Фандом: Гарри Поттер. Второго шанса порой мало для счастья.
Добавить в моё избранное
17 мин, 45 сек 2317
«Я спасу её от тролля, и мы подружимся, — уже засыпая, подумал Поттер и улыбнулся. — В прошлый раз Гермиона сама решила с нами дружить, наверное, в этот будет так же».
И успокоенный этой мыслью, он, наконец, погрузился в беспокойный сон.
События разворачивались по знакомому сценарию, и, когда на Хэллоуин Гермиона не появилась на праздничном ужине, Гарри поспешил к злополучному туалету для девочек.
— Поттер!
Голос Флитвика прозвучал, когда Гарри почти добрался до выхода из Большого зала. Пришлось остановиться.
— Сэр?
— Вам чётко было сказано: отправляться в гостиную со старостами. Куда вы спешили?
Придумать ответ Поттер не успел, его подхватили под руку и повели в башню Равенкло. Все попытки освободиться провалились. Поняв, что вход в гостиную зачарован, и помочь Гермионе он не сможет, он поделился наблюдениями со старостой…
— Скажи ты чуть раньше, девчонка бы не пострадала, — недовольно сообщила староста на следующий день. — Тролль знатно её покалечил, да и напугал до заикания. Жить-то она будет, но когда поправится — неизвестно.
На глаза навернулись слёзы, так что пришлось Поттеру прятаться в спальне.
«Мало того, что сам помочь не смог, так ещё и из-за моей гордыни и желания стать в глазах Гермионы героем она чуть не погибла, — тщетно стараясь успокоиться, думал Гарри, сжимая кулаки. — Больше я не стану геройствовать! Чуть что — сразу пойду к Флитвику!»
О состоянии Гермионы старостам ничего не было известно, так что пришлось Поттеру идти с вопросом к декану, однако Флитвик ничем не смог помочь.
— Я лишь знаю, что девочку забрали из Мунго родители.
Гарри ждал возвращения лучшей подруги со смешанными чувствами. С одной стороны, не сообщи он старостам, Гермиона бы погибла, но с другой — он винил себя за задержку, из-за которой она пострадала. Не в силах выбрать, с чего начать разговор — с извинений или хвастовства, — Гарри даже немного радовался, что Гермиона ещё не вернулась… Пока не узнал, что она не вернётся никогда.
— Но она же волшебница! Ей нужно учиться…
— Уже нет, мистер Поттер, — сухо ответила МакГонагалл. — По требованию родителей мисс Грейнджер её магию связали, лишние воспоминания уничтожили, а палочку переломили.
Оглушённый новостью, Гарри даже не заметил ухода профессора.
«Маггла. Даже не сквиб… Никогда не вернётся… — мысли причиняли почти физическую боль. — А всё из-за моего желания подружиться!»
Замкнувшись в себе, Гарри механически ходил на занятия, делал уроки, отвечал профессорам — все мысли крутились вокруг «второго шанса».
Очнулся он только после скандала вокруг потерянных баллов, когда весь Гриффиндор объявил Рону и Невиллу бойкот. Поинтересовавшись подробностями, Гарри с удивлением выяснил, что сценарий снова пошёл не по знакомому руслу. Хагридова Норберта спасали Уизли с Лонгботтомом, а Малфой вовсе не пытался им помешать, когда попался ночью в компании гриффиндорцев — помогал. Что-то явно шло неправильно.
Больше не откладывая разговор с Флитвиком, Гарри поспешно рассказал о подозрительном поведении Квиррелла… но от него лишь отмахнулись.
— Мистер Поттер, профессор Квиррелл вам, возможно, не нравится, но это не повод придумывать страшилки.
Как Гарри ни пытался объяснить, что он ничего не придумывает, Флитвик лишь досадливо кривился.
Однако к концу недели профессор ЗОТИ пропал из школы. Гарри ждал вызова от директора — ведь того наверняка заинтересовало, как первокурсник смог разоблачить Волдеморта, но время шло, а на него по-прежнему никто не обращал внимания.
На Рождество Гарри решил вернуться к Дурслям — хотел найти Гермиону, но в последний момент передумал.
«А что я ей скажу? Она ничего не помнит о Хогвартсе, о магии, и тем более о нашей дружбе… С магглами она, по крайней мере, будет в безопасности».
Учебный год закончился без эксцессов. Гарри понятия не имел, какая судьба постигла Философский камень, но улыбка Дамблдора ни разу не померкла, а значит, всё было нормально.
Твёрдо решив не повторять своих ошибок, Гарри вёл себя примерно, не ссорился с Дурслями, ждал появление Добби и обдумывал, как заполучить дневник Риддла до того, как Джинни доберётся до василиска. Однако сценарий прошлой жизни был нещадно отредактирован.
Домовик не появился, в Косой переулок Гарри смог попасть лишь в последний день каникул, барьер на вокзале не был закрыт, а Джинни вовсе не смотрела на него влюблёнными глазами: мазнула взглядом и прошла мимо.
До самого Хэллоуина Гарри следил за Джинни, надеясь заполучить опасный артефакт, но Рон позаботился о том, чтобы «предатель Поттер» не мог приблизиться к сестре. Пришлось ждать нападения на миссис Норрис.
