Фандом: Гарри Поттер. Как работать Аврорату в свете общечеловеческих ценностей и толерантности?
Добавить в моё избранное
12 мин, 58 сек 1798
На работу Гарри пришел в прекрасном настроении, которое, впрочем, быстро испарилось, стоило ему увидеть стену в Атриуме. Огромными светящимися буквами кислотно-зеленого цвета на стене было написано: «Люциус Малфой ест штукатурку!»
Бригада домовых эльфов пыталась смыть надпись, но та не сдавалась.
— Мерлин! — тихонько взвыл Гарри. — Да когда же он уймется! — и, спустившись на минус второй уровень, приказал дежурному:
— Доставьте сюда мистера Симпсона, именующего себя Алоизом Фафниром.
— Уже, — с ухмылкой отрапортовал дежурный.
— Сэр, — кашлянув, как-то подозрительно официально обратился к Гарри вышедший из-за угла Причард. — Можно вас на минуту?
— Что-то случилось? — сразу подобрался Гарри. Глава убойного отдела просто так, поговорить о пустяках, не подходит. Денек, похоже, будет еще тот…
— Не то что случилось… идём, покажу, — продолжая так же странно и загадочно ухмыляться, что внушало надежду на то, что происшествие, по крайней мере, не слишком трагичное, позвал его за собой Причард.
Они вошли в его кабинет — и Причард, закрыв дверь, молча указал на потолок, который пересекала яркая, будто бы нарисованная разноцветными брызгами надпись: «Свободу несогласным! Сквибов на работу в аврорат!»
— Вскрыл письмо — и вот такая вот красота оттуда, — пояснил Причард. — Я вот думаю, — задумчиво проговорил он, — если я сам с этим Фафниром… поговорю, а он потом больше никогда в наших хрониках не засветится — расследования не будет?
Гарри с сожалением вздохнул и сказал:
— Мистер Причард, это не наш метод.
— Ну давай… те тогда своим, мистер Поттер, — покивал тот. — А работать здесь я сегодня не могу — эта дрянь капает же и не оттирается. Эльфы обещали, как ототрут ту, что в Атриуме, потом сюда явиться — в общем, найди… те мне кабинет пока, что ли. Нет, я могу сесть в отделе, — добавил он. — Если надо. Как раз у нас там допросов много сегодня… могу поучаствовать.
— Хватит тут китайские церемонии разводить, — возмутился Гарри. — Сиди в моем кабинете, а я пока нашего борца за толерантность пойду обрабатывать. Маггловскими методами, дери его мантикора.
— Ты первый начал, — фырнул Причард, забирая со стола накрытые тряпкой папки. — Пойду к тебе — с удовольствием, хоть кофе выпью по-человечески… а может, я бы с тобой пошёл? — всё-таки не сдержался он. — Я обещаю молчать! — клятвенно проговорил он, прижимая папки к груди. — Поучусь у тебя… маггловским методам. Всегда полезно свой кругозор расширить, а то всё Круцио да Круцио… скучно!
— Аваду забыл, — хмыкнул Гарри. — Ну пойдем, если хочешь. Эх, приложить бы этого Фафнира чем-нибудь веселым, чтобы не мог ни написать гадости, ни сказать их… но увы. Придется по старинке, тетушкиным способом.
— Спрашиваешь, — хищно ухмыльнулся Причард, уменьшив папки и сунув их в свой карман. — А Авада — это же не способ допроса, кого там после неё допрашивать?
Они вернулись назад, вышли из отдела Особо тяжких и, пройдя по коридору, добрались до одной из допросных, где коротал время мистер Симпсон, именующий себя Алоизом Фафниром.
— Молчу-молчу! — шепнул Причард в ответ на предостерегающий взгляд Поттера.
— Мистер Симпсон, — ледяным тоном произнес Поттер. — Вы задержаны за нарушение общественного порядка и препятствие работе правоохранительных органов.
— Я Алоиз Фафнир! — гордо начал было задержанный, но вдруг прервал свою речь и удивленно спросил: — Когда это я препятствовал?
Причард вопросительно глянул на Поттера и, когда тот кивнул, сказал почти ласково, вынимая из кармана конверт:
— Ваше?
Почерк не оставлял никаких вопросов, однако Причард никуда не спешил. Он сел напротив Симпсона и почти весело ему улыбнулся.
— Мое! — гордо сказал самопровозглашенный Фафнир. — Особая разработка, специально для массовой агитации. Запатентовано, между прочим.
— Ну вот, — нежно проворковал Причард, и эта интонация в сочетании с волчьим выражением его глаз казалась особенно пугающей. — Вот именно так и препятствуете. Заляпали все бумаги, меня выселили из кабинета… Грэхэм Причард, глава отдела Особо тяжких преступлений, — представился он. — А там ведь, — продолжал он, доставая из кармана папки, но, конечно, не показывая их Симпсону, — одно умышленное отравление пожилой тётушки, одно убийство соперника, тоже умышленное, и одно изнасилование… вы, мистер Симпсон, кого именно защищали — убийцу тётушки, отвергнутого возлюбленного или насильника? Несовершеннолетней жертвы, прошу заметить. Кого же? — он поймал взгляд мистера Симпсона и буквально прилип к нему своими серыми, какими-то голодными глазами.
