Избранник

Вскоре, ориентируясь по знакам и собственному чутью, я добрался до небольшого темного зала — мне пришлось потратить силы, чтобы перенести себя туда: храм сильно пострадал, и в полу перед входом зиял огромный провал, обойти который не было никакой возможности. Я увидел необычное устройство — статую в виде паука, понял, что нашел нужное место, и скрылся во мраке. Оставалось мне лишь самому уподобиться пауку — затаиться и выжидать.

Я весьма жалел, что не смогу в сей день изучить статую и камни, — не желал я прежде времени выдавать себя и знал, что после получения Черепа Теней нужно будет спешить, но поставил целью своей однажды вернуться и разгадать секреты храма, ибо он представлял собою бескрайнее поле для исследований. Я привел бы сюда ученых, мы осмотрели бы каждый угол древней святыни. Сколько знаний было здесь сокрыто! Одна мысль об этом приводила мою душу в трепет. Поистине было бы это великое, интересное и нужное дело. Изучив же все, что возможно, бережно собрав и сохранив полученную мудрость, в память о Седьмом Драконе восстановили бы мы разрушенный храм, дабы жил он прежней жизнью, и оберегали бы его. Однако следовало прежде завершить самое важное — ради того я и пришел.

Я сосредоточенно вчувствовался в окружающее и ощущал, кроме силы смерти, уже знакомое присутствие, чуждое, глубоко противное душе моей. Я понимал, что демон рядом, и вскоре он действительно показался, в изорванных одеждах, покрытый грязью и ссадинами. Нелегко, видно, пришлось ему в храме. Да, адское отродье, никто не собирался так просто отдавать тебе Череп Теней, и напрасно ты на это надеялся.

Неуклюже и грубо запихивал потомок Кха-Белеха священные кристаллы в предназначенные для них углубления. Я всмотрелся в его лицо. Был он, как и ожидалось, совсем молод, почти мальчишка, с чертами резкими, точно высеченными из камня. Странным был в нем демонический элемент — он не питал его изнутри, но обволакивал снаружи, точно аура. Словно бы завернулось это дитя в шкуру демона, не будучи им вполне, — иного сравнения я не мог найти. Никогда я не видел подобного, но нельзя же было выйти из укрытия и предложить потомку адского владыки: не позволишь ли ты мне, сын Кха-Белеха, вор и убийца, разрушитель мира, осмотреть и изучить себя? Отвлекло меня от него необычное зрелище: когда все камни оказались на своих местах, статуя повернулась, в стену ударили лучи света, и открылся в ней проход. Демон спешно бросился в склеп, и двери за ним затворились, я же тихо подошел ближе и прислушался. До меня донеслись звуки сражения. Не знал я наверняка, с кем бьется мальчишка, но вряд ли он был тому рад.

Наконец все стихло, и врата разомкнулись. Я увидел демона, и возмутился дух мой: адский выродок держал святую реликвию в руках, точно обглоданную кость! Внезапно он вздрогнул, упал на колени и выронил Череп Теней. Я не знал, что за видения терзают его, но более выжидать не мог, иначе грязными лапами своими отнял бы еретик у артефакта половину его великой силы. Не смея притронуться сам, я с почтением поднял Череп Теней в воздух и притянул к себе. Демон ошалело воззрился на меня, словно никак не ожидал, что я второй раз приду по следам его. Глуп он был, как и все демоны, глуп и непредусмотрителен, и следовало пресечь навсегда кощунственные и мерзкие его деяния. Не гнев мой был тому причиной — нельзя было оставлять на свободе семя хаоса, и без того он немало разрушил и уничтожил, да еще едва не прибрал к рукам бесценное сокровище. Так пусть же убирается обратно в ад, к своему проклятому отцу! И я заговорил:

— Череп Теней не для тебя, демоново отродье! Не для того Седьмой Дракон принес свою жертву, чтобы какой-то щенок все разрушил. Асха, владычица моя, я совершаю сие ради спасения мира! — и с этими словами, не желая прикасаться к демону, силою своей поднял его и бросил через весь зал на каменные шипы у подножия древней статуи. Я видел, как они пронзили его, как дрогнул демон, вместо того чтобы исчезнуть в огненной бездне, и обмяк. Заплатил негодяй за все бесчинства свои, освободил мне путь, — так я подумал, глядя на безвольно повисшее тело, дабы не допустить в душу свою ничего лишнего. Избавился я не от жалкого мальчишки, а от злобного адского пса, убийцы и вора, и не пристало мне сожалеть о содеянном. Сказав себе так, я аккуратно поднял Череп Теней повыше и, не оглядываясь более, с особым бережением понес его к выходу.

Я спустился по каменным ступеням, удерживая реликвию, и склонились передо мною с великим почтением ожидавшие меня.

С моим появлением в Стоунхелме штурм города возобновился. На сей раз я бросил на его стены значительные силы, дабы весь гарнизон вынужден был отчаянно сражаться, а на улицах нам не встретилось воинов. Прорвались мои люди в город, привели вурдалаков, запылали крыши домов от огненных стрел. Асха все обращает на пользу, и даже воцарившийся хаос послужил нам на благо: с отрядом проверенных стражей и приближенными мы беспрепятственно отворили врата некрополя, и некому было задержать нас.