Фандом: Ориджиналы. Работа одного — убивать или спасать жизни, в зависимости от желаний заказчика. Работа другого — убивать или спасать жизни… В зависимости от того, насколько еще теплится эта жизнь в спасаемых. И обоим слишком сложно делать эту работу в одиночестве.
Добавить в моё избранное
507 мин, 40 сек 15441
— Сейчас, сейчас, — Айтир был занят: спихивал с кровати расползающийся в лохмотья матрас, из которого сыпалась неведомая труха. В конце концов, он просто в сердцах пнул гору мусора, наконец скидывая её на пол и открывая деревянное основание.
— Я все расскажу, Ильмаре, только уберу следы этой мрази, — пообещал он, и, прежде чем Ильмаре спросил что-то ещё, закатал рукав и уверенным движением надрезал запястье.
На лезвии кинжала медленно набухла капля крови, покатилась вниз, упала на доски… Это напомнило взрыв: Айтир аж сжал зубы, так среагировала чужая магия, не желая уступать. А капли все текли и текли, оставляя темные пятна, и вонь тлена медленно уходила, ее вытеснял другой запах: что-то вроде книжной пыли или едва уловимого привкуса прогретого на солнце чистого песка. Эта волна расходилась все дальше и дальше, шире и шире. Потрескивала, осыпаясь, краска на картинах, с хрустом ломалась древесина, рассыпаясь серой пылью. Все, что было напитано чужой силой, все, что слишком тесно соприкасалось с живущим здесь прежде некромантом, истлевало, обращалось в прах, когда уходила таившаяся в вещах сила. Поместье меняло хозяина и, когда последняя капля крови упала на кровать, дерево уже не впитало её. Оно целиком окрасилось глубоким тёмным оттенком, будто его вымачивали в крови.
Айтир тяжело опустился на колени, отводя в сторону оцарапанную руку, чтобы не заляпать одежду. Но теперь это была просто кровь.
— Ильмаре…
Среагировал Ильмаре быстро, сказалась уже начавшая вырабатываться привычка. Подойти. Поддержать. Прижать. Помочь. Некромант казался до невыносимости всесильным, но в такие моменты его хотелось оберегать и никого и близко не подпускать. Потому что уязвим. Потому что нужно защитить.
Опустившись на одно колено, Ильмаре обхватил Айтира за плечи, чуть приподнял, помогая сесть и перенося практически весь его вес на себя. Молчать было странно легко, слова не лезли на язык и не просились наружу. Выяснять, что произошло, он прямо сейчас не собирался. Изверг что ли? Куда важнее было внимательно всматриваться в лицо Айтира — но оно не было искажено мукой. Просто прикрыл глаза, просто отдыхает.
Айтир действительно отдыхал. Откинуть голову на чужое плечо и лежать, чувствуя, как медленно наполняет силой, было хорошо. Почти позабытое за семь одиноких бродяжных лет ощущение, он в него толком не верил — и одновременно наслаждался, не обращая внимания на дергающую запястье боль. Но с этим надо было что-то делать, так что в конце концов Айтир шевельнулся, для начала убирая идеально чистый кинжал обратно в ножны.
— Там в кабинете диван, вроде должен уцелеть… — он уцепился за плечи Ильмаре, понимая, что лучше подняться с посторонней помощью, тогда не мотнет.
Ничего, все не так страшно, просто резко и много силы отпустил. Посидеть немного, перебинтовать руку, сходить пожрать — и можно будет наводить порядок в спальне, вымести всю дрянь, что превратилась в пыль. Устраиваться спать где-то еще Айтир не собирался. Вот еще, такой сильный артефакт, как эта несчастная кровать, терять просто дурость. Лишь бы Ильмаре не отказался теперь на ней спать.
Пока тот осторожно помогал идти, поддерживая под локоть и стараясь не запнуться о на глазах украшающийся все новыми дырами ковер. Когда-то крепкие нити доканывала уже даже не магия — просто разом навалившееся время. Сквозняк постепенно вытягивал в окно седой прах, дышать стало легче и как-то полнее. Ильмаре шумно сопел, поглядывая под ноги, невольно думая: «Такую древность только выкинуть или сжечь детям на радость. Вот им забава будет».
В кабинете действительно стоял пологий диван выцветшего винного цвета, старый, но на вид достаточно крепкий, вызывая куда больше доверия, чем та злосчастная кровать. Умом Ильмаре понимал, что Айтир сделал что-то хорошее и полезное, но пока садиться на нее или прикладываться щекой как-то не хотелось. По крайней мере, не спросив. Как раз некромант вроде немного оправился, и можно было начинать выяснять.
— Так что произошло? — спросил Ильмаре, ссаживая некроманта на диван. — Предыдущий хозяин был так себе?
Сам он уселся рядом на краешке, на всякий случай готовый ловить, если Айтир начнет заваливаться на бок. И, почти не думая, подоткнул плащ Айтира — тот свесился вниз и край волочился по полу. Жест был какой-то слишком заботливый, а оттого неуместный. Кто будет печься о чистоте в таком-то бардаке? Ильмаре отдернул руку и положил себе на колено, подцепляя пальцами первый попавшийся ремешок и пытаясь отвлечься.
— Некродрянь, — сказал Айтир — как сплюнул. — Я — некромант, работаю… Чисто, что ли? Да ты сам и видел, и ощущал, у меня даже сила совсем другая. У детей и Дьюки, кстати, тоже.
