Фандом: Гарри Поттер. Если чего-то очень долго ждать, оно обязательно случится. Не так и не тогда, но обязательно случится.
Добавить в моё избранное
3 мин, 10 сек 12046
Долли была очень стеснительной девочкой. Её родители часто ссорились, а потому она с детства привыкла, что лучше лишний раз не высовываться, и когда соседки или одноклассницы затевали шумную возню, Долли одиноко наблюдала за ними откуда-нибудь издалека, не делая даже попытки приблизиться. Ей, конечно, хотелось стать их подругой, но…
Поступление в Хогвартс открыло перед ней новые горизонты. Соседки по спальне оказались очень дружелюбными, постоянно приглашали Долли проводить вместе время, вот только ей они не очень нравились. Лентяйка Марта и хохотушка Пегги ничуть не интересовались учёбой, а Лиза была намного умнее однокурсниц, и уже к середине первого курса предпочла соседкам компанию старших учениц. А потом выяснилось, что мать Долли была магглой, и даже обычные приятельские отношения стали для неё недостижимой мечтой.
Долли снова осталась одна. До старших курсов её это просто расстраивало, но на первом месте стояла учёба, и Долли предпочитала не думать о неприятных вещах, а потом, когда у сокурсниц появились кавалеры, всё изменилось. В ней проснулась зависть.
Она не была красавицей, даже симпатичной её считал только папа, но разве внешность — главное? Долли тяжело переживала отсутствие личной жизни, а поддразнивание соседок по спальне заставило её замкнуться в себе.
Закончив Хогвартс, Долли поступила на работу в Министерство магии, пребывая в твёрдой уверенности, что теперь-то всё изменится, у неё появятся кавалеры, она станет популярной… Реальность оказалась жестока. Никто не обращал внимания на замкнутую девушку, никто не искал её общества, никто даже не пытался с ней подружиться. И Долли поняла, что её удел — одиночество.
После смерти отца дома стало невыносимо, и, чтобы не сойти с ума, Долли завела кота. Сначала персикового Принглса, а потом черную Блумакс, которые и стали для Долли настоящими друзьями, членами семьи, почти детьми. С годами она всё реже мечтала о том, как встретит человека, который бы полюбил её, и всё меньше думала, каково это — иметь пару. И потому совершенно не замечала знаки внимания, оказываемые ей одной давней знакомой.
— Мисс Амбридж? Мне кажется, вам стоит передохнуть.
Долли подняла голову и с недоумением посмотрела на непонятно откуда взявшуюся в её кабинете женщину.
— Что?
— Я уже двадцать минут жду, когда вы оторвётесь от бумаг, но, кажется, вы меня даже не заметили.
— Я… да… Простите, профессор МакГонагалл.
— Зовите меня Минервой, дорогая. Я давно не ваш профессор.
Долли растерянно моргнула, не понимая, что происходит. Профессора МакГонагалл она часто встречала в Министерстве в последнее время: то в приёмной начальник отдела, то в коридорах, и это при том, что сектор борьбы с неправомерным использованием магии не имел практически никакого отношения к Хогвартсу.
— Вы что-то хотели, профессор… Минерва?
— О, нет-нет, я заглянула на минуточку. Хотела поинтересоваться, не желаете ли вы выпить чашечку чая?
Долли машинально кивнула — пить хотелось, и, сложив бумаги аккуратной стопкой, поднялась из-за стола.
— Я знаю неплохое местечко неподалёку. Долорес… ты ведь позволишь мне тебя так называть? — Долли неуверенно кивнула. — Прекрасно, так вот, Долорес, у меня дома есть великолепный индийский чай, привезённый совсем недавно. Он восхитителен!
Пока профессор МакГонагалл разливалась соловьём, рекламируя непревзойдённые свойства чая, Долорес терялась в догадках, что происходит. Она семь лет проучилась у холодной строгой женщины, которая не имела ни малейшего сходства с беззаботной болтушкой, идущей рядом. Неужели всегда застёгнутая на все пуговицы профессор — это маска, которую МакГонагалл носит на людях?
— Ну так что, дорогая, какой чай ты предпочтёшь, — спросила МакГонагалл, когда они вышли из здания Министерства, — обычный или индийский?
— Индийский, — не задумываясь ответила Долли.
— Отлично! — улыбнулась та и, приобняв опешившую Долли за плечи, аппарировала. — Добро пожаловать, дорогая, располагайся. Чай будет готов через пару минут.
