Фандом: Ориджиналы. Суровы будни вертухаев и их юмор мало кому понятен.
Добавить в моё избранное
2 мин, 54 сек 16664
Громко звякнув, отошёл язычок замка. Скрипнула, открываясь, решётчатая дверь. Убрав ключи в карман, девушка в полевой форме повернулась ко мне и, улыбнувшись, звонко воскликнула:
— Руки за спину! Митрохин, не заставляйте меня применять к вам силу!
Я усмехнулся, склонил голову и, сцепив руки за спиной в замок, прошёл через открытую дверь в коридор режимного корпуса. Дежурный по этажу, сидевший напротив входа, сначала удивлённо уставился на меня, а потом, вспомнив, засмеялся. Сзади меня ткнули в спину:
— Давай, иди, чего встал? — с трудом сдерживая смех, произнесла девушка.
— Товарищ лейтенант… — обернувшись, жалобно вполголоса проговорил я, стараясь не поднимать взгляд и давясь от рвущегося наружу хохота.
— Иди уже! — смешно сморщив личико, попыталась сурово прикрикнуть она.
Так мы и пошли под весёлый ржач дежурного по этажу: девушка в полевой форме и погонами лейтенанта с улыбкой на лице конвоировала медленно шагавшего, сгорбившегося и сцепившего за спиной руки молодого парня, одетого в повседневную форму УФСИН с погонами капитана на плечах…
Я шёл и вспоминал. С чего началось, что уже три года работая инженером группы автоматизации в следственном изоляторе, я каждый раз был вынужден, оказываясь в режимном корпусе, убирать руки за спину?
Шёл второй день моей работы в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я). Я устроился туда в горячую пору — предыдущий инженер ушёл аж три месяца назад, и техника потихоньку загибалась. Поэтому уже в первый день я метался по всему административному корпусу, не зная продыху. А на второй день с самого утра двинулся в режимный корпус. Тогда еще я не получил звания, числился вольнонаёмным и ходил в обычной одежде. Допуска в режим у меня тоже не было, но в дежурке никто не мог меня проводить туда: все были заняты, пришёл этап. Но, не долго думая, ДПНСИ выдал мне ключ, объяснив это тем, что по долгу службы я буду часто бывать в режиме и сопровождение мне ни к чему.
Пройдя длинным, закрытым со всех сторон решётками и колючей проволокой коридором, я открыл ключом решётчатую дверь, и она, громко скрипнув, пропустила меня в режим.
Пройдя уже треть коридора, я услышал за спиной чей-то ошалевший голос:
— Какого?
Оглянувшись, я увидел медленно приподнимающегося со стула дежурного по этажу. Он удивлённо смотрел на меня и силился сказать что-то внятное, но не мог выдавить слова из глотки.
Подождав недолго, я продолжил путь. А сзади раздался крик:
— Руки за спину!
Не совсем поняв к кому обращается дежурный, я невозмутимо пошёл дальше. И через секунду крик повторился:
— Я сказал, руки за спину! Твою ж мать!
Раздался гулкий топот, но не успел я повернуться навстречу дежурному, как почувствовал сильную боль — он заламывал мою левую руку, крепко вцепившись в неё. С трудом вывернувшись, я дёрнул парня на себя и перебросил через бедро.
— Второй пост, тревога! — оказавшись на полу, дежурный не растерялся и включил рацию, висевшую у него на груди, а потом, выхватив дубинку с крепления на ремне, бросился на меня.
— Какого хуя, сука? Ты ебанулся? — пропустив первый же удар резиновой дубиной прямо в лицо и с трудом удержавшись на ногах, взревел я.
Парень не ответил — он атаковал меня, и мне пришлось уйти в глухую оборону, медленно отступая под градом ударов.
А через пару минут в коридор на первом этаже режимного корпуса ворвался вооружённый автоматами караул. Меня повалили на пол и только решили утихомирить, надавав пинков, как один из них, узнав меня, воскликнул:
— Бля, так это же наш новый инженер! Ты как тут оказался?