Он немного посидел молча, приходя в себя, потом потянулся к карманам, достав флакон с зельем и полосу чистой тряпицы. Плеснул на запястье, поморщился, принялся перематывать тоже смоченной в зелье тканью.
— Я все расскажу, Ильмаре, только уберу следы этой мрази, — пообещал он, и, прежде чем Ильмаре спросил что-то ещё, закатал рукав и уверенным движением надрезал запястье.
На лезвии кинжала медленно набухла капля крови, покатилась вниз, упала на доски… Это напомнило взрыв: Айтир аж сжал зубы, так среагировала чужая магия, не желая уступать. А капли все текли и текли, оставляя темные пятна, и вонь тлена медленно уходила, ее вытеснял другой запах: что-то вроде книжной пыли или едва уловимого привкуса прогретого на солнце чистого песка. Эта волна расходилась все дальше и дальше, шире и шире. Потрескивала, осыпаясь, краска на картинах, с хрустом ломалась древесина, рассыпаясь серой пылью. Все, что было напитано чужой силой, все, что слишком тесно соприкасалось с живущим здесь прежде некромантом, истлевало, обращалось в прах, когда уходила таившаяся в вещах сила. Поместье меняло хозяина и, когда последняя капля крови упала на кровать, дерево уже не впитало её. Оно целиком окрасилось глубоким тёмным оттенком, будто его вымачивали в крови.
Айтир тяжело опустился на колени, отводя в сторону оцарапанную руку, чтобы не заляпать одежду. Но теперь это была просто кровь.
— Ильмаре…
Глава 13
— Держу. Крепко держу.Среагировал Ильмаре быстро, сказалась уже начавшая вырабатываться привычка. Подойти. Поддержать. Прижать. Помочь. Некромант казался до невыносимости всесильным, но в такие моменты его хотелось оберегать и никого и близко не подпускать. Потому что уязвим. Потому что нужно защитить.
Опустившись на одно колено, Ильмаре обхватил Айтира за плечи, чуть приподнял, помогая сесть и перенося практически весь его вес на себя. Молчать было странно легко, слова не лезли на язык и не просились наружу. Выяснять, что произошло, он прямо сейчас не собирался. Изверг что ли? Куда важнее было внимательно всматриваться в лицо Айтира — но оно не было искажено мукой. Просто прикрыл глаза, просто отдыхает.
Айтир действительно отдыхал. Откинуть голову на чужое плечо и лежать, чувствуя, как медленно наполняет силой, было хорошо. Почти позабытое за семь одиноких бродяжных лет ощущение, он в него толком не верил — и одновременно наслаждался, не обращая внимания на дергающую запястье боль. Но с этим надо было что-то делать, так что в конце концов Айтир шевельнулся, для начала убирая идеально чистый кинжал обратно в ножны.
— Там в кабинете диван, вроде должен уцелеть… — он уцепился за плечи Ильмаре, понимая, что лучше подняться с посторонней помощью, тогда не мотнет.
Ничего, все не так страшно, просто резко и много силы отпустил. Посидеть немного, перебинтовать руку, сходить пожрать — и можно будет наводить порядок в спальне, вымести всю дрянь, что превратилась в пыль. Устраиваться спать где-то еще Айтир не собирался. Вот еще, такой сильный артефакт, как эта несчастная кровать, терять просто дурость. Лишь бы Ильмаре не отказался теперь на ней спать.
Пока тот осторожно помогал идти, поддерживая под локоть и стараясь не запнуться о на глазах украшающийся все новыми дырами ковер. Когда-то крепкие нити доканывала уже даже не магия — просто разом навалившееся время. Сквозняк постепенно вытягивал в окно седой прах, дышать стало легче и как-то полнее. Ильмаре шумно сопел, поглядывая под ноги, невольно думая: «Такую древность только выкинуть или сжечь детям на радость. Вот им забава будет».
В кабинете действительно стоял пологий диван выцветшего винного цвета, старый, но на вид достаточно крепкий, вызывая куда больше доверия, чем та злосчастная кровать. Умом Ильмаре понимал, что Айтир сделал что-то хорошее и полезное, но пока садиться на нее или прикладываться щекой как-то не хотелось. По крайней мере, не спросив. Как раз некромант вроде немного оправился, и можно было начинать выяснять.
— Так что произошло? — спросил Ильмаре, ссаживая некроманта на диван. — Предыдущий хозяин был так себе?
Сам он уселся рядом на краешке, на всякий случай готовый ловить, если Айтир начнет заваливаться на бок. И, почти не думая, подоткнул плащ Айтира — тот свесился вниз и край волочился по полу. Жест был какой-то слишком заботливый, а оттого неуместный. Кто будет печься о чистоте в таком-то бардаке? Ильмаре отдернул руку и положил себе на колено, подцепляя пальцами первый попавшийся ремешок и пытаясь отвлечься.
— Некродрянь, — сказал Айтир — как сплюнул. — Я — некромант, работаю… Чисто, что ли? Да ты сам и видел, и ощущал, у меня даже сила совсем другая. У детей и Дьюки, кстати, тоже.
Он немного посидел молча, приходя в себя, потом потянулся к карманам, достав флакон с зельем и полосу чистой тряпицы. Плеснул на запястье, поморщился, принялся перематывать тоже смоченной в зелье тканью.
Страница 75 из 139
