Наемник и некромант

Пожалуй, день можно было считать потраченным не зря.

Закрыв дверь, Ильмаре поморщился: в помещении стало значительно темнее, пришлось шарить по полке в поисках бутылька масла. Огонек в глиняной плошке горел неярко, но с ним стало даже уютно. Вытащив из того же мешка кусок вяленого мяса, Ильмаре отошел к лавке в углу, и, развалившись на ней, решил, что обдумает план, по которому они проберутся потом в город. Но успел лишь дожевать, еще раз взглянуть на спящего практически у его ног некроманта, и уснул мгновенно.

Все-таки две бессонные ночи в подготовке сильно уморили, пусть Ильмаре о них и думать забыл.

Глава 3

Возможно, всему виной были стены тюрьмы, пропитанные далеко не радостными эмоциями. Или давящая, застилающая глаза усталость? Он же работал на износ последние несколько месяцев, наплевав на себя, наплевав на все. И город решил спасти из принципа, напоследок. Можно сказать, громко хлопнуть дверью на прощание: в одиночку провернуть такое. Выгорел бы от перенапряжения, зато дело хорошее сделал. Но не сложилось.

Месяц в тюрьме может и подкосил, но одновременно позволил восстановиться магически. Казнь стала последним толчком, досыта напоив чужими смертями. Поэтому Айтир практически не удивился, осознав, что на груди сидит что-то теплое и увесистое. Этого визита стоило ожидать именно сейчас. Он повел рукой — пальцы нашарили жесткую шерсть.

— Ну и что ты чудить вздумал? — сварливо поинтересовался знакомый голос.

— Надоело, — Айтир вздохнул, не открывая глаз.

Руку он тоже не убрал, грея озябшие пальцы.

— Надоело ему! — возмущенно фыркнули в ответ, затоптались, устраиваясь поудобней.

Айтир все-таки взглянул, хотя и так знал, что увидит: на груди у него развалился здоровенный, с откормленную кошку размером крысюк. Подпер морду лапой и взирал, недовольно топорща усы. Потом открыл пасть.

— Сдохнуть он решил. Все видел, все знает, везде побывал. Так?

— А разве нет? — вяло поинтересовался Айтир.

Крысюк навострил уши, почти ласково сообщив:

— Нет. У тебя еще самое меньшее сто лет, чтобы исправить это упущение. А сдохнешь… Я ж тебя и за гранью найду! — и с оглушительным писком метнулся вперед, скаля зубы.

Не ожидавший такого Айтир заорал — по уху полоснуло болью. Но так и не проснулся, только завозился, еще плотнее сжимаясь в комок.

Когда он все-таки проснулся по-настоящему, было темно. Подняв руку, пощупал шею: рассаженная острыми зубами мочка уха ныла, на коже запеклась натекшая кровь. Ну, это было не такой уж большой платой — в голове действительно просветлело. Почти как после подзатыльников, которыми когда-то награждал его Крыс при жизни. Вот ведь зараза, все-таки: и после смерти во сны приходит, приглядывает. Так и считает остроухим балбесом, за которым глаз да глаз, чтобы не угробился по собственной дури?

Вздохнув, Айтир проверил ребра, убедился, что те почти срослись, тихо поднялся и осмотрелся. На лавке спал наемник, подсунув обе ладони под голову. Интересно, спал так крепко, что не услышал вопля, или все-таки просто отсутствовал в этот момент? А он явно куда-то уходил — вон, на виду мешок лежит и пара сапог. Будить его Айтир не стал, незачем было, вместо этого потянулся к мешку, проверяя его содержимое. Одежда — хорошо. Кусок вяленого мяса — еще лучше. Но сначала все-таки одежда.

Оставив мясо на месте и прихватив обновки вместе с сапогами, Айтир вышел из охотничьего домика. Он уже вполне понимал, где находится и что вокруг, так что, оказавшись снаружи, осмотрелся, прислушиваясь и принюхиваясь. Чутьем некроманта лес ощущался одним образом, а озеро — другим. Оно было достаточно близко, и Айтир двинулся к воде. Следовало хоть как-то ополоснуться — одна мысль о том, чтобы натянуть относительно чистую одежду на грязное тело, вызывала отвращение.

Некроманты вообще поневоле славились чистоплотностью, с их-то работой, алхимики — тем более. Айтир был и тем, и другим, и вдобавок просто не любил грязь. Так что на бурчание недовольного желудка, помнящего об оставленном мясе, он не обращал внимания, пока не отмылся, насколько это было возможно. Вытерся плащом, после и его прополоскав хорошенько, а то, что когда-то было одеждой, развеял в прах. И только приведя себя в порядок, отправился обратно, прикидывая, что делать дальше.

По всему выходило, что нужно было выполнять обещание, смотреть, что там с мальчишкой. Потом, как разберется с этим — разбираться уже с наемником. По-хорошему, ему Айтир тоже задолжал, пусть и не так много. Или наоборот, очень много? Мог ведь не возиться ни с чем, а просто сдать этому мужику и уйти. Ладно, это выяснится, нужно просто поговорить. Когда он вернулся в дом, сквозь крохотное оконце уже заглядывали первые солнечные лучи, пробившиеся через листву деревьев: отмывался Айтир долго. Поэтому он без особых угрызений совести потряс наемника за плечо.

Тот зашевелился сразу.