Охотница за душами

Вино, коньяк и прочие радости жизни в другом месте, но тоже к твоим услугам. Солёные огурчики и два кекса с изюмом. Я их тут регулярно обновляю, цитаты ради. Масса соусов. Кажется, всё. Что будешь?

— У тебя, случайно, ноги не волосатые? — умилённо поинтересовалась Тень, мигом оказываясь рядом и тоже проскальзывая в холодильник — только не по пояс, а по самые бёдра.

Вечер обещал быть томным… желудочно.

Глава двадцатая

в которой совмещены три совершенно разных, но, тем не менее, связанных воедино зарисовки, а также присутствует некоторый экскурс в историю Государства Российского.

Они встретились на Марсовых Полях, на скамейке неподалёку от Вечного Огня, под блёклым светом серого питерского солнца. Молодой человек с кофром для виолончели и девушка, каких тысячи в этом городе. Она чуть заметно нервничала. Он был подчёркнуто спокоен. Хотя большую часть этого спокойствия обеспечивал надвинутый на самые глаза капюшон ветровки. Кто осудит? Для города на Неве лучшая одежда та, что может сберечь голову в сухости.

— Мне передали, что сегодня прибудет курьер… — начала девушка и осеклась, наткнувшись на твёрдый взгляд серых глаз из-под капюшона. — Вы?

— Я счёл необходимым личное присутствие. — Глубокий голос, исполненный внутренней силы, совершенно не вязался с невыразительной внешностью её собеседника. — Кроме того, могут возникнуть непредвиденные обстоятельства. Я не прав?

Она помолчала, собираясь с мыслями. Его она не ожидала увидеть здесь и сейчас. Но вопрос требовал ответа, и она сделала над собой усилие:

— Ничего, что может помешать исполнению Вашего плана.

— Ты уверена?

— Да. Абсолютно. Агентство подозревает что-то, но они не знают, кто я. Кроме того, они не в курсе, что у меня появился жрец. — Девушка выдержала паузу и, наконец, решилась:

— Зачем Вы здесь?

— Я принёс то, что повысит ставки с одной стороны, с другой же, улучшит твои шансы. Серьёзно улучшит. Не будем разводить политес. — Он расстегнул кофр и показал девушке его содержимое. Несколько минут она не дышала, боясь поверить в то, что увиденное реально.

— Это… он? — выдавила она, наконец.

— Да. Надеюсь, теперь у тебя не возникнет непредвиденных обстоятельств?

— Нет. — Она все ещё не могла оторваться от содержимого кофра. — Теперь — нет.

— Прекрасно. — Он застегнул чехол, передал его девушке и поднялся со скамейки. — Мне пора. Когда ты начинаешь?

— Послезавтра. — Она сглотнула. — Вы будете…

— Ни в коем случае. — Из-под капюшона сверкнула серая молния взгляда. — Никто. Повторюсь: никто не должен знать, что я имею к происходящему какое-либо отношение. Это ясно?

— Да. Когда я закончу, как я смогу с Вами связаться?

— Письмо до востребования на лондонский адрес. Ты его знаешь. Удачи.

Он повернулся к ней спиной и растворился в скудном потоке праздношатающихся.

Девушка некоторое время сидела, прижимая к груди кофр, потом глубоко вздохнула и достала мобильный телефон.

— Алло? Кариат, мы начинаем действовать немедленно.

В Пулково, как и обычно, царила атмосфера непринуждённой суеты. Улетающие и прибывающие туристы. Необременительные расставания и необязательные встречи. На этом фоне неподдельная боль от разлуки выглядела бы несколько гротескно. Именно поэтому Вит сделал так, что их прощание с братом никто не мог увидеть.

— Тебе не обязательно это делать. — Нам был серьёзен. Он сильнее обычного опирался на трость, которой был вынужден пользоваться из-за общей слабости организма. — Честное слово, я запретил бы тебе, но…

— Но ты не можешь, — подхватил эмиссар. — Давно прошли те времена, когда ты мог мне что-то запретить. К сожалению.

— К сожалению, — эхом отозвался квартерон. — Вы настолько серьёзно поругались?

— Син действует так, как ей подсказывает Процесс. Я действую только так, как считаю нужным. Это вечная наша точка преткновения. Мы успокоимся и снова помиримся. Не дёргайся.

— Я и не дёргаюсь. Просто только-только всё начало налаживаться…

— Объявлена посадка на рейс Ю-Эн восемь-шесть-семь, Санкт-Петербург — Токио, — объявил по громкой связи приятный женский голос. — Просим пассажиров пройти на стойку регистрации…

— Твой рейс, — дёрнул головой Вит. — Она прилетит к тебе через пару дней, брат, когда успокоится. А я… В общем, я делаю то, что нужно. И помни: нет ничего абсолютного.

— Я помню. — Губы Нама дрогнули, но он усилием воли превратил гримасу в улыбку. — Жаль, что твоего решения уже не изменить.

— Заметь, в отличие от прежних времён, я заранее предупредил тебя о нём, — усмехнулся Вит, крепко обнимая брата. — Думай о хорошем. Тем более, что у тебя ещё полно дел. Особенно учитывая последние данные.

— Да уж. Данные хоть куда.

— Ладно. Двигай, давай.