Фандом: Гарри Поттер. Через два месяца после расстроившего Гермиону разговора старых друзей состоялся ещё один. Дольше и откровеннее. О жизни, смерти и любви, о детстве, выборе и судьбе, о магии, науке и обществе. А ещё об уме и глупости, о кровной защите и крестражах и многом другом.
Добавить в моё избранное
309 мин, 52 сек 4742
Если бы я подождал ответа или вместо «целовались» сказал«трахались»…
— Ты бы узнал правду и не смог бы скрыть её от меня. Твоё мнение?
— Скорее да, но секс слишком пресен без ревности ко мне.
— У меня такое же. Слишком уверенным он был в первый наш раз. Надо было бросать его, как только он начал лизаться с Лавандой. Открыть тебе ворота и пригласить. Нам всем, и ей тоже, спасла бы кучу времени.
— Кто знает, что случилось бы. Ладно, хватит мне одному отдуваться. Расскажи, что за любовь такая была ко мне, что ты ради неё вдруг начала сама бегать за Роном ещё в Норе перед шестым курсом?
— Я же говорила…
— Не надо. Вот ни за что не поверю, что ты изображала увлечение Роном, а сама с ещё большей силой изнывала от любви ко мне. Разве что она была дружеская или сестринская, а?
— В детстве мечтала, что у меня будет любовь, одна и на всю жизнь. Даже неважно, если без взаимности, тогда стану героиней трагедии о неразделённой любви. Бойтесь исполнения желаний. Получилось. Теперь вижу, что всё остальное — не то. Но до сих пор не в силах понять, почему я отвлекалась на обманки и не верила в реальность…
— Трудно начать? Тогда я отсеку пару-тройку дурацких вариантов. Ты меня любила неосознанно. А Рона, значит, осознанно? Даже обсуждать страшно. С древних времён люди ощущали, рядом с кем колотится сердечко, путаются мысли или просто хорошо на душе. Обычно, если за полгода-год половозрелые особи не осознают любви, значит ничего не было, кроме фантазий. Что ты хотела в постель нас обоих вариант странный, но возможный. Нужно было предложить нам втроём в Индию переехать.
— В районы, где разрешено многомужество? Там от бедности, в одиночку муж просто не может содержать семью, приходится делить одну жену на нескольких.
— В наших условиях тоже можно устроить, парой любовников или мужем с любовником вряд ли кого сейчас удивишь, я тебе не отказал бы. Рону даже знать необязательно, магия поможет. Почти то же самое, что и готовность прыгнуть в мою постель из постели Рона, только неоднократная.
— Издеваешься? Ещё.
— Тебе захотелось, чтобы как у всех был парень. Но ты с самого начала учёбы поступала и вела себя не как все. Зачем тебе поддаваться давлению среды, куда торопиться? Если так уж важен статус, можно найти кого-то незнакомого, на стороне, у магглов. Даже лучше, можно спокойно заявить окружающим, что у тебя есть парень и показывать настоящие письма. А если физиология заработала, то тогда имело смысл направить активность на того, кого любишь. Или я в тот момент стал недостоин? Рон по всем признакам — один из наихудших для тебя вариантов.
— Может быть я действительно разочаровалась тогда в тебе.
— Ну-ка, ну-ка, а поподробнее?
— Ты сам сказал, что деградировал из маленького мужчины-героя в истеричку, вместо самостоятельности в тебе развивалась упёртость упорно идущего на убой барана. Вначале в тебе чувствовался стержень, но со временем я всё больше сомневалась в его существовании. — Гермиона махнула рукой. — Это как если бы МакГоннагал, нет, лучше Дамблдор стал вести себя, как Снейп. И чем дальше — тем больше.
— А Рон?
— У Рона была целевая упёртость, которая была сильнее похожа на самостоятельность. Должна быть жизнь не хуже других, в ней должна быть работа, желательно полегче, любовь, семья, квиддич, друзья или друг. У тебя, невзирая на всю твою убеждённость, что Дамблдор организует тебе победу, никаких реальных планов. Аврор по примеру отца, а сам? Чего сам-то хочешь?
— Даже если так, то довольно быстро стало бы понятно, что самостоятельность у Рона основана на убеждении, что мир ему должен. И реализовывать её для него обязаны другие, ты и я в первую очередь.
— Одно слово — нахлебник.
— Он никогда не скрывал. А как мы выяснили, таковы большинство магов.
— Честный паразит.
— Жжёт, что у него семья? Не завидуй. Пьёт он, по-чёрному.
— С чего бы? Ты говорил, что он доволен.
— Это Рон сказал, чтобы я не жалел его. Подозреваю, что кто-то ему проболтался о моей проблеме, и в последние пару лет он почти не просыхает. Раньше с кем-то, с Невиллом или Дином, а теперь почти всегда в одиночку. Может быть, не хочет оставаться один, без друзей?
— А пришлось…
— Не надо, некрасиво… Продолжишь про себя? Если не можешь говорить прямо, тогда поведай мне, печальная о дева, своей души таинственные сны.
— Давно придумал.
— Считай экспромтом.
