Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
Добавить в моё избранное
141 мин, 39 сек 9224
Белла метнула на Драко ненавидящий взгляд и процедила:
— Во-первых, эта самоуверенная смазливая тварь не успела! Во-вторых, примерно через месяц меня стали мучить запахи, которых раньше я не замечала. Например, тот омерзительный кактус, который мой коллега по службе Лонгботтом иногда приносит на работу и ставит на наш с ним общий стол, стал непередаваемо противно вонять! Раньше это растение только взор мой оскорбляло, а теперь ещё и обоняние!
— Ну, и попросила бы Невилла убрать кактус, — предложил Драко, всё ещё не верящий в происходящее.
— Зачем?! — рыкнула Белла, — если кроме меня никто в нашем отделе запаха не чувствует? Значит, дело не в этом склизком венике, а во мне!
Драко развёл руками, признавая несостоятельность своего предложения, а Белла продолжила:
— В-третьих, мои дни огненного феникса не пришли в положенный срок!
— Какие дни? — вытаращил глаза Драко.
— Ты что, совсем бездарь?! Чему тебя учили-то?! Все знают, что это выражение означает — женские критические дни! — возмутилась Беллатриса.
— Ну, я привык называть это иначе, но не важно, — быстро ответил Драко, откашлялся и спросил:
— Ты помнишь последнюю дату этих, кхм… дней огненного феникса?
— Конечно! Ровно полтора месяца назад это было, — ответила тётушка.
— Так, хорошо, — охрипшим голосом произнёс Малфой, — я должен тебя осмотреть… Должен, о Мордред тебя подери вместе с твоим торопыгой! — простонал Драко.
Белла коварно ухмыльнулась и захихикала, по привычке накрутив прядь своих волос на палец:
— Я бы не сказала, что он торопыга. Это продолжалось три с половиной часа без перерыва …
— Не надо подробностей! — прервал тётку Драко, мысленно позавидовав её тайному ухажёру. Он поднялся, несколько раз глубоко вздохнул и произнёс, доставая из кармана мантии волшебную палочку:
— Проходи за ширму и раздевайся до нижнего белья.
Беллатриса направилась в указанную сторону, но внезапно остановилась и спросила:
— Слушай, дорогой племянник, а ведь раньше целители просто совершали пассы волшебной палочкой, а раздеваться дамам нужно было только в особенных случаях.
Драко устало закатил глаза. Каждая новая пациентка задавала ему этот вопрос. Похоже, нужно опять объяснять сначала.
— Я же тебе и родителям уже давно рассказывал, еще, когда только учился. Если соединить вместе опыт целителей и маггловских докторов, то результат будет гораздо лучше! Поэтому, я пользуюсь некоторыми методиками магглов, как дополнением к магическим способам лечения и диагностики, — недовольно ответил Малфой.
— Не могу поверить, что позволяю пользовать на себе варварские медицинские знания магглов! Хотя, лучше уж так, чем мучиться от неизвестности! — простонала Беллатриса.
— Значит, Волдеморту позволяла на себе опыты проводить! — обиделся Драко.
— Заткнись! Лорд — гений! Хотя и козёл тоже. Все мужики — козлы, сволочи и гамадрилы! — заявила Беллатриса.
— Даже твой торопыга, тьфу, то есть, терпила? Три часа терпеть… — насмешливо заметил Драко, но тётушка прервала его, пнув носком туфельки под колено.
— Да как ты смеешь, сопляк облезлый! Да моей красоте вся Европа завидует! Да за мной лучшие особи этих козлов стадами бегают! — распаляла себя возмущённая Беллатриса. Согнувшись пополам от боли в ноге, Драко должен был признать, что слова Беллы не беспочвенны. В своё время она слыла первой красавицей Хогвартса, о чём знали даже ровесники Драко. О толпах тайных поклонников молодой жены Рудольфуса Лестрейнджа и многочисленных магических дуэлях за её сердце до сих пор ходили легенды. Даже Азкабан не смог полностью уничтожить её привлекательность. А уж теперь, после возмутившего общественность омоложения, Белла с удвоенной силой занималась своим любимым делом: измывалась над влюблёнными в неё мужчинами и вила из них верёвки. Стройная миниатюрная фигура, буйные кудри и наглые угольно-чёрные глазищи Беллатрисы сгубили много несчастных поклонников, вне зависимости от их возраста, размера кошелька и репутации в обществе.
Справившись с болью, Драко поднял руки вверх, признавая поражение и, произнёс:
— Давай побыстрее покончим с этим, и я смогу воспользоваться «Обливиэйтом», чтобы никогда не вспоминать, что видел тебя в таком непристойном виде.
Беллатриса насмешливо фыркнула и удалилась за ширму. Через несколько секунд из-за ширмы донеслось:
— Я готова, племянничек!
Драко призвал на помощь всё своё самообладание и решительно направился к злополучной кушетке для пациенток. Стараясь не смотреть на стройное тело, лежащее на кушетке, Драко совершил над Беллой несколько необходимых движений волшебной палочкой и нахмурился. Затем он натянул специальные перчатки, которые не ощущались на руках целителя, и принялся пальпировать живот Беллатрисы. Теперь ему было необходимо смотреть на тело пациентки.
