-то жизнь!
— Не всю жизнь, а только после возвращения из-за Грани! — оскорбился сосед. Ну да, как же без него-то? — Тело должно было восстановиться прежним, но что-то в процессе пошло не так.
— Ага, по закону Мерфи, — буркнул Вован.
— Какому закону? — изумился сосед. — Я знаю всех выдающихся зельеваров, ритуалистов и мастеров трансфигурации. Никакого Мерфи среди них нет.
— Санька-Профессор так говорил, — вздохнул Вован. Как там Санька сейчас справляется? С ними он не поехал, но уж больно за них всерьез взялись, так что и Профессора могли замочить.
— Маггл, — презрительно протянул сосед.
— Да уж, не колдун какой, — согласился Вован. — Так вот этот самый Мерфи говорил, что если какая пакость может произойти — то она обязательно произойдет. И если что-то может пойти не так — то оно обязательно не так и пойдет. Ты как тело-то такое оторвал, скажи на милость?
— На милость — скажу, — язвительно протянул сосед. — В результате ритуала, в котором использовалась кость отца, плоть слуги и кровь врага, сваренные в котле.
— Бух в котел — и там сварился! — вспомнил услышанную от матери сказку Вован.
— Магглам знаком этот ритуал? — изумился сосед.
— Ага, с детства, — заржал Вован. — Мне мать эту сказочку перед сном рассказывала. Про Конька-Горбунка и дебильного царя, который так омолодиться решил. Тебе, смотрю, больше повезло, хоть не помер.
— Я победил Смерть! — возгласил чокнутый соседушка. — Все живое должно склониться перед моим величием.
— Не зарекайся, все там будем, — Вована прямо передергивало, когда сосед начинал толкать речи, как на комсомольском собрании. Лучше уж пусть орет, все развлечение. — Кащей Бессмертный нашелся.
— Кто?
— А был у нас один такой, вроде тебя. Бессмертным себя считал. А смерть его была в иголке. Сломали иголку — и кранты Кащею.
— Надо было спрятать иголку в надежное место! Всегда знал, что вы, русские, редкостные разгильдяи, но чтобы до такой степени…
— А то он не прятал! — обиделся за родную нечисть Вован. — Иголка была в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, а заяц в зачарованном сундуке. И то добрались.
— Хоркрукс в хоркруксе… — пробормотал сосед.
Страница 1 из 4