В тот день Долли так и не попробовала чай, зато узнала много нового о взаимоотношениях, возможных между двумя женщинами. И хотя она по-прежнему жила с Принглсом и Блумакс, сухо здороваясь с профессором МакГонагалл в коридорах Министерства, с этого дня в её жизни появился близкий человек, готовый посвящать ей каждый уик-энд и любить её такой, какой она была.
А то, что роман был тайным… Что ж, это лишь добавляло остроты ощущениям.
Поступление в Хогвартс открыло перед ней новые горизонты. Соседки по спальне оказались очень дружелюбными, постоянно приглашали Долли проводить вместе время, вот только ей они не очень нравились. Лентяйка Марта и хохотушка Пегги ничуть не интересовались учёбой, а Лиза была намного умнее однокурсниц, и уже к середине первого курса предпочла соседкам компанию старших учениц. А потом выяснилось, что мать Долли была магглой, и даже обычные приятельские отношения стали для неё недостижимой мечтой.
Долли снова осталась одна. До старших курсов её это просто расстраивало, но на первом месте стояла учёба, и Долли предпочитала не думать о неприятных вещах, а потом, когда у сокурсниц появились кавалеры, всё изменилось. В ней проснулась зависть.
Она не была красавицей, даже симпатичной её считал только папа, но разве внешность — главное? Долли тяжело переживала отсутствие личной жизни, а поддразнивание соседок по спальне заставило её замкнуться в себе.
Закончив Хогвартс, Долли поступила на работу в Министерство магии, пребывая в твёрдой уверенности, что теперь-то всё изменится, у неё появятся кавалеры, она станет популярной… Реальность оказалась жестока. Никто не обращал внимания на замкнутую девушку, никто не искал её общества, никто даже не пытался с ней подружиться. И Долли поняла, что её удел — одиночество.
После смерти отца дома стало невыносимо, и, чтобы не сойти с ума, Долли завела кота. Сначала персикового Принглса, а потом черную Блумакс, которые и стали для Долли настоящими друзьями, членами семьи, почти детьми. С годами она всё реже мечтала о том, как встретит человека, который бы полюбил её, и всё меньше думала, каково это — иметь пару. И потому совершенно не замечала знаки внимания, оказываемые ей одной давней знакомой.
— Мисс Амбридж? Мне кажется, вам стоит передохнуть.
Долли подняла голову и с недоумением посмотрела на непонятно откуда взявшуюся в её кабинете женщину.
— Что?
— Я уже двадцать минут жду, когда вы оторвётесь от бумаг, но, кажется, вы меня даже не заметили.
— Я… да… Простите, профессор МакГонагалл.
— Зовите меня Минервой, дорогая. Я давно не ваш профессор.
Долли растерянно моргнула, не понимая, что происходит. Профессора МакГонагалл она часто встречала в Министерстве в последнее время: то в приёмной начальник отдела, то в коридорах, и это при том, что сектор борьбы с неправомерным использованием магии не имел практически никакого отношения к Хогвартсу.
— Вы что-то хотели, профессор… Минерва?
— О, нет-нет, я заглянула на минуточку. Хотела поинтересоваться, не желаете ли вы выпить чашечку чая?
Долли машинально кивнула — пить хотелось, и, сложив бумаги аккуратной стопкой, поднялась из-за стола.
— Я знаю неплохое местечко неподалёку. Долорес… ты ведь позволишь мне тебя так называть? — Долли неуверенно кивнула. — Прекрасно, так вот, Долорес, у меня дома есть великолепный индийский чай, привезённый совсем недавно. Он восхитителен!
Пока профессор МакГонагалл разливалась соловьём, рекламируя непревзойдённые свойства чая, Долорес терялась в догадках, что происходит. Она семь лет проучилась у холодной строгой женщины, которая не имела ни малейшего сходства с беззаботной болтушкой, идущей рядом. Неужели всегда застёгнутая на все пуговицы профессор — это маска, которую МакГонагалл носит на людях?
— Ну так что, дорогая, какой чай ты предпочтёшь, — спросила МакГонагалл, когда они вышли из здания Министерства, — обычный или индийский?
— Индийский, — не задумываясь ответила Долли.
— Отлично! — улыбнулась та и, приобняв опешившую Долли за плечи, аппарировала. — Добро пожаловать, дорогая, располагайся. Чай будет готов через пару минут.
В тот день Долли так и не попробовала чай, зато узнала много нового о взаимоотношениях, возможных между двумя женщинами. И хотя она по-прежнему жила с Принглсом и Блумакс, сухо здороваясь с профессором МакГонагалл в коридорах Министерства, с этого дня в её жизни появился близкий человек, готовый посвящать ей каждый уик-энд и любить её такой, какой она была.
А то, что роман был тайным… Что ж, это лишь добавляло остроты ощущениям.