— Какой тетушки? Какого насильника? — оторопел мистер Симпсон. — Я выступал в защиту прав сквибов, которых дискриминируют по магическому признаку! Я хотел привлечь внимание общественности к вопиющему произволу!
Бригада домовых эльфов пыталась смыть надпись, но та не сдавалась.
— Мерлин! — тихонько взвыл Гарри. — Да когда же он уймется! — и, спустившись на минус второй уровень, приказал дежурному:
— Доставьте сюда мистера Симпсона, именующего себя Алоизом Фафниром.
— Уже, — с ухмылкой отрапортовал дежурный.
— Сэр, — кашлянув, как-то подозрительно официально обратился к Гарри вышедший из-за угла Причард. — Можно вас на минуту?
— Что-то случилось? — сразу подобрался Гарри. Глава убойного отдела просто так, поговорить о пустяках, не подходит. Денек, похоже, будет еще тот…
— Не то что случилось… идём, покажу, — продолжая так же странно и загадочно ухмыляться, что внушало надежду на то, что происшествие, по крайней мере, не слишком трагичное, позвал его за собой Причард.
Они вошли в его кабинет — и Причард, закрыв дверь, молча указал на потолок, который пересекала яркая, будто бы нарисованная разноцветными брызгами надпись: «Свободу несогласным! Сквибов на работу в аврорат!»
— Вскрыл письмо — и вот такая вот красота оттуда, — пояснил Причард. — Я вот думаю, — задумчиво проговорил он, — если я сам с этим Фафниром… поговорю, а он потом больше никогда в наших хрониках не засветится — расследования не будет?
Гарри с сожалением вздохнул и сказал:
— Мистер Причард, это не наш метод.
— Ну давай… те тогда своим, мистер Поттер, — покивал тот. — А работать здесь я сегодня не могу — эта дрянь капает же и не оттирается. Эльфы обещали, как ототрут ту, что в Атриуме, потом сюда явиться — в общем, найди… те мне кабинет пока, что ли. Нет, я могу сесть в отделе, — добавил он. — Если надо. Как раз у нас там допросов много сегодня… могу поучаствовать.
— Хватит тут китайские церемонии разводить, — возмутился Гарри. — Сиди в моем кабинете, а я пока нашего борца за толерантность пойду обрабатывать. Маггловскими методами, дери его мантикора.
— Ты первый начал, — фырнул Причард, забирая со стола накрытые тряпкой папки. — Пойду к тебе — с удовольствием, хоть кофе выпью по-человечески… а может, я бы с тобой пошёл? — всё-таки не сдержался он. — Я обещаю молчать! — клятвенно проговорил он, прижимая папки к груди. — Поучусь у тебя… маггловским методам. Всегда полезно свой кругозор расширить, а то всё Круцио да Круцио… скучно!
— Аваду забыл, — хмыкнул Гарри. — Ну пойдем, если хочешь. Эх, приложить бы этого Фафнира чем-нибудь веселым, чтобы не мог ни написать гадости, ни сказать их… но увы. Придется по старинке, тетушкиным способом.
— Спрашиваешь, — хищно ухмыльнулся Причард, уменьшив папки и сунув их в свой карман. — А Авада — это же не способ допроса, кого там после неё допрашивать?
Они вернулись назад, вышли из отдела Особо тяжких и, пройдя по коридору, добрались до одной из допросных, где коротал время мистер Симпсон, именующий себя Алоизом Фафниром.
— Молчу-молчу! — шепнул Причард в ответ на предостерегающий взгляд Поттера.
— Мистер Симпсон, — ледяным тоном произнес Поттер. — Вы задержаны за нарушение общественного порядка и препятствие работе правоохранительных органов.
— Я Алоиз Фафнир! — гордо начал было задержанный, но вдруг прервал свою речь и удивленно спросил: — Когда это я препятствовал?
Причард вопросительно глянул на Поттера и, когда тот кивнул, сказал почти ласково, вынимая из кармана конверт:
— Ваше?
Почерк не оставлял никаких вопросов, однако Причард никуда не спешил. Он сел напротив Симпсона и почти весело ему улыбнулся.
— Мое! — гордо сказал самопровозглашенный Фафнир. — Особая разработка, специально для массовой агитации. Запатентовано, между прочим.
— Ну вот, — нежно проворковал Причард, и эта интонация в сочетании с волчьим выражением его глаз казалась особенно пугающей. — Вот именно так и препятствуете. Заляпали все бумаги, меня выселили из кабинета… Грэхэм Причард, глава отдела Особо тяжких преступлений, — представился он. — А там ведь, — продолжал он, доставая из кармана папки, но, конечно, не показывая их Симпсону, — одно умышленное отравление пожилой тётушки, одно убийство соперника, тоже умышленное, и одно изнасилование… вы, мистер Симпсон, кого именно защищали — убийцу тётушки, отвергнутого возлюбленного или насильника? Несовершеннолетней жертвы, прошу заметить. Кого же? — он поймал взгляд мистера Симпсона и буквально прилип к нему своими серыми, какими-то голодными глазами.
— Какой тетушки? Какого насильника? — оторопел мистер Симпсон. — Я выступал в защиту прав сквибов, которых дискриминируют по магическому признаку! Я хотел привлечь внимание общественности к вопиющему произволу!
Страница 1 из 4