Вот только на этот раз пострадала не кошка, а Филч.
— Профессор Флитвик, это была Джинни Уизли!
И успокоенный этой мыслью, он, наконец, погрузился в беспокойный сон.
События разворачивались по знакомому сценарию, и, когда на Хэллоуин Гермиона не появилась на праздничном ужине, Гарри поспешил к злополучному туалету для девочек.
— Поттер!
Голос Флитвика прозвучал, когда Гарри почти добрался до выхода из Большого зала. Пришлось остановиться.
— Сэр?
— Вам чётко было сказано: отправляться в гостиную со старостами. Куда вы спешили?
Придумать ответ Поттер не успел, его подхватили под руку и повели в башню Равенкло. Все попытки освободиться провалились. Поняв, что вход в гостиную зачарован, и помочь Гермионе он не сможет, он поделился наблюдениями со старостой…
— Скажи ты чуть раньше, девчонка бы не пострадала, — недовольно сообщила староста на следующий день. — Тролль знатно её покалечил, да и напугал до заикания. Жить-то она будет, но когда поправится — неизвестно.
На глаза навернулись слёзы, так что пришлось Поттеру прятаться в спальне.
«Мало того, что сам помочь не смог, так ещё и из-за моей гордыни и желания стать в глазах Гермионы героем она чуть не погибла, — тщетно стараясь успокоиться, думал Гарри, сжимая кулаки. — Больше я не стану геройствовать! Чуть что — сразу пойду к Флитвику!»
О состоянии Гермионы старостам ничего не было известно, так что пришлось Поттеру идти с вопросом к декану, однако Флитвик ничем не смог помочь.
— Я лишь знаю, что девочку забрали из Мунго родители.
Гарри ждал возвращения лучшей подруги со смешанными чувствами. С одной стороны, не сообщи он старостам, Гермиона бы погибла, но с другой — он винил себя за задержку, из-за которой она пострадала. Не в силах выбрать, с чего начать разговор — с извинений или хвастовства, — Гарри даже немного радовался, что Гермиона ещё не вернулась… Пока не узнал, что она не вернётся никогда.
— Но она же волшебница! Ей нужно учиться…
— Уже нет, мистер Поттер, — сухо ответила МакГонагалл. — По требованию родителей мисс Грейнджер её магию связали, лишние воспоминания уничтожили, а палочку переломили.
Оглушённый новостью, Гарри даже не заметил ухода профессора.
«Маггла. Даже не сквиб… Никогда не вернётся… — мысли причиняли почти физическую боль. — А всё из-за моего желания подружиться!»
Замкнувшись в себе, Гарри механически ходил на занятия, делал уроки, отвечал профессорам — все мысли крутились вокруг «второго шанса».
Очнулся он только после скандала вокруг потерянных баллов, когда весь Гриффиндор объявил Рону и Невиллу бойкот. Поинтересовавшись подробностями, Гарри с удивлением выяснил, что сценарий снова пошёл не по знакомому руслу. Хагридова Норберта спасали Уизли с Лонгботтомом, а Малфой вовсе не пытался им помешать, когда попался ночью в компании гриффиндорцев — помогал. Что-то явно шло неправильно.
Больше не откладывая разговор с Флитвиком, Гарри поспешно рассказал о подозрительном поведении Квиррелла… но от него лишь отмахнулись.
— Мистер Поттер, профессор Квиррелл вам, возможно, не нравится, но это не повод придумывать страшилки.
Как Гарри ни пытался объяснить, что он ничего не придумывает, Флитвик лишь досадливо кривился.
Однако к концу недели профессор ЗОТИ пропал из школы. Гарри ждал вызова от директора — ведь того наверняка заинтересовало, как первокурсник смог разоблачить Волдеморта, но время шло, а на него по-прежнему никто не обращал внимания.
На Рождество Гарри решил вернуться к Дурслям — хотел найти Гермиону, но в последний момент передумал.
«А что я ей скажу? Она ничего не помнит о Хогвартсе, о магии, и тем более о нашей дружбе… С магглами она, по крайней мере, будет в безопасности».
Учебный год закончился без эксцессов. Гарри понятия не имел, какая судьба постигла Философский камень, но улыбка Дамблдора ни разу не померкла, а значит, всё было нормально.
Твёрдо решив не повторять своих ошибок, Гарри вёл себя примерно, не ссорился с Дурслями, ждал появление Добби и обдумывал, как заполучить дневник Риддла до того, как Джинни доберётся до василиска. Однако сценарий прошлой жизни был нещадно отредактирован.
Домовик не появился, в Косой переулок Гарри смог попасть лишь в последний день каникул, барьер на вокзале не был закрыт, а Джинни вовсе не смотрела на него влюблёнными глазами: мазнула взглядом и прошла мимо.
До самого Хэллоуина Гарри следил за Джинни, надеясь заполучить опасный артефакт, но Рон позаботился о том, чтобы «предатель Поттер» не мог приблизиться к сестре. Пришлось ждать нападения на миссис Норрис.
Вот только на этот раз пострадала не кошка, а Филч.
— Профессор Флитвик, это была Джинни Уизли!
Страница 4 из 6
