Фандом: Гарри Поттер. У нас нет четкого плана, только карта и куча свободного времени. У нас впереди — я точно знаю! — много радости и смеха, много новых впечатлений и новых мест, много музыки и много свободы. Мы идем навстречу приключениям.
Добавить в моё избранное
72 мин, 14 сек 16923
мой. И я закрываю глаза, и я отчетливо понимаю, что вот он — мир, воспетый Джоном Ленноном. Он — во мне. Он существует, потому что родной и настоящий Малфой обнимает меня и целует мои волосы, потому что мы застыли посреди Белой комнаты, а в горле у меня стоит такой тугой комок, что проглотить его просто невозможно. Он существует, потому что мечты сбываются.
И в «Magical mystery tour» мы, конечно же, тоже едем. Веселенький автобус, наполненный такими же сумасшедшими, как и мы, везет нас по Ливерпулю, мимо домов, в которых«битлы» когда-то родились, мимо школ, в которых они когда-то учились, мимо Penny Lane, мимо Strawberry Field. Мы держим друг дружку за руки так сильно, что белеют костяшки пальцев. Мы смотрим друг дружке в глаза и видим в них собственное отражение. Мы поем друг дружке«I wanna hold your hand» и улыбаемся. И улыбки у нас абсолютно безумные. Абсолютно счастливые.
Мы фотографируемся с бронзовым Джоном, который привалился к стене возле входа в настоящий «Каверн — паб», и я не перестаю благодарить Мерлина за то, что в моей жизни случился город, пахнущий морем и машинным маслом, а Малфой в совершенстве владеет невербальным заклинанием Конфундуса.
7.
— Есть две команды по одиннадцать человек, двое ворот и один мяч. Задача — забить мяч в ворота соперника, не трогая его руками. Ну, это если вкратце, — я поправляю красный шарф и начинаю расчесывать волосы. Скорп за спиной натягивает футболку с эмблемой «Манчестер Юнайтед» и задумчиво лохматит волосы.
— Только один мяч?
— Ага.
— Только двое ворот?
— Ага.
— И мяч передают друг другу ногами?
— Ага.
— И никаких метел?
— Они же маглы! Какие, к черту, метлы?
— По-моему, скукотища.
— Иди в пень. Вот когда попадешь на стадион, тогда и поймешь, насколько это круто. Да и болеют маглы совсем по-другому. Во всяком случае, здесь. — Я улыбаюсь, представив реакцию Скорпа на Стретфорд Энд.
— С кем играют хоть?
— «Интер», Италия. 1/8 кубка Лиги Чемпионов.
— А если я на игру одену футболку этого твоего «Интера»? — улыбается парень, подходя ко мне сзади и обнимая.
— Сдурел, да? Побьют же, — я говорю абсолютно спокойно, Малфой косится на меня недоверчиво, но тему вражеской атрибутики больше не поднимает.
А через час мы уже вливаемся в шумную толпу «красных дьяволов», и она несет нас к стадиону «Олд Траффорд». Сегодня в Манчестере футбольный праздник. Сегодня стадион, вмещающий семьдесят шесть тысяч человек, снова будет полностью забит. Сегодня в головах всех фанов бьется только одно: «Красные порвут сине-черных».
На футбол я впервые попала, когда мне было лет шесть. Мы вместе с Алом и Джеймсом гостили у Дурслей, папиных родственников. Их сын, Фред, ярый фанат лондонского «Арсенала», упросил дядю Дадли отвести нас на матч. И я пропала. Совсем. Окончательно. Даже не так сама игра сначала захватила меня, в свои шесть я еще не могла полностью разобраться в тонкостях передач и тактике команд, меня покорила атмосфера стадиона. Люди — веселые и шумные, одетые в цвета любимой команды и с нарисованными флажками на щеках, размахивающие шарфами и кричащие речевки — все это было так ярко, так неудержимо, так празднично! Я не могла не влюбиться в эту игру.
И сегодня я купила билеты на верхний ярус Стретфорд Энда, западной трибуны стадиона, сердце фан-клуба «МЮ», не случайно. Я хочу, чтобы Малфой влюбился в эту игру так же, как влюбилась в нее я.
И когда мы оказываемся на своих местах, а арбитр дает стартовый свисток, я понимаю, что не прогадала. Серые-серые глаза Скорпа загораются азартным огнем, и уже через несколько минут он подпевает всем остальным фанам, даже не порываясь присесть. Первый гол Манчестер забивает на двадцать седьмой минуте после выхода один на один. Всеобщее безумие захватывает нас, я ору так, что сомнений не остается — завтра я вряд ли смогу сказать хоть слово. Но разве это имеет хоть какое-то значение, когда на радостях ты обнимаешь незнакомых людей, когда от рева трибун закладывает уши, когда все вокруг сияет от улыбок? Мы поем и кричим, мы материмся и злимся, мы радуемся и ликуем. После пропущенного мяча Интер просыпается и пытается пробить оборону «МЮ», но взамен получает еще один гол. Нашему счастью нет предела.
И когда по окончании матча ликующая красная толпа выносит нас со стадиона, мы совершаем марафон по пабам, где пьем пиво и смеемся, поем песни и кричим речевки, обнимаем незнакомцев и много курим. Я смотрю на Скорпа, который о чем-то оживленно рассказывает толстяку в манчестеровском шарфе, смотрю на его горящие глаза и понимаю — он болен. Он болен футболом.