— Во-первых, эта самоуверенная смазливая тварь не успела! Во-вторых, примерно через месяц меня стали мучить запахи, которых раньше я не замечала. Например, тот омерзительный кактус, который мой коллега по службе Лонгботтом иногда приносит на работу и ставит на наш с ним общий стол, стал непередаваемо противно вонять! Раньше это растение только взор мой оскорбляло, а теперь ещё и обоняние!
— Ну, и попросила бы Невилла убрать кактус, — предложил Драко, всё ещё не верящий в происходящее.
— Зачем?! — рыкнула Белла, — если кроме меня никто в нашем отделе запаха не чувствует? Значит, дело не в этом склизком венике, а во мне!
Драко развёл руками, признавая несостоятельность своего предложения, а Белла продолжила:
— В-третьих, мои дни огненного феникса не пришли в положенный срок!
— Какие дни? — вытаращил глаза Драко.
— Ты что, совсем бездарь?! Чему тебя учили-то?! Все знают, что это выражение означает — женские критические дни! — возмутилась Беллатриса.
— Ну, я привык называть это иначе, но не важно, — быстро ответил Драко, откашлялся и спросил:
— Ты помнишь последнюю дату этих, кхм… дней огненного феникса?
— Конечно! Ровно полтора месяца назад это было, — ответила тётушка.
— Так, хорошо, — охрипшим голосом произнёс Малфой, — я должен тебя осмотреть… Должен, о Мордред тебя подери вместе с твоим торопыгой! — простонал Драко.
Белла коварно ухмыльнулась и захихикала, по привычке накрутив прядь своих волос на палец:
— Я бы не сказала, что он торопыга. Это продолжалось три с половиной часа без перерыва …
— Не надо подробностей! — прервал тётку Драко, мысленно позавидовав её тайному ухажёру. Он поднялся, несколько раз глубоко вздохнул и произнёс, доставая из кармана мантии волшебную палочку:
— Проходи за ширму и раздевайся до нижнего белья.
Беллатриса направилась в указанную сторону, но внезапно остановилась и спросила:
— Слушай, дорогой племянник, а ведь раньше целители просто совершали пассы волшебной палочкой, а раздеваться дамам нужно было только в особенных случаях.
Драко устало закатил глаза. Каждая новая пациентка задавала ему этот вопрос. Похоже, нужно опять объяснять сначала.
— Я же тебе и родителям уже давно рассказывал, еще, когда только учился. Если соединить вместе опыт целителей и маггловских докторов, то результат будет гораздо лучше! Поэтому, я пользуюсь некоторыми методиками магглов, как дополнением к магическим способам лечения и диагностики, — недовольно ответил Малфой.
— Не могу поверить, что позволяю пользовать на себе варварские медицинские знания магглов! Хотя, лучше уж так, чем мучиться от неизвестности! — простонала Беллатриса.
— Значит, Волдеморту позволяла на себе опыты проводить! — обиделся Драко.
— Заткнись! Лорд — гений! Хотя и козёл тоже. Все мужики — козлы, сволочи и гамадрилы! — заявила Беллатриса.
— Даже твой торопыга, тьфу, то есть, терпила? Три часа терпеть… — насмешливо заметил Драко, но тётушка прервала его, пнув носком туфельки под колено.
— Да как ты смеешь, сопляк облезлый! Да моей красоте вся Европа завидует! Да за мной лучшие особи этих козлов стадами бегают! — распаляла себя возмущённая Беллатриса. Согнувшись пополам от боли в ноге, Драко должен был признать, что слова Беллы не беспочвенны. В своё время она слыла первой красавицей Хогвартса, о чём знали даже ровесники Драко. О толпах тайных поклонников молодой жены Рудольфуса Лестрейнджа и многочисленных магических дуэлях за её сердце до сих пор ходили легенды. Даже Азкабан не смог полностью уничтожить её привлекательность. А уж теперь, после возмутившего общественность омоложения, Белла с удвоенной силой занималась своим любимым делом: измывалась над влюблёнными в неё мужчинами и вила из них верёвки. Стройная миниатюрная фигура, буйные кудри и наглые угольно-чёрные глазищи Беллатрисы сгубили много несчастных поклонников, вне зависимости от их возраста, размера кошелька и репутации в обществе.
Справившись с болью, Драко поднял руки вверх, признавая поражение и, произнёс:
— Давай побыстрее покончим с этим, и я смогу воспользоваться «Обливиэйтом», чтобы никогда не вспоминать, что видел тебя в таком непристойном виде.
Беллатриса насмешливо фыркнула и удалилась за ширму. Через несколько секунд из-за ширмы донеслось:
— Я готова, племянничек!
Драко призвал на помощь всё своё самообладание и решительно направился к злополучной кушетке для пациенток. Стараясь не смотреть на стройное тело, лежащее на кушетке, Драко совершил над Беллой несколько необходимых движений волшебной палочкой и нахмурился. Затем он натянул специальные перчатки, которые не ощущались на руках целителя, и принялся пальпировать живот Беллатрисы. Теперь ему было необходимо смотреть на тело пациентки.
Страница 5 из 42
