Наемник и некромант

Некоторые выражения Айтир при жизни Крыса и не слышал, а тут вот, всплыло. Или уже за гранью нахватался?

— Он… не пойдет назад. Он уже умер и занят теперь чем-то новым, вернуться в мое тело для него как снова стать ребенком и лечь в люльку, пуская пузыри. Глупо и бессмысленно, — Айтир сам не знал, зачем объясняет это. Наверное, для Ильмаре — ну не магам же? Тех душевные терзания некроманта не тревожат, им лишь бы не сдох и работу сделал.

— Что нужно для ритуала? — подал голос земляной. До этого он почти все время молчал, лишь изредка перекидываясь парой слов со спутниками.

— Бумагу и чернила, я напишу список. Там немного, почти все у меня есть, остальное у аптекарей должно найтись.

Письменные принадлежности принесли тут же, Айтир отодвинул в сторону тарелку, принявшись быстро записывать нужные травы. В конце приписал названия любимого сыра и вина Крыса, подчеркнув два раза. Перечел, отдал земляному, который сразу поднялся и вышел.

— Сегодня вечером. Подвал должен быть в вашем распоряжении, я верно понимаю? — уточнил жизнетворец.

Айтир кивнул, глядя в тарелку. Он до сих пор не знал, поступает ли правильно. Да, как с тем ублюдком, что захватил товарища Ильмаре, не выйдет, но что именно может случиться… Кусок в горло не лез, смотреть на Ильмаре почему-то было стыдно, будто затеял что-то обидное. Айтир привык: мнение спутников тоже важно, и теперь переживал заново, что кому-то он не безразличен. Поэтому, не выдержав, подхватился и ушел осматривать подвал и готовить ритуал.

Глава 9

Ужин все так же приятно пах, но Ильмаре совершенно не хотелось оставаться за столом. Рвануть за некромантом сразу же, как тот ушел, хотелось до жути, но все-таки чувство такта в какой-то степени он имел. Поковырявшись для приличия в тарелке и хлебнув из стакана нечто похожее на травяную настойку, Ильмаре глянул на неторопливо едящих магов и, быстро поднявшись из-за стола, поспешил вслед за Айтиром.

Ильмаре не мог точно сказать, сколько стоял под дверью, ведущей в подвал, и водил пальцем по гладким доскам, то ли вычерчивая линии, что видел на карте, то ли отвлекая разум от навязчивых мыслей. Ему не нравилась ни идея некроманта о «переселении душ во благо», ни его собственная озабоченность ситуацией. Почему так мечет из стороны в сторону, если спутник придумывает какие-то грандиозные планы, которые идут вразрез с понятием «безопасно»? Правильно: потому что он спутник. Твой, который тебя защищает, и которого защищаешь — или хотя бы пытаешься — ты сам.

Ильмаре аккуратно оттолкнул дверь, не заморачиваясь тем, чтобы постучать — чутье Айтира наверняка уже подсказало ему, что за деревянной преградой мнется что-то живое. Спустился по небольшой лестнице, невовремя вспомнив, что так и остался босиком: ледяной камень поначалу обжег ступни.

Подвал был, как и ожидалось, большим, темным и довольно сухим. Он ни в какое сравнение не шел с той сырой дырой, что была под домом старосты, где казалось, сделай шаг — и из-под ног прыснут мыши и змеи. Или это просто память шалит, подменяя прошлое его тогдашними страхами? В любом случае, этот подвал был просторней, дверь — шире, поэтому рассмотреть в падающем из коридора свете фигуру некроманта оказалось нетрудно. Ильмаре вздохнул глубоко и нервно, привлекая к себе внимание, оперся плечом о край каких-то полок, складывая руки на груди:

— Это действительно не так опасно, как ты говоришь? Извини за прямоту, но я, — он сильно нахмурился: подобные слова давались тяжело и с практически физическим трудом. — Я волнуюсь, как бы не пришлось использовать ту настойку от Малты. А я этого не хочу.

Айтир молчал. Сидел на корточках, спиной к Ильмаре, и молчал. Потом как-то встряхнулся.

— Я тоже не хочу, — через силу признался он. — Оживать — больно… Смертельно больно.

Даже больнее, чем умирать. Айтир знал, умирал не раз и не два. И сейчас привычно собирался умереть. Только как объяснить Ильмаре, что для него это нормально?

— Работа любого мага не безопасна по сути своей. Думаешь, почему огневиков считают ненормальными, а у жизнетворцев такие дурные характеры? Или почему некромант в глазах людей — что-то потусторонне-опасное? Мы просто работаем, и это накладывает свой отпечаток.

Проведя руками по полу, Айтир почти на ощупь продолжил чертить линию.

— И мне намного спокойней, Ильмаре, когда кто-то рядом, тот, кто знает, что со мной делать, случись что.

«Спокойней и легче и умирать, и работать, и жить», — но этого Айтир не сказал. Еще не смог. А может, и не нужно было — Ильмаре, похоже, чуял что-то подобное, потому как остался, не ушел, хотя мог не раз. И сейчас стоял, смотрел.

И все это прекрасно понимал, да и видел ту боль, которую некромант испытывал, когда «просыпался». Конечно, у каждого своя работа и свои обязанности в ней, свои риски и правила.