Манчестер не засыпает до глубокой ночи. Невозможно спать, когда твоя команда проходит в 1/4 Лиги Чемпионов.
8.
Мы устали. С автостопом не сложилось, и мы долго шли пешком. Так долго, что ноги сейчас ноют немилосердно, а лямки рюкзаков натерли плечи.
И в «Magical mystery tour» мы, конечно же, тоже едем. Веселенький автобус, наполненный такими же сумасшедшими, как и мы, везет нас по Ливерпулю, мимо домов, в которых«битлы» когда-то родились, мимо школ, в которых они когда-то учились, мимо Penny Lane, мимо Strawberry Field. Мы держим друг дружку за руки так сильно, что белеют костяшки пальцев. Мы смотрим друг дружке в глаза и видим в них собственное отражение. Мы поем друг дружке«I wanna hold your hand» и улыбаемся. И улыбки у нас абсолютно безумные. Абсолютно счастливые.
Мы фотографируемся с бронзовым Джоном, который привалился к стене возле входа в настоящий «Каверн — паб», и я не перестаю благодарить Мерлина за то, что в моей жизни случился город, пахнущий морем и машинным маслом, а Малфой в совершенстве владеет невербальным заклинанием Конфундуса.
7.
— Есть две команды по одиннадцать человек, двое ворот и один мяч. Задача — забить мяч в ворота соперника, не трогая его руками. Ну, это если вкратце, — я поправляю красный шарф и начинаю расчесывать волосы. Скорп за спиной натягивает футболку с эмблемой «Манчестер Юнайтед» и задумчиво лохматит волосы.
— Только один мяч?
— Ага.
— Только двое ворот?
— Ага.
— И мяч передают друг другу ногами?
— Ага.
— И никаких метел?
— Они же маглы! Какие, к черту, метлы?
— По-моему, скукотища.
— Иди в пень. Вот когда попадешь на стадион, тогда и поймешь, насколько это круто. Да и болеют маглы совсем по-другому. Во всяком случае, здесь. — Я улыбаюсь, представив реакцию Скорпа на Стретфорд Энд.
— С кем играют хоть?
— «Интер», Италия. 1/8 кубка Лиги Чемпионов.
— А если я на игру одену футболку этого твоего «Интера»? — улыбается парень, подходя ко мне сзади и обнимая.
— Сдурел, да? Побьют же, — я говорю абсолютно спокойно, Малфой косится на меня недоверчиво, но тему вражеской атрибутики больше не поднимает.
А через час мы уже вливаемся в шумную толпу «красных дьяволов», и она несет нас к стадиону «Олд Траффорд». Сегодня в Манчестере футбольный праздник. Сегодня стадион, вмещающий семьдесят шесть тысяч человек, снова будет полностью забит. Сегодня в головах всех фанов бьется только одно: «Красные порвут сине-черных».
На футбол я впервые попала, когда мне было лет шесть. Мы вместе с Алом и Джеймсом гостили у Дурслей, папиных родственников. Их сын, Фред, ярый фанат лондонского «Арсенала», упросил дядю Дадли отвести нас на матч. И я пропала. Совсем. Окончательно. Даже не так сама игра сначала захватила меня, в свои шесть я еще не могла полностью разобраться в тонкостях передач и тактике команд, меня покорила атмосфера стадиона. Люди — веселые и шумные, одетые в цвета любимой команды и с нарисованными флажками на щеках, размахивающие шарфами и кричащие речевки — все это было так ярко, так неудержимо, так празднично! Я не могла не влюбиться в эту игру.
И сегодня я купила билеты на верхний ярус Стретфорд Энда, западной трибуны стадиона, сердце фан-клуба «МЮ», не случайно. Я хочу, чтобы Малфой влюбился в эту игру так же, как влюбилась в нее я.
И когда мы оказываемся на своих местах, а арбитр дает стартовый свисток, я понимаю, что не прогадала. Серые-серые глаза Скорпа загораются азартным огнем, и уже через несколько минут он подпевает всем остальным фанам, даже не порываясь присесть. Первый гол Манчестер забивает на двадцать седьмой минуте после выхода один на один. Всеобщее безумие захватывает нас, я ору так, что сомнений не остается — завтра я вряд ли смогу сказать хоть слово. Но разве это имеет хоть какое-то значение, когда на радостях ты обнимаешь незнакомых людей, когда от рева трибун закладывает уши, когда все вокруг сияет от улыбок? Мы поем и кричим, мы материмся и злимся, мы радуемся и ликуем. После пропущенного мяча Интер просыпается и пытается пробить оборону «МЮ», но взамен получает еще один гол. Нашему счастью нет предела.
И когда по окончании матча ликующая красная толпа выносит нас со стадиона, мы совершаем марафон по пабам, где пьем пиво и смеемся, поем песни и кричим речевки, обнимаем незнакомцев и много курим. Я смотрю на Скорпа, который о чем-то оживленно рассказывает толстяку в манчестеровском шарфе, смотрю на его горящие глаза и понимаю — он болен. Он болен футболом.
Манчестер не засыпает до глубокой ночи. Невозможно спать, когда твоя команда проходит в 1/4 Лиги Чемпионов.
8.
Мы устали. С автостопом не сложилось, и мы долго шли пешком. Так долго, что ноги сейчас ноют немилосердно, а лямки рюкзаков натерли плечи.
Страница 7 из 20