— Темнишь, но бог с тобой. Ты прав, по большому счёту, для меня весь роман с Роном до сих пор загадка. Почти все важный решения в жизни я принимала, обдумав и приняв во внимание все известные мне обстоятельства. Даже те, первопричиной которых были мои чувства. И если отбросить лишение родителей памяти, то только изменение статуса Рона я приняла безо всяких размышлений, вчера — нет, сегодня — есть.
— Ты бы узнал правду и не смог бы скрыть её от меня. Твоё мнение?
— Скорее да, но секс слишком пресен без ревности ко мне.
— У меня такое же. Слишком уверенным он был в первый наш раз. Надо было бросать его, как только он начал лизаться с Лавандой. Открыть тебе ворота и пригласить. Нам всем, и ей тоже, спасла бы кучу времени.
— Кто знает, что случилось бы. Ладно, хватит мне одному отдуваться. Расскажи, что за любовь такая была ко мне, что ты ради неё вдруг начала сама бегать за Роном ещё в Норе перед шестым курсом?
— Я же говорила…
— Не надо. Вот ни за что не поверю, что ты изображала увлечение Роном, а сама с ещё большей силой изнывала от любви ко мне. Разве что она была дружеская или сестринская, а?
— В детстве мечтала, что у меня будет любовь, одна и на всю жизнь. Даже неважно, если без взаимности, тогда стану героиней трагедии о неразделённой любви. Бойтесь исполнения желаний. Получилось. Теперь вижу, что всё остальное — не то. Но до сих пор не в силах понять, почему я отвлекалась на обманки и не верила в реальность…
— Трудно начать? Тогда я отсеку пару-тройку дурацких вариантов. Ты меня любила неосознанно. А Рона, значит, осознанно? Даже обсуждать страшно. С древних времён люди ощущали, рядом с кем колотится сердечко, путаются мысли или просто хорошо на душе. Обычно, если за полгода-год половозрелые особи не осознают любви, значит ничего не было, кроме фантазий. Что ты хотела в постель нас обоих вариант странный, но возможный. Нужно было предложить нам втроём в Индию переехать.
— В районы, где разрешено многомужество? Там от бедности, в одиночку муж просто не может содержать семью, приходится делить одну жену на нескольких.
— В наших условиях тоже можно устроить, парой любовников или мужем с любовником вряд ли кого сейчас удивишь, я тебе не отказал бы. Рону даже знать необязательно, магия поможет. Почти то же самое, что и готовность прыгнуть в мою постель из постели Рона, только неоднократная.
— Издеваешься? Ещё.
— Тебе захотелось, чтобы как у всех был парень. Но ты с самого начала учёбы поступала и вела себя не как все. Зачем тебе поддаваться давлению среды, куда торопиться? Если так уж важен статус, можно найти кого-то незнакомого, на стороне, у магглов. Даже лучше, можно спокойно заявить окружающим, что у тебя есть парень и показывать настоящие письма. А если физиология заработала, то тогда имело смысл направить активность на того, кого любишь. Или я в тот момент стал недостоин? Рон по всем признакам — один из наихудших для тебя вариантов.
— Может быть я действительно разочаровалась тогда в тебе.
— Ну-ка, ну-ка, а поподробнее?
— Ты сам сказал, что деградировал из маленького мужчины-героя в истеричку, вместо самостоятельности в тебе развивалась упёртость упорно идущего на убой барана. Вначале в тебе чувствовался стержень, но со временем я всё больше сомневалась в его существовании. — Гермиона махнула рукой. — Это как если бы МакГоннагал, нет, лучше Дамблдор стал вести себя, как Снейп. И чем дальше — тем больше.
— А Рон?
— У Рона была целевая упёртость, которая была сильнее похожа на самостоятельность. Должна быть жизнь не хуже других, в ней должна быть работа, желательно полегче, любовь, семья, квиддич, друзья или друг. У тебя, невзирая на всю твою убеждённость, что Дамблдор организует тебе победу, никаких реальных планов. Аврор по примеру отца, а сам? Чего сам-то хочешь?
— Даже если так, то довольно быстро стало бы понятно, что самостоятельность у Рона основана на убеждении, что мир ему должен. И реализовывать её для него обязаны другие, ты и я в первую очередь.
— Одно слово — нахлебник.
— Он никогда не скрывал. А как мы выяснили, таковы большинство магов.
— Честный паразит.
— Жжёт, что у него семья? Не завидуй. Пьёт он, по-чёрному.
— С чего бы? Ты говорил, что он доволен.
— Это Рон сказал, чтобы я не жалел его. Подозреваю, что кто-то ему проболтался о моей проблеме, и в последние пару лет он почти не просыхает. Раньше с кем-то, с Невиллом или Дином, а теперь почти всегда в одиночку. Может быть, не хочет оставаться один, без друзей?
— А пришлось…
— Не надо, некрасиво… Продолжишь про себя? Если не можешь говорить прямо, тогда поведай мне, печальная о дева, своей души таинственные сны.
— Давно придумал.
— Считай экспромтом.
— Темнишь, но бог с тобой. Ты прав, по большому счёту, для меня весь роман с Роном до сих пор загадка. Почти все важный решения в жизни я принимала, обдумав и приняв во внимание все известные мне обстоятельства. Даже те, первопричиной которых были мои чувства. И если отбросить лишение родителей памяти, то только изменение статуса Рона я приняла безо всяких размышлений, вчера — нет, сегодня — есть.
Страница 23 из 85
