Утро

Шесть утра. Небо как раз светлеет в это время. Летом — на полчаса раньше, но осенью и зимой — все позже и позже. И хорошо, что балкон их дома выходит на восток. И что в этом спальном районе нет слишком высоких зданий, и можно смотреть поверх крыш на затянутый дымкой горизонт.

Небо светлеет постепенно, но так, что невозможно заметить, когда оно было просто темным, а когда на нем начали расползаться бледно голубые полосы от восходящего солнца. Кэлху следит за тем, как город просыпается. Ему здесь нравится, и он пытается запомнить каждую деталь — даже не важно, существенна она или нет. Например, как появляются звуки. Словно свет приносит их с собой, окутывая в свой мягкий прохладный кокон, погружая в себя. Сигналят машины, бренчат трамваи, проносится мимо дома по узкой улочке громко трещащий мопед. И люди — топают, цокают, кашляют, болтают, смеются, зевают. Кэлху пристраивает подбородок на холодных перилах и смотрит на соседние дома — из окон льется свет, мелькают тени и сияние телевизора.

Просыпаются.

Кэл зажмуривается, когда шеи касаются теплые пальцы. А потом, когда его обнимают со спины, чувствуется запах сна. Легкий, манящий.

— Ты уже выспался? — голос у Рэя сиплый немного. Всегда такой со сна, будто голосовые связки передавили.

Трется теплой щекой о висок и ухо Кэла. Мурашки от таких прикосновений мягкие, ласковые.

— Буди меня в следующий раз, вместе будем смотреть на рассвет, — фыркает, целует за ухом. — А то я самое интересное пропускаю, видимо.

— Я не хотел тебя будить, — Кэлху задирает голову, смотрит на Рэя снизу вверх, уткнувшись макушкой ему в живот.

Знает, что он боится.

Сжимает пальцами узкие запястья, тянет к себе ближе, чтобы Рэймонд наклонился. И целует. Губы податливо мягкие. Так не очень удобно, но Кэл не хочет останавливаться только поэтому. Ему все нравится. И то, как Рэй пытается устроиться, и то, как он отвечает, поглаживая его живот. Это заводит. Хочется прямо здесь, на балконе.

Месяц прошел. И вроде бы что-то должно было поменяться. И поменялось. Но страх остался прежним — что однажды Рэй проснется, а Кэлху не будет рядом. И даже учитывая, что Кэлху тут идти некуда и некому его найти. Они в безопасности — оба. Но…

Кэл отстраняет Рэя от себя и разворачивается на узкой короткой лавке к нему лицом.

— Хочешь? — снова тянет к себе, задирает его футболку, оголяя живот. Целует над пупком, обнимая.

Ему нравится, как Рэймонд реагирует. Зарывается пальцами в волосы, сжимает, подталкивает. И вроде бы даже пытается себя сдерживать, но Кэлху нравится, что он такой нетерпеливый. У них уже было… несколько раз по-настоящему. И теперь зная, как это бывает, Кэл не представляет, как жил без…

— Кэл, — Рэй стискивает его запястье, не давая облапать задницу и забраться в штаны, — давай сегодня передышку устроим? Ты вчера… переусердствовал.

Он даже отстраняется, смотрит в глаза. Не понимает.

— Ты сам просил «сильнее», «еще» и«быстрее-быстрее».

— О, Господи, — смеется, закатывает глаза, ерошит его волосы. — Ну, как видишь, допросился.

— Не хочешь? — Кэл сам не понимает, как у него в голосе проскальзывает жалобность. Даже как-то неловко становится.

Рэй на колени перед ним опускается, гладит по щеке как ребенка.

— Давай минет? — улыбается хитро. — Или, если ты так хочешь, попробуем наоборот.

— Наоборот?

— Ну да. Не только же у тебя есть член.

Кэлху хмурится, потом выгибает бровь, а потом и вовсе глаза распахивает, понимая, что Рэймонд имеет в виду. Да ну, не…

— Так не бывает.

Сказать, что Рэй удивился такой фразе, ничего не сказать.

— Почему это? — искренне недоумевает. И глаза такие внимательные, блестящие.

— Потому что я доминантный самец.

Секунда молчания, а потом Рэймонд принимается так громко ржать, что если так и продолжится, то всех соседей разбудит. А Кэл не понимает, где тут шутка.

Подхватывает его и заносит обратно в квартиру, закрывая по дороге дверь ногой.

— Я так и знал… — Рэй заикается от смеха, повиснув на руках Кэлху, — чертова «национальная география», — падает в развороченную постель, еще не перестав всхлипывать и хихикать. — Аж до слез.

— Что? — Кэл не понимает.

— Бля, прелесть моя, — Рэймонд кое-как сдерживается — по его голосу слышно. Еще одна причина, и он снова заржет, — какой ты там самец, повтори?

Кэлху чует подвох, но уверенности это ему не убавляет.

— Доминантный.

Не успевает закончить слово, как у Рэя снова начинается какой-то истерический припадок. Успокаивается только через пару минут, хрипло дыша и вытирая выступившие слезы.

— Хочешь жить по законам природы? — прыскает, но тут же прижимает ладонь к животу, постанывая от смеха. — Я тебе могу предложить кое-что получше.