Душа, покоренная морем

— Нет, Джек. Я не хочу идти смотреть на закат. И я знаю, что это глупо — живя на острове, стараться не подходить к морю.

— Это не просто глупо, Цыпа. Это безумие. Все, что есть хорошего на этом маленьком острове, на котором ты себя заживо похоронила, это закаты. А ты отказываешься идти смотреть на них.

— Джек, — Элизабет вздохнула и опять остановила себя за мгновение до готового вырваться согласия, — давай прогуляемся вглубь острова.

— Нет, нет и нет, мне хватит картин местных красот на всю жизнь, а на побережье мы еще ни разу не ходили. Я покажу тебе Жемчужину. Перед тем, как заплыть к тебе, мы были на Тортуге и хорошо ее почистили, теперь она сверкает, как красотка на званом ужине. Неужели ты хочешь навечно заточить себя на этом жалком клочке суши? Не хочешь вновь почувствовать под ногами скрип палубы, ощутить ветер в волосах и прохладу соленых брызг?

— Я оставила это в прошлом.

— Нет, — твердо сказал Джек. — Я в это не верю, ты не можешь так поступить с собой, ты рождена не для этого, ты рождена для моря, поверь, Цыпа, уж я-то что-то в этом понимаю. Сейчас я пойду, пожалуй, но когда я вернусь, я хочу услышать, что ты не собралась себя похоронить тут заживо и все-таки вылезешь из своей могилы.

С этими словами Джек развернулся и своей неизменной походочкой направился в сторону моря, где ждала шлюпка, готовая отвезти его на корабль.

— Ну что, капитан, где мисс Элизабет? Вы обещали привезти ее.

— Мистер Гиббс, вы видите в лодке кого-то, кроме меня?

— Нет, капитан.

— Ну тогда вам должно быть понятно, что ваша драгоценная мисс Элизабет осталась на острове, для старпома вы задаете слишком глупые вопросы. И вообще, чем занимается команда, где все? В следующий раз, когда я окажусь на палубе, я хочу видеть всех при деле, а не праздно шатающихся, и выглядывающих драгоценную мисс Элизабет, — и, уже отвернувшись, бросил через плечо:

— К тому же, хочу напомнить, что с некоторых пор она миссис Тернер.

— Какая муха его укусила, мистер Гиббс? — влез Реджетти, как только Джек скрылся в своей каюте.

— Мистер Реджетти, вы слышали, что сказал капитан, живо за работу, — Гиббс достаточно давно знал капитана Джека Воробья, чтобы понимать, что когда он в таком состоянии, лучше не давать ему поводов для придирок. Что же касается причины такого настроения капитана, то секрета в этом не было. Но при всем желании он ничем не мог помочь, кроме как раз за разом гасить недовольство команды по поводу того, что уже третий месяц они не отплывают далеко от этого острова, возвращаясь сюда чуть ли не каждую неделю. Кое-кто уже начинал шутить, что команде Черной Жемчужины стоит построить тут дом, так как на суше они проводят больше времени, чем в море.

— Джек, ко мне приходил Гиббс.

— И что было нужно старому пройдохе? Жаловался на меня?

— Джек, команда недовольна, а не мне тебе объяснять, что это вполне серьезно — вы уже пару месяцев сидите практически на одном месте. Ребятам надо поучаствовать в настоящем деле. Несмотря на то, что они уважают тебя, недовольство бездействием растет и может привести к неприятным последствиям. Всегда найдется пара смутьянов, даже в команде Жемчужины.

— Цыпа, мистер Гиббс слишком много болтает, и уж тем более непозволительно много для моего первого помощника, надо будет напомнить ему, кто есть кто на этом корабле. Капитан — я, и Жемчужина будет находиться там, где я скажу и столько, сколько я скажу.

— Джек, ты всегда был эксцентричным, но при этом разумным. Прислушайся к голосу разума и сейчас, ребятам надо почувствовать, как ветер наполняет силой паруса, и корабль мчится навстречу сокровищам, а не сидеть на суше, пока ты боишься отойти от моей, как ты выражаешься, могилы, где я, по твоему мнению, похоронила себя. Я выбрала свой путь и собираюсь ему следовать, тебе же пора двигаться дальше.

— Цыпа, я, конечно, отношусь к тебе с гораздо большим почтением, нежели к прочим дамам, да и не только дамам, но с чего ты взяла, что меня на этом островке держит забота о тебе? Хотя твоя компания довольно неплоха, пока ты не погружаешься в пучину тоски по нашему бравому вечному капитану Тернеру, держат меня здесь совсем другие заботы.

— И что же это за заботы, капитан Джек Воробей? — насмешливо спросила Элизабет. — Не ты ли три месяца пытаешься вывезти меня из этой так называемой «пучины тоски»? Хотя я всего лишь решила для себя, что с меня хватит приключений и моря. Я собираюсь спокойно жить на этом острове, гулять, отдыхать, возможно, напишу мемуары о наших приключениях и издам их под каким-нибудь вымышленным именем.

— А вот это будет уже лишнее, Цыпа, — явно не одобрил идею Джек, но тут же добавил, — разве что лет через двадцать-тридцать, когда я отойду от дел, и буду наслаждаться Карибским солнцем на своей личной небольшой плантации.

— Хорошо, Джек, я не буду торопиться с мемуарами, но свой путь я выбрала.