Я лишь невнятно что-то пробурчал ему в ответ, прижимая ладонь к стремительно опухавшей челюсти…
С тех пор, каждый раз, когда я захожу в режимный корпус, кто-нибудь обязательно прикажет мне:
— Руки за спину!
— Руки за спину! Митрохин, не заставляйте меня применять к вам силу!
Я усмехнулся, склонил голову и, сцепив руки за спиной в замок, прошёл через открытую дверь в коридор режимного корпуса. Дежурный по этажу, сидевший напротив входа, сначала удивлённо уставился на меня, а потом, вспомнив, засмеялся. Сзади меня ткнули в спину:
— Давай, иди, чего встал? — с трудом сдерживая смех, произнесла девушка.
— Товарищ лейтенант… — обернувшись, жалобно вполголоса проговорил я, стараясь не поднимать взгляд и давясь от рвущегося наружу хохота.
— Иди уже! — смешно сморщив личико, попыталась сурово прикрикнуть она.
Так мы и пошли под весёлый ржач дежурного по этажу: девушка в полевой форме и погонами лейтенанта с улыбкой на лице конвоировала медленно шагавшего, сгорбившегося и сцепившего за спиной руки молодого парня, одетого в повседневную форму УФСИН с погонами капитана на плечах…
Я шёл и вспоминал. С чего началось, что уже три года работая инженером группы автоматизации в следственном изоляторе, я каждый раз был вынужден, оказываясь в режимном корпусе, убирать руки за спину?
Шёл второй день моей работы в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РС(Я). Я устроился туда в горячую пору — предыдущий инженер ушёл аж три месяца назад, и техника потихоньку загибалась. Поэтому уже в первый день я метался по всему административному корпусу, не зная продыху. А на второй день с самого утра двинулся в режимный корпус. Тогда еще я не получил звания, числился вольнонаёмным и ходил в обычной одежде. Допуска в режим у меня тоже не было, но в дежурке никто не мог меня проводить туда: все были заняты, пришёл этап. Но, не долго думая, ДПНСИ выдал мне ключ, объяснив это тем, что по долгу службы я буду часто бывать в режиме и сопровождение мне ни к чему.
Пройдя длинным, закрытым со всех сторон решётками и колючей проволокой коридором, я открыл ключом решётчатую дверь, и она, громко скрипнув, пропустила меня в режим.
Пройдя уже треть коридора, я услышал за спиной чей-то ошалевший голос:
— Какого?
Оглянувшись, я увидел медленно приподнимающегося со стула дежурного по этажу. Он удивлённо смотрел на меня и силился сказать что-то внятное, но не мог выдавить слова из глотки.
Подождав недолго, я продолжил путь. А сзади раздался крик:
— Руки за спину!
Не совсем поняв к кому обращается дежурный, я невозмутимо пошёл дальше. И через секунду крик повторился:
— Я сказал, руки за спину! Твою ж мать!
Раздался гулкий топот, но не успел я повернуться навстречу дежурному, как почувствовал сильную боль — он заламывал мою левую руку, крепко вцепившись в неё. С трудом вывернувшись, я дёрнул парня на себя и перебросил через бедро.
— Второй пост, тревога! — оказавшись на полу, дежурный не растерялся и включил рацию, висевшую у него на груди, а потом, выхватив дубинку с крепления на ремне, бросился на меня.
— Какого хуя, сука? Ты ебанулся? — пропустив первый же удар резиновой дубиной прямо в лицо и с трудом удержавшись на ногах, взревел я.
Парень не ответил — он атаковал меня, и мне пришлось уйти в глухую оборону, медленно отступая под градом ударов.
А через пару минут в коридор на первом этаже режимного корпуса ворвался вооружённый автоматами караул. Меня повалили на пол и только решили утихомирить, надавав пинков, как один из них, узнав меня, воскликнул:
— Бля, так это же наш новый инженер! Ты как тут оказался?
Я лишь невнятно что-то пробурчал ему в ответ, прижимая ладонь к стремительно опухавшей челюсти…
С тех пор, каждый раз, когда я захожу в режимный корпус, кто-нибудь обязательно прикажет мне:
— Руки за спину!
