Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
Добавить в моё избранное
141 мин, 39 сек 9274
Булстроуд, по словам Рона, была от него в восторге, а я какая-то ненормальная! — мрачно взирая на Драко, пробурчала Гермиона.
Драко, раскрыв от изумления рот, представил себе Рона Уизли вместе с Миллисентой Булстроуд, которая была примерно на голову выше долговязого Уизела и гораздо шире его в плечах. «Может, рыжему больше нравится отнюдь не доминирование, а как раз, наоборот», — подумал Малфой, вновь чудом не рассмеявшись.
— И ты до сих пор переживаешь за этого предателя? — справившись с собой, выдохнул он. Кем-кем, а безвольной тряпкой Грейнджер никогда не была.
— Он просил прощения, умолял о снисхождении, говорил, что Миллисента его не интересует, что это моя холодность толкнула его на измену, — попыталась оправдаться Грейнджер, не глядя на Малфоя. Драко чувствовал, что Гермиона что-то не договаривает. Слишком уж быстро она простила рыжего.
— Бедняжка Ронни, — презрительно скривил губы Драко, — а от меня тебе что нужно? Неужели ты пришла просить, чтобы я позанимался с твоим недотёпой и научил его доставлять женщинам удовольствие?! Наверное, моя слава чудесного любовника бежит впереди меня, — в притворном ужасе произнёс Малфой.
— Вовсе нет! Я пришла, чтобы ты, как специалист, осмотрел меня и проверил, всё ли у меня ТАМ анатомически правильно, — заикаясь, проговорила Грейнджер.
— Где там? — вскинув брови, поинтересовался Малфой. Издевательская ухмылка вновь украшала его лицо.
Грейнджер на этот раз медленно поднялась на ноги и наклонилась к Драко через стол, уперевшись руками в столешницу:
— Слушай внимательно, мерзский гадливый сквернослов! Я сейчас иду к главному целителю и показываю ему свои воспоминания о том, как ты оскорблял меня во время приёма! И твоей карьере конец!
Драко не изменился в лице, даже не перестал улыбаться. Он тоже подался вперёд, почти вплотную приблизившись к лицу Гермионы, и проворковал прямо в её сурово сжатые губы:
— Ты этого не сделаешь, Грейнджер. Если, конечно, не хочешь, чтобы завтра о твоей маленькой проблеме трубили все газеты, от «Пророка» до«Придиры». Как ты думаешь, редакторам прессы понравится новость о столь пикантных проблемах героини войны? Я думаю, очень! И сколько бы ты потом не обращалась в Визенгамот с требованием опровергнуть эту информацию, магическое сообщество этого не забудет тебе. Никогда! Даже Уизли от тебя отвернётся. Твоей репутации конец!
— В это никто не поверит! А Рон проклянёт тебя! — отпрянув, воскликнула Грейнджер, но Драко заметил, что она не уверена в том, о чём говорит.
— Хочешь проверить? А ведь я действительно, возможно, смогу тебе помочь, если ты расскажешь мне всё, без утайки. Поверь мне, я не самый плохой специалист, — спокойно промолвил Драко, усаживаясь на стул.
— Но разве целители не дают клятву не вредить пациентам? — допытывалась Грейнджер.
— Дают, но только не вредить здоровью пациентов, а я никаких вредоносных манипуляций над тобой творить не буду, — ответил Малфой.
— Ну и гадина же ты! — презрительно скривившись, бросила Грейнджер и добавила:
— А может, и слава чудесного целителя всего лишь обман? И в этой теме ты ничего не смыслишь?!
— Ну, изучению ЭТОЙ темы я посвятил бессчётное количество дней, а особенно ночей! — гордо заявил Драко, стараясь говорить серьёзно.
— Тогда произведи этот мордредов осмотр! Мне больше не к кому обратиться, — отведя глаза в сторону, прошипела Грейнджер, — по какому-то невероятному стечению обстоятельств ты единственный доступный специалист в этой области!
— А как насчёт отплатить Уизелу его же монетой и проверить, каково тебе будет с другим партнёром? — поинтересовался Драко.
Гермиона несколько минут пристально смотрела в честные серые глаза Малфоя и, со стоном упав в кресло, выдавила из себя:
— Если ты кому-нибудь об этом расскажешь, Малфой, я живьём похороню тебя в гробнице Дамблдора! Я уже пыталась… сменить партнёра!
— Да ну?! — оживился Драко.
— Ну да! — передразнила его Гермиона и продолжила:
— Поклянись магией, что никому не расскажешь!
— Клянусь, что никогда не использую полученную информацию во вред Гермионе Грейнджер, — нетерпеливо проговорил Драко, сгорая от любопытства.
— Я понимала, что неудача с одним партнёром — это ещё не приговор. А тут команда Виктора Крама вновь посетила нашу страну с дружеским визитом. Он написал мне, мы встретились, ну, и я решила, что это мой шанс провести эксперимент. У нас с ним всё и случилось.
— Ну и?! — только и смог произнести Драко, боясь, что Грейнджер передумает рассказывать.
— Ну-ну, бузинную палочку гну! Ни-че-го! Совсем ничего приятного! А это уже не просто так! Это уже с совершенно разными партнёрами неудача! А Виктор-то и пахнет приятно, и тело у него, как у греческого бога, не то, что у тебя, глист в обмороке! А ещё у Виктора опыт огромный!
