Сахар

— Во-первых, это мое. Во-вторых, тебе вредно. В-третьих, просто брысь с меня, пока я не допью, или хотя бы сиди смирно и перестань лезть в чашку! Не мешай! Сядешь нормально — я тебя поглажу, идет?

Кошка повела себя не совсем так, как ожидала Джинни. Вместо того, чтобы принять ее великодушное предложение и спокойно устроиться у Джинни на коленях, она коротко, но зло зашипела и больно оцарапала ей руку. Рука дрогнула, кофе (слава Мерлину, уже не очень горячий, а просто горячий) пролился на колени, испачкав новенькие симпатичные домашние брюки… Это все, конечно, поправимо. Для брюк есть заклинание, слегка зудящую обожженную кожу спасет мазь, да и царапина — небольшая беда, но какого боггарта-то вообще?! Джинни ухватила кошку за шкирку, мысленно тяжело вздохнула и применила средство из тех, о которых ей вчера рассказала Гермиона.

Когда Гермиона продемонстрировала ей это, Джинни сначала нервно ржала, потом искренне выразила надежду, что ей проделывать подобное не придется.

— Я бы на твоем месте не обольщалась, — сказала Гермиона. — Косолапсус уж на что разумен, и речь человеческую понимает, и договориться с ним об очень многом можно просто словами, а все равно несколько раз мне приходилось просто брать его за шкирку и популярно объяснять, кто здесь главный. На его, так сказать, языке. Выглядит действительно глупо, но их почему-то пронимает. Главное, когда будешь шипеть, рот не прикрывай, зубы продемонстрировать нужно обязательно. И если провинность достаточно велика, можешь еще лапой… тьфу ты, рукой, конечно, легонько дать по лбу или ушам. И в глаза смотри. Отвернется — значит, поняла расклад, отпускай и выдыхай. Это не панацея, конечно, но жизнь облегчает.

Джинни до сих пор сомневалась, не разыграла ли ее Гермиона на свой занудный манер, но в квартире только она и кошка, так почему бы не попробовать? Кошка уж точно никому о происшедшем не расскажет, даже если ее это не проймет. Джинни улыбнулась пошире, чтобы клыки были видны, и зашипела.

Кошка смотрела на нее во все глаза, смотрела так, будто на нее никогда никто не шипел (интересно, есть ли в мире кошки, на которых никогда никто не шипел?), в глазах ее был ужас, явственно видный даже Джинни, не слишком опытной в чтении эмоций по кошачьим мордам. Через несколько секунд она слегка прижала уши и постаралась отвернуться.

— Вот так-то! — Джинни опустила кошку на пол, и та немедленно скрылась под столом.

Допив кофе, Джинни выдала кошке еду (та тут же вылезла из-под стола, как ни в чем не бывало) и пошла писать эссе по Трансфигурации: каникулы каникулами, а домашку никто не отменял. Примерно на третьем абзаце кошка пришла к ней, залезла на колени, потопталась там, потом встала на задние лапы, ткнулась мокрым носом в щеку, потом куда-то ближе к шее, потом легла, свернулась и замурлыкала.

— А Гермиона говорила, ты от меня полдня прятаться будешь, — пробормотала Джинни, машинально поглаживая кошку. — Что, я плохо шипела, да? Ну и ладно, так тоже сойдет.

3. Чо

Как мало, оказывается, она знала о кошках! Когда Чо вернулась с работы, она обнаружила, что кошка ходит за Джинни как привороженная, в глаза заглядывает, носом тычется, мурлыкает — подлизывается, в общем. Не самое обычное поведение, вроде бы.

— Понятия не имею, в чем дело, — сказала Джинни. — Ничего особенного у нас тут не происходило, ну, разве что с утра она меня оцарапала, я на нее нашипела, потом мы помирились, и вроде бы все. Гермиона вроде не упоминала, что кошки себя так ведут. Это же не совсем нормально, да?

— Не знаю. Вроде бы, не должны, но может быть, у них тоже бывают разные характеры.

На объявления никто так и не откликнулся. Хозяин кошки либо их не читал, либо не желал объявляться, либо и не было у нее никакого хозяина.

За ужином выяснилось, что кошка без ума от сладкого. То есть, от еды в своей миске она не отказалась, конечно, но сахарница интересовала ее куда больше еды. А уж как ее интересовали пирожные, которые Чо прикупила по дороге домой, — словами не передать. Она и мяукала, и крутилась под ногами, и пыталась залезть на стол, просто места себе не находила. В конце концов Джинни не выдержала и дала ей слизать с пальца немножко крема.

— Вообще-то, им нельзя сладкое, — не выдержала Чо.

— Я знаю, — с сожалением сказала Джинни. — Больше не буду. Но так жалко ее было!

Последние два пирожных достались зашедшей в гости Луне.

— У вас очень интересная кошка, — сказала Луна, улыбаясь. Кошка лежала на коленях у Джинни и интереса к дискуссии не проявляла. Видимо, слишком много сил потратила попытки выклянчить пирожное — и вот, утомилась. — Я уверена, у нее должны быть какие-нибудь необыкновенные повадки.

— Не знаю, не замечала ничего такого. Кошка как кошка, — вздохнула Джинни. — Хорошая такая. Дурная. Пушистая. Разве что сладкое любит.

— Что ты имеешь в виду? — спросила у Луны Чо.