Драко, раскрыв от изумления рот, представил себе Рона Уизли вместе с Миллисентой Булстроуд, которая была примерно на голову выше долговязого Уизела и гораздо шире его в плечах. «Может, рыжему больше нравится отнюдь не доминирование, а как раз, наоборот», — подумал Малфой, вновь чудом не рассмеявшись.
— И ты до сих пор переживаешь за этого предателя? — справившись с собой, выдохнул он. Кем-кем, а безвольной тряпкой Грейнджер никогда не была.
— Он просил прощения, умолял о снисхождении, говорил, что Миллисента его не интересует, что это моя холодность толкнула его на измену, — попыталась оправдаться Грейнджер, не глядя на Малфоя. Драко чувствовал, что Гермиона что-то не договаривает. Слишком уж быстро она простила рыжего.
— Бедняжка Ронни, — презрительно скривил губы Драко, — а от меня тебе что нужно? Неужели ты пришла просить, чтобы я позанимался с твоим недотёпой и научил его доставлять женщинам удовольствие?! Наверное, моя слава чудесного любовника бежит впереди меня, — в притворном ужасе произнёс Малфой.
— Вовсе нет! Я пришла, чтобы ты, как специалист, осмотрел меня и проверил, всё ли у меня ТАМ анатомически правильно, — заикаясь, проговорила Грейнджер.
— Где там? — вскинув брови, поинтересовался Малфой. Издевательская ухмылка вновь украшала его лицо.
Грейнджер на этот раз медленно поднялась на ноги и наклонилась к Драко через стол, уперевшись руками в столешницу:
— Слушай внимательно, мерзский гадливый сквернослов! Я сейчас иду к главному целителю и показываю ему свои воспоминания о том, как ты оскорблял меня во время приёма! И твоей карьере конец!
Драко не изменился в лице, даже не перестал улыбаться. Он тоже подался вперёд, почти вплотную приблизившись к лицу Гермионы, и проворковал прямо в её сурово сжатые губы:
— Ты этого не сделаешь, Грейнджер. Если, конечно, не хочешь, чтобы завтра о твоей маленькой проблеме трубили все газеты, от «Пророка» до«Придиры». Как ты думаешь, редакторам прессы понравится новость о столь пикантных проблемах героини войны? Я думаю, очень! И сколько бы ты потом не обращалась в Визенгамот с требованием опровергнуть эту информацию, магическое сообщество этого не забудет тебе. Никогда! Даже Уизли от тебя отвернётся. Твоей репутации конец!
— В это никто не поверит! А Рон проклянёт тебя! — отпрянув, воскликнула Грейнджер, но Драко заметил, что она не уверена в том, о чём говорит.
— Хочешь проверить? А ведь я действительно, возможно, смогу тебе помочь, если ты расскажешь мне всё, без утайки. Поверь мне, я не самый плохой специалист, — спокойно промолвил Драко, усаживаясь на стул.
— Но разве целители не дают клятву не вредить пациентам? — допытывалась Грейнджер.
— Дают, но только не вредить здоровью пациентов, а я никаких вредоносных манипуляций над тобой творить не буду, — ответил Малфой.
— Ну и гадина же ты! — презрительно скривившись, бросила Грейнджер и добавила:
— А может, и слава чудесного целителя всего лишь обман? И в этой теме ты ничего не смыслишь?!
— Ну, изучению ЭТОЙ темы я посвятил бессчётное количество дней, а особенно ночей! — гордо заявил Драко, стараясь говорить серьёзно.
— Тогда произведи этот мордредов осмотр! Мне больше не к кому обратиться, — отведя глаза в сторону, прошипела Грейнджер, — по какому-то невероятному стечению обстоятельств ты единственный доступный специалист в этой области!
— А как насчёт отплатить Уизелу его же монетой и проверить, каково тебе будет с другим партнёром? — поинтересовался Драко.
Гермиона несколько минут пристально смотрела в честные серые глаза Малфоя и, со стоном упав в кресло, выдавила из себя:
— Если ты кому-нибудь об этом расскажешь, Малфой, я живьём похороню тебя в гробнице Дамблдора! Я уже пыталась… сменить партнёра!
— Да ну?! — оживился Драко.
— Ну да! — передразнила его Гермиона и продолжила:
— Поклянись магией, что никому не расскажешь!
— Клянусь, что никогда не использую полученную информацию во вред Гермионе Грейнджер, — нетерпеливо проговорил Драко, сгорая от любопытства.
— Я понимала, что неудача с одним партнёром — это ещё не приговор. А тут команда Виктора Крама вновь посетила нашу страну с дружеским визитом. Он написал мне, мы встретились, ну, и я решила, что это мой шанс провести эксперимент. У нас с ним всё и случилось.
— Ну и?! — только и смог произнести Драко, боясь, что Грейнджер передумает рассказывать.
— Ну-ну, бузинную палочку гну! Ни-че-го! Совсем ничего приятного! А это уже не просто так! Это уже с совершенно разными партнёрами неудача! А Виктор-то и пахнет приятно, и тело у него, как у греческого бога, не то, что у тебя, глист в обмороке! А ещё у Виктора опыт огромный!
Страница 27 из 42
